Ярослава. Царица Сибирии

Глава 5

Мощных ворот крепости мы достигли через полчаса. Далеко все же я убежала. Уже смеркалось.

Мы подъехали к центральному каменному зданию, похожему на большой особняк средневекового феодала. Второй этаж стен украшался длинными зелено-красными полотнами или хоругвиями.

Во дворе крепости воин подъехал к поилкам с водой и останавливал коня. Придержал меня, пока я неловко слезла на камни, ими был мощён большой двор крепости. Едва не свалилась с ног. Всё же моя левая нога вела себя нехорошо, эта хромота была непривычна.

Но тот факт, что у меня вообще были ноги, которые ходили и даже бегали, как я поняла чуть раньше там в лесу, воодушевлял неимоверно. Ведь в прежнем мире я долгие годы была лишена такого удовольствия — ходить.

В этот момент к нам навстречу выбежала стройная седая женщина, одетая в простое, но добротное платье, такие носили средневековые горожанки в Европе в моем мире.

Она бросилась ко мне и воскликнула:

— Доченька, ты жива! Слава светлой Макоши! Я думала, эти мерзавцы не оставят тебя в покое.

— Господин Лютобор спас меня, — ответила я приветливо.

— Они ничего не сделали тебе? — с беспокойством спросила она, осматривая меня.

— Нет, не успели.

По возрасту женщины, лет пятидесяти, и по обращению было понятно, что это мать Славы. Она быстро обняла меня по родному, целуя в щеку, а потом обернулась к мужчине, который также спешился. К нему подбежал конюх, забирая жеребца.

— Боги Светлые воздадут тебе за добро, Лютобор Мирогович, — поблагодарила она его.

— Да будет тебе, Верея, — ответил тот. — Главное, царевна будет спокойна. Пойду к ней, скажу, что всё хорошо с её чернавкой.

Ах, вот она — Верея! Даже искать не пришлось. Моя мать, точнее, девушки, в чьём теле я теперь находилась. С первого взгляда я почувствовала в этой женщине родную душу, от неё исходила какая-то добрая энергетика.

Лютобор быстро удалился, войдя в широкие двери, а Верея, ухватив меня за талию, повела в каменные хоромы с чёрного хода. Я послушно шла с ней, осматриваясь и замечая все, и всех кто проходил мимо. По пути нам попадались в основном слуги, немого воинов, а так коридоры были пустынны. Спустя пять минут мы добрались до дальней комнатки на верхнем этаже.

Я же, уже желая узнать побольше, спросила:

— Мама… матушка, — тут же поправилась я, вспоминая как называли матерей в те времена. — Как ты думаешь, Лютобор любит нашу царевну Янину?

— Что ты, милушка, даже не думай о том, — всполошилась Верея. — Не имеет он права любить её. Ведь она для царя Сибирии предназначена, позабыла ты, что ли?

— И правда, — кивнула я, якобы тоже вспоминая о том.

Я осмотрела комнату, куда мы пришли. Она была небольшой, но очень тёплой и уютной. В ней стояли три кровати и небольшой стол. В небольшом очаге горел огонь.

— Хотя, знаешь, Славушка, я тоже заметила, как он смотрит на нашу княжну. Больно жадно, а это нехорошо. Он ведь должен только доставить её до Сибирии, на смотрины к царю. За этим он сюда приехал. Княжна Янина ведь может стать будущей царицей Сибирии, потому он должен ее уважать.

Отчего-то мне вспомнились исторические факты, когда русские цари до Петра I тоже устраивали смотр невест из боярских девиц и выбирали себе жену. Похоже, и здесь было всё так же.

В этот момент в комнату вбежал светловолосый мальчонка лет девяти, подвижный и пригожий, одетый по простому. У него была разбита губа.

Верея тут же всплеснула руками и озабоченно спросила:

— Что случилось, сынок?

— Матушка, барчук Лукаш со своими дружками вернулись, злые как черти, — объяснил мальчик, когда женщина подвела его к умывальнику, что висел в углу. — Велели мне коня принять, а я замешкался, так мне оплеуху и отвесили.

Я нахмурилась. Вот гады. Теперь над мальчиком издевались. Они вообще люди или всегда как нелюди живут?

Верея повернулась ко мне, умывая мальчика, который, как я поняла, был моим младшим братом, и ласково велела:

— Ты, доченька, порванную рубаху-то сними, да переоденься в чистое. Да лицо оботри, оно у тебя всё в грязи.

Я кивнула и начала оглядываться. Ещё бы знать, где лежит одежда. Увидела сундук в углу. Вспомнила, что раньше все вещи хранили в них. Подошла к сундуку и раскрыла его, но Верея окликнула меня:

— Славушка, не там. На кроватке своей поищи, я на спинку сегодня тебе новую рубашку повесила. Привела её в порядок, пока ты княжне косы заплетала.

Так. Я ещё должна уметь плести косы. Но я не умела. Надо было срочно обучиться, где-то подсмотреть как это делается.

И, похоже, моя матушка и брат также были в услужении у княжны или у владельца этого дома.

Увидев кровать в дальнем углу у окна, я почему-то интуитивно почувствовала, что это кровать Яры. Подошла, действительно нашла длинную вышитую рубаху. К моему удивлению верхнее платье, надетое на мне было цело. Оно одевалось сверху на рубаху и затягивалось под грудью, имело длинные лямки. Странное одеяние, что-то среднее между русским сарафаном и европейским средневековым платьем.