Ялиоль и колыбели богов

Глава 11. Шаровая молния

Арсений не обмолвился и словом, готовясь к обряду, а Ялиоль не пыталась с ним заговорить. И если юноша не скрывал потрясения от признания девушки, то Ялиоль глубоко спрятала свои чувства и терпеливо ждала его первых указаний. Слушая голос разума, Ялиоль убедила себя, что важнее всего спасти отца, а прочее может подождать.

Арсений расставил на полу свечи в несколько рядов треугольником около изваяния богини. В двух углах, образовавшихся по бокам от статуи, он изобразил магические иероглифы: причудливые символы из перекрещивающихся линий. Наделённые магической силой, иероглифы исполняли волю мага, пока оставались видимыми. Перед изваянием Арсений поставил большой деревянный кубок и наполнил его золой от догоревших благовоний.

— Когда она спросит, кто ты, назовёшь своё имя, — нарушил молчание Арсений, приступая к обряду.

Он встал лицом к статуе и, разведя руки в стороны, прошептал заклинание: «Диара сфатим лукос». Повинуясь магу, иероглифы засветились и лёгкой дымкой поднялись вверх. Спустя мгновение из них возле изваяния богини появились две полупрозрачные копии Арсения. Фантомы одновременно с ним начали повторять слова:

— Мы иноземцы, не почитающие святыни храма твоего, Шердар! Мы отвергаем божественную сущность твою и называем бесславными деяния твои!

По стенам храма пробежали молнии, а глаза статуи заискрились. Невидимая сила начала сдвигать свечи, расставленные на полу, но Арсений вместе с фантомами вновь расширил треугольник.

— Пусть падёт величие твоё и погаснут огни во храмах твоих, — продолжал он и повернулся спиной к изваянию. — Пусть прахом станут владения твои!

Зола заструилась из поднятого кубка и, облетая треугольник, стала собираться серым зонтом над головой статуи.

— Кто явился осквернить мой храм?! — прогремел голос богини Шердар.

— Я, дочь Таласа, хочу плюнуть тебе в лицо! — ответила Ялиоль, дерзко выступив вперёд.

— Попробуй, коли осмелишься. Я уже близко!

Слова богини эхом растаяли под куполом, а стены сотряслись от налетевшей бури. Раздался гром, молнии сверкали не переставая, отчего слепящий свет заливал окрестности храма и монстры, выскочившие из-под снега, стали более явственны.

— Пора выбрать очередного духа из твоей связки, пока действуют слёзы Архиса, — сказал Арсений, как только его фантомы исчезли. — Я посоветовал бы Лакримона, он считается самым сильным из слуг Архиса.

— Он ещё безобразнее, чем Жикоза, — разглядывая подвеску, заключила Ялиоль. — Но, к счастью, я не увижу себя в зеркале.

Девушка передвинула пряжку, и началось превращение. Ноги её срослись, а руки раздвоились, и Ялиоль стала похожа на змею с четырьмя конечностями возле шеи. Она увеличивалась в размерах, изменяясь до неузнаваемости. Лакримон был покровителем недр, и задняя часть его туловища, переходящего в хвост, состояла из жидкого металла. Хвост чудовища, словно растаявшее зеркало, растекался волнами и в мгновение собирался, приобретая причудливые формы. Но передние четыре лапы оставались неизменными, их покрывала чешуя из разных горных пород, а на золотой голове и вдоль спины щерились острые кристаллы. Плечи вызванного духа были усыпаны изумрудными и рубиновыми камнями, серебряная грудь — голубыми вкраплениями непрозрачного минерала, а широкий лоб — сверкающими сапфирами. На месте глаз россыпью светились мелкие синие камни. Вокруг змееподобного тела чудовища вращались три щита: один из серебристого металла, второй из красного камня, а третий был похож на чёрное маслянистое пятно. Внушительные размеры самого сильного слуги Архиса вызывал благоговейный страх. Лакримон выглядел величественным и грозным.

— Я готова к встрече с богиней, — произнесла гранатовыми губами Ялиоль и ударом лапы пробила потолок.

Огромное тело не позволяло ей оставаться в храме, и дочь Таласа в облике Лакримона выбралась на крышу. Вихрь миллиардов снежинок пытался сбросить её на землю, но свинцовые когти крепко держались за крышу храма.

В это время в небе образовалась чёрная воронка, и в ней с ослепительной вспышкой появилась небывалых размеров шаровая молния. Она разбрасывала искры и приближалась к святилищу богини Шердар. Хрустальные арахнисы подняли оглушительный свист, приветствуя свою мать, а на снегу заиграли красные блики. Под сияющим шаром обрисовалась женская фигура. Она касалась его головой и обвивала огненными волосами. Именно так любила появляться богиня Шердар — прилетать с громадной шаровой молнией в пышной шевелюре. Её изящные утончённые формы прикрывали лепестки струящейся алой ткани, а туфельки с заострёнными и загнутыми вверх носками растапливали снег.

— Только безумный или бессмертный может позволить себе подобную дерзость! — гневно произнесла богиня. — В теле жалкого слуги Архиса тебе не избежать заслуженного наказания, дочь Таласа!

Из шаровой молнии вылетело две дюжины более мелких, и Шердар направила их в Лакримона. Монстр не растерялся: щиты, вращающиеся вокруг него, стали передвигаться быстрее, и каждый по-своему отразил атаку. Металлический щит поглотил часть смертоносных зарядов, каменный отбросил назад, а нефтяной выпустил им навстречу чёрные струи, заставляя шаровые молнии взорваться ещё в полете.

— Ты ничего не добьёшься, дочь Таласа! — воскликнула богиня. — Я не отпущу главного жреца Архиса! Он угроза для нашего мира!