Ярик, или «ваш редкий шанс»

Глава 54 Баня, или Только держись!

Так или иначе, но в тот же день на электронную почту Надежды пришло письмо от Моретти:

«Я невообразимо счастлив. Клавдия приняла мое предложение»

Они проговорили почти всю ночь, а говорить было о чем: о регистрации брака, о их будущем, о желании Александра познакомиться с сыном Клавдии, чтобы и у него попросить руки матери. Чувствовалось, что Моретти серьезно подумал, прежде чем приехать в Ильичевку делать предложение. Так с разговорами их и сморил сон; накрывшись теплым платком, Клавдия уснула прямо в платье, рядом в джинсах и футболке спал Моретти.

Ночка, не привыкшая долго ждать, рано утром подала хозяйке голос из своего загона. Клавдия проснулась и давно забытое чувство, всколыхнуло душу женщины:

- Господи, я наяву или во сне?!

Кольцо на пальце напомнило о произошедшей накануне помолвке.

Она поднялась, накрыла спящего Александра покрывалом и тихо вышла из комнаты. Надела фартук, повязала косынку, взяла на терраске ведро с марлей. Ночка, почуяв ее приближение, позвала хозяйку своим протяжным мычанием-зовом, означавшим:

- Ты чего заставляешь меня ждать и волноваться? Совесть имей!

Клавдия, отворив дверь сарая, погладила свою любимицу по гладкой черной шее, не забыв дать ей сухарик перед дойкой:

- Ты, уж не сердись и не ревнуй меня, Ноченька! И, как же мне расстаться с тобой? Вот, приехал хороший человек издалека, зовет меня с собой уехать… Что же мне делать, Ночка?

В этот самый момент Клавдия увидела рядом Моретти и, конечно, он слышал ее разговор с Ночкой.

- Мы что-нибудь придумаем, дорогая. И ты, Ночка не переживай! Все будет хорошо. Ну, не буду волновать ее и мешать вам. Я пойду.

Когда Клавдия вернулась в дом, Моретти спал на кровати. На стуле лежали его вещи: джинсы и футболка.

Лечь рядом и продолжить спать, Клавдия не посмела. Она пошла растопить баню, затем начала хлопотать на кухне. Не заметила, как он тихо подошел к ней сзади и обнял.

- Стыдно мне к тебе в кровать ложиться, Александр Петрович. Да и отвыкла я… Муж много лет болел. Боюсь, не гожусь я в жены…

- Я все понимаю и буду ждать. Отказа не приму. Уже поздно. Как у русских:

«Слово не воробей»?! – Моретти поцеловал Клавдию в шею.

- Я баню натопила, иди попарься с дороги.

- Баня твоя – это главная ценность! Только не хочется одному… Да и кто меня веником из березы побьет?

- Смешно говоришь, - побьет.

- А, как правильно.

Клавдия задумалась:

- Похлещет.

- Ты придешь похлестать меня веником? Я буду ждать тебя.

- Иди. Пока не знаю. Не решилась пока. Скорый ты, Александр Петрович, как я погляжу.
Моретти засмеялся и подхватил Клавдию на руки:

- Раз так, я сам тебя утащу! Сам тебя и веником отхлещу. Только держись!

Как он оказался прав! Баня, пар, шутки, смех, аромат трав и хлесткий веник сломали все преграды и сблизили их. Разрумянившиеся и счастливые они пили чай с медом в предбаннике. Моретти с полотенцем на бедрах, Клавдия в простой сорочке из ситца напоминала знакомый образ с картин художников начала прошлого века. Крепкая, со стройными ногами и красивой фигурой, она будто сбросила с себя защитную броню из лет одиночества и неожиданно почувствовала себя желанной и вновь молодой женщиной.