Яйца в одной корзине

Глава 12

После исчезновения рогатого помощника, который успешно сыграл роль феи-крёстной, обеспечившей меня нарядами, я быстренько упрятала одежду демонического бренда в огромный шкаф, развесив её среди других платьев и запихнув подальше, чтобы никто раньше времени не обрадовался. И вот сегодня еду выгуливать первое из них, предусмотрительно прикрыв наш смелый эксперимент скромной накидкой.

К счастью, поездка в компании недовольной сестрицы и её матушки оказалась не слишком утомительной, скоро нас уже встречали облачённые в парадные ливреи слуги градоправителя. В просторном холле дамы и господа снимали верхние одежды и шляпы, чтобы шагнуть в бальный зал уже во всём блеске и сиянии… Ну да, многие барышни, как и моя сводная сестра, напоминали новогодние ёлки, пытаясь перещеголять друг друга в этих излишествах. Ах, я уже говорила об этом, но поязвить ещё раз это мне ничто не помешает.

Я предусмотрительно шла позади своих спутников, а потому первый удар взял на себя слуга, принимавший наши накидки. Глаза мужчины округлились, руки чуть не выпустили мой плащик, он, кажется, даже дышать забыл. А когда вспомнил, аж закашлялся.

– Будьте здоровы! – вежливо пожелала ему я и поспешила вслед за удаляющимся к заполненному людьми залу отцом. Мачеха с сестрицей шли чуть впереди. Оно и к лучшему.

– Граф Дестинд с женой и дочерьми! – громко объявил мажордом, стоило нам пересечь незримую границу, разделяющую холл и бальный зал.

“Ага, вот и подходящий момент!” – решила я и догнала родителя, встав рядом с ним, чтобы меня успели хорошенько рассмотреть, пока жених или родственники не утащили обратно в карету.

От замершей в изумлении толпы отделился весьма привлекательный мужчина лет двадцати пяти. Длинные каштановые волосы золотились под светом множества ярко зажжённых люстр. Синие глаза расширились при виде моей особы…

– Фанни, дорогая моя, рад видеть… – тот самый жених, а это был именно Хардент, пытался смотреть мне в лицо, но постоянно скользил взглядом слегка пониже.

***

И снова вернемся на два дня назад

А что вы думали? Мы с демоном не зря трудились, изобразили самое максимальное декольте, какого в этом мире ещё не видели. Тут даже намёк на ложбинку уже был весьма смелым шагом, на который не всякая модница могла решиться. А мы…

– Во! Теперь достаточно! – заявил Вилан, когда край выреза остановился ровно над моими “розовыми бутончиками”, которые так и норовили выскочить при малейшем движении.

– Нет, это уж чересчур! – испугалась я. – Мне ж ни наклониться, ни потанцевать.

– Перешивать не буду! – заартачился демон.

– Ну, давай хоть интригу создадим, пену из кружева по краю пустим.

– Интригу, говоришь… – с интересом протянул рогатый. – Интрига – это по-нашему. Ладно, изобразим мы тебе взбитую пену. А вообще, очень аппетитно, когда во взбитых сливках ягодки красные виднеются, – он снова попытался гнуть свою линию.

– Ещё не сезон для ягод! Весна на дворе! – жёстко отрезала я и проследила, чтобы мои “ягодки” ниоткуда не выглядывали, покрутившись перед зеркалом в обновленном парчовом платье яркого красного цвета, дополненном отделкой из белого кружева. Ну да, провокационно, но на то и расчет был.

***

– Сегодня ты танцуешь только со мной! – поставил мне ультиматум жених, пытавшийся совладать с когнитивным диссонансом.

Мужчину разрывали на части совершенно противоположные чувства. С одной стороны, ему хотелось чуть ли не убить меня за аморальный вид. С другой – обуревали страстные желания иного рода. С третьей – взыграла ревность, стоило увидеть направленные на невесту взгляды. С четвёртой – проснулась гордость, что это сокровище, затмившее всех дам на первом весеннем балу, принадлежит именно ему… Но тут вспоминалось, что пока что не совсем принадлежит… И круг замыкался, чувства стали повторяться и накладываться друг на друга в разных комбинациях.

У Хардента даже начало подёргиваться лицо от попыток совладать со всеми нахлынувшими эмоциями, которые так трудно было удержать внутри, чтобы не нарушить этикет. Мужчина попроще уже выругался бы позатейливей, выражая таким образом и своё негодование, и восхищение дамой. Да уж, воспитанным людям куда сложнее управиться с неожиданностями…

– Хорошо, – покорно кивнула я, изо всех сил удерживая маску скромности. – Вы в прошлый раз отчитывали меня за увлечение религией и наряды мои назвали почти монашескими. Я постаралась исправиться.

Ага, получи, фашист, гранату! Теперь десять раз подумаешь, прежде чем начнёшь критиковать женщину.

– Я-а-а?! – голос жениха выдал неожиданно высокую ноту, он даже закашлялся, настолько удивился своему внезапно обнаружившемуся широкому вокальному диапазону, ну и тому, что ответственность за мой внешний вид на него так ловко возложили. – Ну что вы, дорогая моя. Вы само совершенство, не нужно было ничего менять.

В этот момент мачеха наконец отвлеклась от выглядывания перспективных женихов для своей дочурки, заинтригованная слишком уж пристальным вниманием, что не покидало нашу группу. Нет, поначалу-то она думала, что всё дело в личности Хардента, всё-таки родственник принца, а потому всегда пользуется особым интересом публики. Но затянувшаяся тишина, сковавшая зал при моём эпичном явлении народу, всё-таки заставила её повернуть голову.

Нууу… Что могу сказать, тут никакого диссонанса не было. Только убивать! И никаких иных вариантов. Сестрица, мгновением позже проследившая за глазами матушки, проявила с ней редкое единодушие. Да, если бы взглядом можно было лишить жизни, меня бы похоронили уже дважды.

– Эт-т-то что такое? – прошипела мачеха, скользнув ко мне поближе.

– Ах, это? – потупив глазки ответила я. – Выполняю пожелания своего жениха. Ведь “жена да убоится мужа своего”, – процитировала заповедь, отпечатанную в памяти доставшегося мне “телефона” и на удивление схожую со знакомыми старыми заветами из прежнего мира.