Ядовитый плющ

Ядовитый плющ

Октябрь, 2011

Скрип гравия под ногами был единственным звуком, нарушавшим монотонный шепот дождя. Тот тихо барабанил по серебристой гальке. Фонари на аллее бросали длинные и дрожащие тени, превращая знакомые деревья в подобие затаившихся призрачных стражей. Впереди, на фоне свинцового неба, начал вырисовываться силуэт особняка Блэквудов. Он возвышался на холме, окутанный предрассветным туманом и каким-то зловещим полумраком. Темный и молчаливый, словно гигантский спящий зверь. Вот только внутри этого зверя уже успело поселилиться настоящее зло.

Гарри остановился всего в паре шагов от крыльца. Достал из кармана пачку сигарет и щелкнул магловской зажигалкой. Одинокий огонек вспыхнул в полумраке, слабо осветив его сосредоточенное лицо. Когда дым начал медленно подниматься вверх, Гарри принялся лениво водить головой, осматриваясь вокруг. Промозглый ветер трепал полы его мантии, забирался под воротник и неприятно холодил кожу. Иногда швырял в него крупные дождевые капли, которые сорвал с макушек деревьев. Запах мокрой земли и прелых листьев смешался с трудно различимым для любого другого человека, но так хорошо знакомым Гарри запахом.

Он так и витал в воздухе, переплетаясь с ароматом сигаретного дыма. За долгие годы службы в Аврорате Гарри ни с чем не смог бы его спутать. Едва уловимый шлейф, который буквально кричал о грубо нарушенном покое, о внезапно оборвавшейся жизни, о том, что где-то здесь, среди этой мрачной роскоши и напряженной тишины, притаилось истинное зло. Этот запах проникал в легкие, оседал на языке и заставлял нервы натягиваться подобно струнам.

Убийство.

Докурив и безрадостно усмехнувшись, Гарри озлобленно бросил сигарету на землю. Тонкий столбик дыма еще вился над ней. Он поднял ногу и с глухим стуком растоптал ее. Слабый огонек погас, оставив после себя лишь пепел.

Ветер вдруг перестал дуть и теперь же начал стонать. С жутким свистом он проносился между колоннами, обвитыми какими-то растениями, на веранде особняка Блэквудов. Не было слышно ни щебетания птиц, ни шороха кроликов в густо растущих кустах. Все живые существа благоразумно обходили это жуткое место стороной. А кто их мог осудить? Тишина здесь была не спокойной, а, скорее, гнетущей и наполненной чем-то зловещим.

Ну еще бы. Ведь здесь произошло убийство Артура Блэквуда. Человека, чье имя гремело в светских кругах. О ком чуть ли не каждую неделю писались статьи в Ежедневном пророке. Того, чьи сделки вершили судьбы. Но все это было еще вчера. Сегодня же Артур Блэквуд лежал мертвый посреди собственной гостиной в своем роскошном, но теперь оскверненном и проклятом доме.

Гарри двинулся дальше. Его шаги гулко отдавались в окружающей напряженной тишине. Время здесь будто остановилось. И воздух пропитался самым настоящим страхом.

Гарри быстро поднялся по ступеням и всего за пару секунд пересек расстояние от крыльца до двери. Та распахнулась прежде, чем он успел занести руку и постучать. На пороге, переминаясь с ноги на ногу, стоял домовик. Его длинные уши были понуро опущены, а на лице застыли одновременно скорбь и самый настоящий ужас.

— Мистер Поттер, — пропищал эльф.

— Гарри! — в холле показался Симус Финниган. Шумно захлопнув блокнот в темно-коричневой кожаной обложке, он быстрым шагом направился к главе Аврората. — Мы тебя ждали.

— Есть что-то? — глухо произнес Гарри, когда они вместе с напарником направились к гостиной. Домовик, судя по тихому топоту за их спинами, засеменил за ними.

— Ничего, — покачал головой Симус. — Всё как и в прошлые разы.

Гарри и Симус прошли в комнату. Воздух здесь казался каким-то удушающим. Он был пропитан запахом дорогих сигар, пыльной ткани и старого дерева. И в нем уверенно проступал тот так хорошо знакомый шлейф бесчеловечного преступления, который Гарри уловил еще стоя у крыльца.

Огромная гостиная с высокими потолками и тяжелыми портьерами казалась еще более темной из-за приглушенного света, слабо пробивающегося сквозь окна.

Его взгляд начал лениво скользить по стенам, по картинам, по вычурной мебели. Все они стали невольными свидетелями того, что здесь произошло. Он почувствовал, как внутри стала подниматься волна усталости вкупе с раздражением. Еще одно проклятое дело. Еще одна жизнь, жестоко оборвавшаяся здесь, в этой тишине, пропитанной тошнотворным ароматом смерти.

Еще одно убийство, совершенное чудовищем, которого газеты магического Лондона давно окрестили «Багровым Жнецом».

Ну и дикость.

Возле тела каждого из убитых преступник при помощи заклинания оставлял искрящиеся алым светом по левую сторону руну Беркана, а справа — Эваз. Первая означала смерть тела, вторая олицетворяла переход души в загробный мир.

Но Гермиона, к которой Гарри обратился за помощью после третьего убийства, считала, что преступник был настоящим невеждой. По ее словам, эти руны не могли идти рядом без руны Дагаз, что символизировала завершение жизненного цикла души. За шесть следующих убийств Багровый Жнец так и не стал лучше разбираться рунах. И Гарри не знал наверняка: хорошо это было или плохо?

Четыре долгих и изматывающих месяца он и еще несколько надежных авроров занимались поимкой Багряного Жнеца. Они перебирали сотни, нет, даже тысячи лиц, вероятных подозреваемых. Просеивали тонны информации, строили теории, которые из раза в раз рассыпались в прах. Каждый новый след, как назло, оказывался ложным. И каждая зацепка была не более чем миражом.

И Гарри видел, как это сказывалось на тех, кто изо дня в день наравне с ним продолжал заниматься этим проклятым делом. На смену былому энтузиазму и решительности пришла усталость, граничащая с отчаянием. Глаза, которые раньше горели азартом, теперь потухли, отражая лишь бесконечную череду их неудач. Все они будто стали призраками, преследующими другого призрака, который умело ускользал, оставляя за собой лишь удушающий страх.

Гарри стойко держался. Другие уже подумывали отступить, выйти из дела, пока оно окончательно не довело их, а вот Гарри все не сдавался. Конечно, разве мог глава Аврората позволить себе такую слабость? У него просто не было права на ошибку.