Яко аз на раны готов

Глава третья

Приготовили сеть ногам моим; душа моя поникла; выкопали предо мною яму, и сами упали в неё

Псалом 56

Рийар, Ней и Леон спокойно завтракали — разумеется, у открытого окна, — как вдруг эта идиллия была прервана появлением нового действующего лица.

— Так. Я явно чего-то не понимаю.

На пороге стоял господин Элиор — невысокий полноватый мужчина с залысинами, одетый в аккуратный классический костюм. На лице его застыло вежливое любопытство: мол, кто-нибудь объяснит мне, откуда столько неучтённых личностей в комнате заключённого?

Поскольку никто не ответил на этот невысказанный вопрос, Элиор поторопил дело:

— Начнём с вас, господин старший следователь, — с вежливым ожиданием обратился он к Леону.

В начальнике не было заметно ни раздражения, ни гнева. Ровный рабочий тон, спокойный взгляд — но заволновались все. И Леон, к которому он обратился, и Рийар, нервно сжавший пальцы на ручке чашки, и Ней, пытавшийся делать вид, что смотрит в окно.

— У меня разрешение на посещение, от начальницы управления, — сухо открестился от любых обвинений Леон.

Элиор чуть качнул головой, отметая это объяснение, приподнял брови и уточнил:

— На утренние часы, в самом деле?

В голосе его слышалось лёгкое удивление: от вас, господин старший следователь, такой детской отмазки не ожидал.

Леон, разгадав эту подоплёку, мучительно покраснел и отвёл взгляд.

Распорядок управления предполагал посещения только в послеобеденное время — в целом, получить разрешение раньше и не вышло бы, потому что и приёмные часы начальницы начинались после обеда. Однако, поскольку она приняла Леона с утра, когда он пришёл передать дело, то он воспользовался моментом и получил разрешение тут же. Но, строго говоря, он, конечно, не должен был пренебрегать распорядком, и ему следовало подождать обычных для посещения часов — однако тревога за брата пригнала его сюда тут же.

Теперь Леон чувствовал себя вдвойне неловко: и перед начальником, который уж точно запомнит это пренебрежение правилами, и перед Рийаром, который поймёт, что он действительно слишком сильно за него переживает.

Пытаясь скрыть эту неловкость, он привычным движением поправил манжеты и галстук. Может, он сможет придумать какую-то рациональную и логичную причину своего присутствия здесь?..

Мысль его не успела развиться в полноценную идею.

— На выход, — с некоторым дружелюбием в голосе кивнул Леону на дверь начальник, делая шаг в сторону и освобождая проход.

Неловко улыбнувшись Рийару и Нею на прощание, Леон вышел.

— Теперь вы, господин Ней, — с ожиданием повернулся Элиор за следующим объяснением.

— Приказ об усиленной охране искусного в магии преступника, — невозмутимо ответил Ней.

Впрочем, свою чашку он отодвинул с заметным раздражением, что выдавало его внутреннее напряжение. У него тоже не всё было чисто: он не сказал командиру боевого корпуса, кто именно задержан и почему Ней так стремится получить дополнительное дежурство. Отмазался отговоркой «запястье потянул, всё равно тренироваться не смогу». Истинная подоплёка дела наверняка вскроется, и его ждёт выговор, но…

Элиор насмешливо уточнил:

— А ваше нахождение в его комнате?..

Ничуть не смутившись, Ней парировал лёгким тоном:

— Так проветриваем.

Однако, вопреки этой внешней лёгкости, он невольно бросил тревожный взгляд в сторону окна.

Изобразив бровями удивление такой наглостью, Элиор отметил:

— А я ведь могу и не делать вид, будто не расслышал поспешно удаляющиеся отсюда шаги.

Теперь уж покраснел и Ней. Проклятый педант! Конечно, он не мог не заметить их товарищей, которые поспешили удалиться, как только услышали голос начальства.

Аккуратно прикрыв окно, Ней поддерживающим жестом сжал плечо Рийара и вышел, не дожидаясь приказов.

Разобравшись с нарушениями, господин Элиор прошёл к столу, сдвинул в сторону тарелки и чашки, протёр столешницу и начал размещать свои бумаги.

Рийар следил за ним с большим напряжением. Он переживал, что поддержка Леона и Нея выйдет им боком, и что господин Элиор станет из-за неё настроен строже и критичнее. Подцепив вилкой оставшийся кусочек еды, он сделал вид, будто полностью поглощён завтраком. На деле же он следил за каждым движением господина Элиора, отмечая то, как тот аккуратно разложил бумаги и выровнял по воображаемой линеечке писчие перья. Это показалось Рийару тревожным знаком. Наверняка он настроен так же дотошно разобрать и его дело. Вникнет во все мелочи, найдёт любые несоответствия и вытянет наружу всё, что возможно.

У Рийара в рукаве был козырь — на него не действовала чужая магия. Обычно истинность показаний проверялась при таких допросах именно так: в конце господин Элиор спросит его, сказал ли он правду, и он, понуждаемый магией, ответит правдиво. Точнее, должен был бы ответить правдиво — но благодаря своему колдовству Рийар закрылся с этой стороны. Он сможет солгать.

Беда в том, что солгать господину Элиору и без магии будет трудно: он точно заметит даже самое крошечное несоответствие в деталях — и вытянет правду наружу.