Яко аз на раны готов

Глава вторая

Я забыт в сердцах, как мертвый; я — как сосуд разбитый

Псалом 30

Стук в дверь был быстрым и частым, и, не дожидаясь ответа, к нему вошли — нет, влетели!

Яркий вихрь аквамариновых юбок, несущиеся по воздуху волны каштановых волос, дробь каблучков — и вот, спустя секунду на стуле у окна, закинув нога на ногу, сидит и оглаживает его весёлым взглядом нарядная молодая женщина.

— Ну, Рий! — мелодично фыркает она. — Когда я говорила, что тюряга по тебе плачет, я не думала, что ты поймёшь меня столь прямолинейно!

Она рассмеялась и выложила на стол коробку с пирожными, которую принесла с собой. Беззаботная райская птичка, залетевшая в скучный серый изолятор по ошибке.

— Нэри? — скептически поднял брови Рийар. — Какими судьбами? — подозрительно и недовольно вопросил он.

Нэри. Его Нэри — здесь. Когда он в положении столь жалком и нелепом! Горло сжало стыдом и бессилием.

Они рассорились с ней весьма ярко. Конечно, оба рассчитывали столь же ярко примириться — но, раз уж сложилось как сложилось, то о чём тут говорить?

— Колючка рийаристая, — сморщила носик гостья и притянула к себе первую попавшуюся чашку. — Как насчёт сыграть галантного кавалера? — капризно вопросила она.

Пришлось идти за кипятком и заваривать чай, а потом и есть вместе с ней пирожные — его любимые, с малиной. От кондитера у ратуши — довольно дорогое удовольствие. Невольно вспомнилось, как они ели эти пирожные в последний раз… вкус малины на её губах, взбитые сливки на груди…

— Давай начистоту, дорогой, — первой заговорила Нэри, чувственно облизывая ложечку, которой ела пирожное, от чего Рийар несколько потерял сосредоточенность на смысле её речей и был вынужден пару раз сильно зажмуриться, чтобы вернуть себе концентрацию. — Ты, конечно, лучший любовник из всех, кто у меня был за последние десять лет, — мечтательно прижмурилась она, — и я даже всерьёз рассмотрела вариант выйти за тебя, но нет.

Рийар посмотрел на неё в упор с большим недоумением.

Он удивился вообще самому факту её визита. Их отношения не были официальными, и формально они поссорились, так что у неё не было никаких причин его навещать. Она могла просто вычеркнуть его из жизни и забыть.

— Прости, но я слишком люблю столичную жизнь, — хищно улыбнулась Нэри, зачёрпывая ложечкой ещё немного десерта. — Так что без обид, дорогой, но на остров катись без меня.

Сморгнув, Рийар попытался заверить:

— Да я и не…

— Ах! — перебила его Нэри, взмахивая ложечкой. — Не порть мне демоническую роль жестокой стервы, которая бросила горячо влюблённого в неё юношу в такой драматичный момент!

Глаза её воинственно сияли, и Рийар счёл за лучшее не спорить. Она была старше его и любила разыгрывать роль «более опытной в делах любви» наставницы.

— Я буду безутешен, — сухо заверил он, ковыряясь в своём пирожном. Без сопутствующих поцелуев оно теперь казалось ему совсем не таким вкусным, как он помнил.

Однако Нэри, как это часто с ней бывало, оказалась недовольна тем, что он ей подыграл. Надув губки, она поправила кружева на своих рукавах и капризно вопросила:

— Как! Ты так легко откажешься от борьбы?

Рийар закатил глаза, вспомнив, почему они с нею так часто ссорились. Учитывая, что в этот раз постельного примирения не планировалось — игры такого сорта вовсе не пришлись ему по душе.

— Сердце моё, — тем не менее, продолжил он подыгрывать и вкрадчивым жестом взял её ладонь в свои руки, — что может отверженный обществом преступник предложить своей сияющей госпоже? — он добавил в голос благородную муку: — Увы, мне остаётся лишь хранить в памяти каждый драгоценный миг своих воспоминаний!

С этими словами он поцеловал ей ладонь, и, кажется, по привычке немного увлёкся и не остановился вовремя. Со смехом она отняла свою руку и попеняла:

— Ладно, ладно, я подумаю!

— Подумаешь? — переспросил Рийар, возвращаясь к пирожному.

Изящно покачав ногой в воздухе, Нэри отметила:

— Говорят, тебя ведь там можно будет навещать?

Заинтересованный Рийар посмотрел на неё весьма пристально.

— Какая романтика! — мечтательно протянула Нэри, закатывая глаза. — Мчатся на далёкий остров, где за стенами и стражниками о тебе неусыпно думает твой бывший возлюбленный!

Рийар хмыкнул. Что-то ему подсказывала, что Нэри скорее манит возможность дразнить теперь им своих будущих возлюбленных и угрожать, что уедет от них к нему на остров.

Мысль о том, что у неё теперь появится кто-то другой, кольнула резкой болью.

Его связь с Нэри была довольно длительной — дольше, чем у него бывало обычно, — и ему сделалось неприятно от мысли, что она быстро найдёт ему замену, и будет теперь к другому мужчине влетать в комнату в своих ярких нарядах и с пирожными в руках. Будет сокращать чьё-то чужое имя, но сыпать теми же шутками и разыгрывать те же картины, проговаривая те же слова и снабжая их теми же выверенными жестами. Что ей было до него? Он ли, другой — для неё это не меняло ничего.