Ярс из страны Веневдии

Часть II. Глава V

                                                                          Глава V

                                                             Дома и стены помогают

   Как ни ускоряй шаг, от себя не сбежишь. От мыслей злых и воспоминаний. Уже давно башня пропала из виду, никто вслед не смотрит, а всё не по себе как-то. Вдобавок, голод и жажда стали всерьез досаждать – колодцев по пути не встречалось, а прочее даром не обломится. Монета давешняя пригодилась бы. Если бы досталась иначе. Если бы в руки отдали, а не бросили как кость верному псу.

- Чур меня, доля лихая, да стыдная, - сказал в который раз уже, зашагал еще шибче. Поругаться бы с кем-нибудь, ребра посчитать за свою правду – так ведь не лезут и не хулят! Жить надо по закону: скажи это любому из тех, у башни – кивать будут и соглашаться. Только пялиться станут исподлобья.

- Да и пропадите вы все! – сказал в сердцах, хоть слышать тут некому. – Стадо бессмысленное! Никуда не вмешаетесь, пока самим нож не приставят!

   Ближе к вечеру думать начал совсем о другом. Знакомые места пошли, окрестности Залесья, где еще мальцом катался на телегах и санях. Улыбнуться бы от встречи с давним, но Ярсу другое увиделось: плач на улицах, да закрытые ставни. Поднимется сейчас на холм, и сама смерть глянет на него с обветшалых крыш, где и птицы не гнездятся…

   Встал как вкопанный от таких мыслей. Обругал себя, а после дорога вывела куда нужно. Открылись с холма леса и перелески, город открылся тоже – без всяких шестов, конечно. Стена из тесаных бревен с торчащими обламами[1], дубовые ворота сплошь окованы железом, два полотнища над ними. Синее, княжеское и бело-зеленый лоскут поменьше – флаг тиуна Перебельта. Торговый шлях здесь не кончился: идет от него к Залесью мощеная дорога, а сам шлях тянется себе дальше, в столицу.

- Ну, здравствуй, что ли.

   По обычаю, на колени бы встать, землю поцеловать с молитвой Сарусу, да не хочется. Не привык с богами прилюдно общаться. Всего раз и попробовал, на той поляне – и вон чем обернулось!  

- Мир тебе, мой город. Пускай все беды стороной, а прибыток в избы.

   Очередь к воротам скопилась изрядная, всё больше телеги. Двое стражников на въезде не выглядят добрыми бойцами, зато хари у обоих продувные, похлеще любых приказчиков. Старательно теребят груз, с хозяевами говорят лениво и тоже без спешки. Въездная пошлина сыплется в заплечные мешки, а лица въезжающих мрачнее тучи. Торговцы, одно слово. Человеку бедному куда проще – Ярс к воротам подошел с улыбкой, будто родню увидел:

- Мир вам, добрые люди! Домой иду.

- Ишь, какой шустрый! – стражник на улыбку ответил ухмылкой. – Много вас таких в город лезет! Бродяга?

- Воин. Медальон при мне и клеймо на месте. С кунами туго, но в родной дом пошлина ни к чему.

- Ишь, какой мудрый, - отозвался стражник без лишнего многословия. – Ты мне еще Установления расскажи, сопляк!

- Чего бранишься, Зван? – напарник закончил рыться в очередной телеге, глядел теперь удивленно. – Дался тебе этот малец, время тратить!

- А ты меня не осаживай! Я тутошних воинов наперечет знаю, хоть и не стоят они такой чести. Сказано – ни один бродяга при мне в эти ворота не войдет!

   Уши снова загорелись – стыдом, яростью, еще чем-то. В каждой касте есть выродки, но закон сильнее обид. Даже если хочется вынуть палицу и вовсе забыть о кастовой принадлежности. Жухан бы так и сделал – напролом вошел или свалился бы под копьями, как упрямый дуб под секирой. Хитрый Касюта попытался бы шутками-прибаутками, но и это не всякому дано. Дерево кедр под ветром гнется, да не сгибается – ему еще в обратную надо выпрямиться. Не хрустнуть, желательно.

- Насчет бродяги снова зря обзываешься, а насчет ворот… ты слово дал, понятно, отступить не можешь. Только мне входить не обязательно, стражник. Я и поверху могу.

- Грозишься?!

- Просто говорю. Мне нужно в город, тебе надо слово держать. Сговоримся?

- А чего, Зван, пускай лезет! – напарник вредного стражника ухмылялся уже во весь рот. – Ежели ему укрепления нипочем!

   Хвастать Ярс не любил, потому осмотрел стену заранее. Три человеческих роста, бревна ошкурены вгладкую, не зацепишься. Как учебный забор в Гнезде, только выше. Облам между бревнами торчит удачно, с него и начнем.

- Укрепления солидные, и стража хороша, потому бахвалиться не стану. Не мешайте лишь!