Ялиоль и маска богини Нарсахет

Глава 10. Правда о воплощении живого света

Открывшаяся правда вызывала разочарование. Ялиоль и Арсений представляли на месте злодея могущественного мага, пришедшего с другого континента, но им оказался всего лишь префект Нимфизалии, которому они подобрали массу характеристик: подлый, двуличный, трусливый… Какую цель он может преследовать? Стать властелином мира или отомстить бывшей невесте принца за свой позор? В последнее верилось меньше всего, хотя теперь Ялиоль стремилась разрушить планы похитителя саркофага Катрама не только из сочувствия Арсению. Служитель культа Элтора едва не закопал её живьём, желая принести в жертву своему божеству. Такое до конца дней не сотрётся из памяти. Девушка готова была сделать всё что угодно, лишь бы помешать Дэрлингу осуществить его тайное желание. Оно было первой загадкой, а второй стало то, каким образом в руки префекта попала маска Архиса. Как он смог её украсть из Колыбели богини?

Ялиоль и Арсений решили дождаться отряда неуязвимых воинов вблизи хранилища древностей. Они договорились ничего не предпринимать, поверив Матери рода, что хлебула всё равно будет похищена.

Молодые люди посчитали опасным ночевать в тропическом лесу, перелетели в Сазартан и остановились там на постоялом дворе. Им дали небольшую комнатку на втором этаже, выходившую окнами на площадь. Кроме двух узких кроватей из мебели тут был платяной шкаф и пара табуретов. Выглянув в окно, Ялиоль увидела то самое здание, в котором и находился артефакт. Строение напоминало пирамиду со срезанной вершиной и в изяществе явно уступало строениям доринфийского замка, но зато выглядело надёжным. За каменным ограждением в два человеческих роста просматривалось здание без окон, с просторной смотровой площадкой наверху. Даже удачливый вор вряд ли сумел бы здесь что-то украсть, ведь все три входа охраняла стража. Но сложно было сказать, выдержит ли эта маленькая крепость настоящую осаду, которую можно было ждать от щебневых прислужников префекта.

Ялиоль первым делом попросила Арсения сотворить для неё зеркало. Задача оказалась не сложной, и через несколько секунд девушка смогла взглянуть на своё отражение. Арсений обманулся или неудачно пошутил, потому что на его спутницу из зазеркалья по-прежнему смотрели вишнёвые глаза.

— Могу лишь сказать, что мне не показалось. Твои глаза действительно в какой-то момент стали голубыми, — пожал плечами юноша.

— Но тогда… — девушка испугалась собственной догадки.

— Договаривай.

— Мне в голову пришла глупость, — махнула рукой Ялиоль.

— Позволь судить мне.

— Я вдруг подумала, что только уничтожение лимбингов может снова дать моим глазам голубой цвет. Я знаю, насколько ужасно это звучит. Откуда в моей голове такие мысли?

— Не бойся, это просто мысли, и они не причинят тебе вреда. И никому вокруг! Особенно, когда я рядом. — Он шагнул к Ялиоль и положил руку ей на плечо: — Я люблю тебя, какой бы ты ни была и что бы ни случилось.

Несмотря на ласковый взгляд Арсения, девушка не успокоилась. Она тяжело задышала и, хлопнув ладонью по зеркалу, сказала:

— Нет, я не могу и дальше пребывать в неопределённости! Я как будто теряю себя, я разрушаюсь, как здание, под которым размыло фундамент. Я должна знать правду!

— Успокойся, я всё понимаю, тебе страшно, и это нормально — бояться неопределённости. Но пока не случилось ничего ужасного, поэтому и нужно попытаться взять себя в руки. — Он мягко улыбнулся Ялиоль. — Ты всегда умела сделать это лучше меня, попробуй и сейчас.

Арсений хотел понять, куда делась свойственная ей выдержка. Очевидно, что Ялиоль долго сдерживала в себе то, что постепенно набрало силу и сейчас начало прорываться, как поток воды из трещины на дамбе. Юноша знал, каково это — потерять себя и не ведать, кто ты! Мать рода заверяла, что воплощение живого света несёт добро, но Ялиоль пришлось убедиться в обратном! Кроме того, её наверняка потрясла внезапная встреча с собственной матерью, хоть она и стремилась не показать этого. Арсений посчитал, что намёки богини на любовь между Элтором и Нарсахет стали той последней каплей, которая переполнила чашу терпения Ялиоль.

«Но прав ли я в своих рассуждениях? — размышлял он. — А если прав, то Ялиоль в порыве может совершить что-то, о чём потом будет сожалеть, ведь не зря хранительница просила довериться мудрости и набраться терпения».

— Я хочу знать, почему богиня назвала меня тарантулом и как одним движением руки я убила лимбингов! Я хочу знать то, что от меня скрывают!

— Тебя оберегают от тех знаний, которые могут тебе навредить! Ты же доверяешь отцу и Женевьеве?

— Меня оберегает ложь?! — вспыхнула Ялиоль и нервно заходила по комнате. — Посмотри на себя, Арсений! Ты сам не уверен в том, кто ты! Ты постоянно твердишь, что ты человек, но сомнения вызывают в тебе боль и недовольство. А теперь представь себе, что должна чувствовать я! У тебя хотя бы остались какие-то воспоминания об Элторе, а я ничего не знаю о той части себя, которую называют воплощением живого света! Я хочу знать правду, и я узнаю её!

Девушка решительно распахнула дверь, бросив через плечо:

— Ты со мной?

Арсений недовольно сдвинул брови, но последовал за Ялиоль, понимая, что остановить её не удастся.

Диск ещё никогда не развивал такой скорости. Зубцы, возникшие по его краю, со свистом разрезали ночной воздух, и только защитный купол позволял двум пассажирам удержаться на нём.