Ярик, или «ваш редкий шанс»

Глава 1 Встреча спустя сорок лет… Р/825

А подтолкнула Ираиду Михайловну обратиться в брачную контору встреча со своей приятельницей еще по школе Галкой Огурцовой. Конечно, спустя почти сорок лет после окончания школы она, уже разменявшая шестой десяток, давно не Галка, а Галина Викторовна, сменившая фамилию с Огурцовой на Свинаренко, затем на Гулину и вот, после третьей регистрации брака, ставшая Сперанской. Но на школьных друзей это правило не распространяется: все они, как были со своими кличками и девичьими фамилиями, так навсегда и остались в памяти одноклассников.

Теперь Ираида и сама не помнит почему возобновила давно утерянную связь со школьной подругой. Наверное, это произошло благодаря случайно обнаруженной старой записной книжке, в которой она нашла номер телефона Галки. Нахлынули воспоминания и рука сама потянулась к телефону. Шансов, что подруга по-прежнему проживает все в той же квартире было немного, но других вариантов соединиться с ней не было.

К удивлению Ираиды, трубку сняла Галка, ее голос почти не изменился, такой же призывно-звонкий. Не зря в школе Огурцовой всегда поручали читать стихи советских поэтов, что было тогда очень востребовано и являлось обязательной частью выступлений на празднованиях дат, обозначенных в календарях красным цветом. Идеология была железобетонной и отлажено работала. Дети с младших групп детского сада свято верили, что у них самое счастливое детство, ибо им повезло родиться в СССР. Все пути-дороги для них будут открыты. С годами эта святая вера блекла, теряя свою позолоту, а после окончания школы у многих, не поступивших в институт, а пошедших работать кто куда и вовсе исчезла. Взрослым, вроде как, ни к чему, а новоявленные детсадовцы и пионеры-школьники, по-прежнему, звонко и бодро чеканили стихи на утренниках и верили, что в жизни их ждет только счастье.

У Ираиды или в ту пору просто Иры, с поступлением в институт произошла осечка, подготовка оказалась слабенькая, а на занятия с репетиторами денег не было. Мать Иры, теперь покойная Клавдия Ивановна, отвела дочку за руку в цех завода «Борец», где сама работала нормировщицей. Завод находился недалеко от дома, в шаговой доступности, что особенно важно для режимного предприятия с проходной системой. Опаздывать категорически нельзя. Именно на этот «Борец» водил своих учеников Петр Сергеевич – учитель физики, дабы наглядно продемонстрировать школьникам, что ожидает ребят, не захотевших учиться. Было у него такое условно-показательное местечко на задворках цеха, где подростки без специальности красили металлические детали какой-то особо вонючей, бьющей в нос краской. Зрелище не для слабонервных: ребята, почти дети, все перепачканные, с глазами затравленных щенят, надолго оставались в памяти. После таких экскурсий Петр Сергеевич любил вспоминать этот эпизод в классе по поводу и без, особенно, когда впаривал очередной кол (двойки он не ставил) нерадивому и тупому, с его точки зрения, ученику, дословно комментируя: «Пойдешь на завод колеса красить!» Прошедший большую жизненную школу от матроса, кочегара и других разных рабочих специальностей, в возрасте за сорок, наконец, был принят учителем в школу на окраине Москвы, где учились, в основном, дети лимитчиков, таких же, как в недавнем прошлом сам Петр Сергеевич - кочегаров-плотников, строителей и заводчан. Учить физике он не умел совсем, тип был, мягко выражаясь, неуравновешенный, эмоционально неустойчивый и даже шизоидный, зато щедро сыпал колами почти всем подряд, за исключением нескольких, нещадно зубривших любимцев. Складывалось впечатление, что благодаря зубрежке, эта пара-тройка учеников знала побольше самого учителя. Галя Огурцова и Ира Редькина в их число не входили. Они иногда подшучивали над своими «овощными» фамилиями, что из редьки с огурцом благородный салат не сделать.

Сказать, что Галка очень удивилась, когда Ираида представилась по телефону Ирой Редькиной, было бы не совсем так. Не удивилась, будто и не прошло около сорок лет. Своим, почти прежним юным голоском, она обрадованно защебетал:

- Ирка, с ума сойти! Ты где столько лет пропадала?!

- Да, нигде… всю жизнь в Москве. Вот недавно вышла на пенсию, бездельничаю.

- С ума сойти… А, как твоя мама? Помню ее строгая такая…

- Мама уже покоится на вечном пристанище. На Николо-Архангельском.

- Моя тоже на Митинском. Сироты мы с тобой! Раньше были полусиротами-безотцовщинами, а теперь круглые.

- Что не так уж и страшно в нашем возрасте.

- Кто у тебя из близких рядом?

- Сын Ярослав, Ярик. Тридцатилетний обалдуй-девственник. Пригрелся около матери и ничего не хочет.

- Ой, как ты жестоко о сыне… А, у меня кроме третьего мужа Сперанского – никого! Есть племянница, она мне почти, как дочь. Она меня и замуж выдала. Так, что после Огурцовой, я побывала и Свинаренко, и Гулиной, но все как-то ненадолго, и вот, наконец, обрела благородную фамилию с корнями рода Сперанских. Да, тех самых.

Племянница тебя замуж выдала? Каким образом?

- Так, она владелица брачного агентства. Тебе замуж не надо? Она поможет.

Ираида Михайловна, немного помявшись, ответила:

- Спасибо. Мне вначале сына надо женить.

- Что ж, тогда ты позвонила по адресу. Пусть приезжает в брачную контору Надюши и ему обязательно помогут.

- А могу я вначале туда подъехать, познакомиться с твоей племянницей-хозяйкой, поговорить о сыне?

- Да, конечно. Но услуги бюро платные. В них входят консультации психолога, визажиста и даже сексолога, если в этом возникнет необходимость. Скажу одно: мужчины по-прежнему в дефиците. Я поговорю с племянницей и перезвоню тебе с ответом. Жди. – и Галка положила трубку.