Ярослава. Царица Сибирии

Глава 17

— Погубить? Но кто может желать мне смерти? Я же простая служанка. Или нет?

Отчего-то в этот миг я окончательно утвердилась в мысли, что я не та, за кого меня выдает Верея. Может, я тоже была из царского рода? Может, Янина мне сестра? Ведь не зря же я видела так много тогда и была в теле дочери царицы.

Но мое происхождение отчего-то надо было скрывать ото всех. И Верея упорно не хотела говорить о том, а я не хотела озвучивать пока эти мысли, которые становились в моей голове все навязчивее.

— Это тайна, и ее знать опасно для тебя, Славушка. Как придет нужное время, я все тебе расскажу как на духу.

— Когда же оно придет, матушка?

— А кто ж знает. Святые Боги как управят, да Макошь наша матушка знак подаст. Тогда и придет времечко то. А пока ты поменьше про эти сны рассказывай. Да на глаза Лукашу не попадайся. Гадкий он, грязный душой. Все девок в крепости донимает, охальник. А теперь ему Янину отдавай. Да на тебя еще напал. Пёс поганый.

— Матушка, а ты видела когда-нибудь белую волчицу?

— Кого?

— Волчица белая. Это она называет меня Яра. Она мне помогла в тот день, когда Лушаш и его дружки охотились за мной, и сегодня эта волчица снова говорила со мной. Телепатически. — Видя, что женщина недоуменно смотрит на меня, поправилась: — Ну, ее голос я слышала в голове. В тот день она меня в сознание привела и говорила, чтобы я бежала от Лукаша, а потом отдала мое очелье, что я обронила.

Женщина долго смотрела на меня. Пораженно и пронзительно.

— Что еще сказала та волчица?

— Что я должна отправиться за оберегом Живы и найти его.

— Макошь пресветлая! — всплеснула руками Верея.

— И сказала, что надо искать его в Сибирии. Она укажет где, — произнесла я полностью выдуманную фразу.

Волчица мне не говорила этого, но я действительно знала, где его искать. У Светозара в Сибири. Но что именно он украл оберег Жизни, я пока не собиралась открывать матушке. Пусть пока никто не знает, что царь на самом деле оборотень-злодей, тогда будет проще добыть оберег.

— Неужто пришло оно? — тихо прошептала Верея.

— Кто оно?

— Время…

Женщина протяжно вздохнула, а потом она упала на колени. Сложила в молебном жесте руки на груди и обратила лицо вверх, на высокое небо за окном.

— Благость даруйте, Светлые Боги, Ярославе, деточке моей. Защитите ее от дурного и наставьте, как должно поступать ей. Жива родная, Макошь-матушка, Перун громовержец помогите! Услышьте дочь вашу.

Уже через несколько минут Верея опять поднялась на ноги и обратила на меня горящий взор.

— Просто так белая волчица, что говорит тайным языком, не появится, — объяснила она, — Предсказано сие старцем: придет она, когда нужда будет охранная помощь тебе, Ярочка.

— Я ничего не помню, матушка.

— Зато я всё разумею, — она проворно накинула на голову платок. — Значит так. Ступай пока в кухню, поужинай, да братца накорми. Да как я сказала барчукам на глаза не показывайся. А я в лес к старцу сбегаю, посоветоваться мне надобно.

— К старцу?

— Да к мудрому Угруму, который с нами из Динарии бежал. Поговорю с ним.

Верея торопливо ушла, а я все думала и думала обо всем. Я чувствовала, что волчица говорила со мной не просто так.

А ещё в тот вечер у меня появилось такое чувство, что в этот мир я попала не случайно. Может быть, для того чтобы помочь жителям Динарии?

Неужели я вправду могу сделать это?

По обращению слуг, по их поведению и рассказам, я знала, что прежняя хозяйка тела, настоящая Славка, была совершенно другой по характеру, чем я. Она была послушной, тихой и пугливой. С ней особо не церемонились, нагружали работой, могли отвесить и оплеуху. А она всё молча терпела. Неудивительно, что и Лукаш со своими дружками тогда затеяли «охоту» на Славку. Знали мерзавцы, что она не сможет сопротивляться. Наверняка, прячась в том овражке, от страха у Славки не выдержало сердце. И тогда, на горе этим выродкам — сынку барона и его прихвостням — попала в тело несчастной девицы я.

Так и началась новая жизнь Славки. Сначала я дала отпор насильникам, потом не позволила дать себе пощёчину грымзе-кухарке, а вскоре все слуги в замке поняли, что больше я не дам себя унижать. Я выполняла все свои обязанности при княжне прилежно, и потому наказывать и бить меня было не за что. А просто так, для запугивания и острастки, измываться над собой я не собиралась позволять.

Вернулась Верея из леса уже за полночь, взволнованная и задумчивая.

— Что сказал старец, матушка?

— Благословил нас на дальнюю дорогу в Сибирию. Сказал, что слова волчицы белой вещие, и она наверняка знает, где искать «Свет Жизни». Только одного не пойму: отчего оберег в Сибирском царстве, а не в Елизарии? Ведь елизарцы украли его.

— Никто же не знает этого наверняка. А волчица вещала про Сибирию.