Ясень - подарок друиду

Глава 11. Ревность и прощение

Дейла выбежала со двора и направилась в лес. О том, что там делать, мыслей не было — можно поискать орехов или зимних грибов, может, шишки пригодятся, или она отыщет хорошее брёвнышко, из которого удастся вырезать удобную утварь. Дождь все не унимался, а лес впитал влагу, и теперь, стоило лишь немного углубиться в ельник, как вся вода, что скопилась на ветках, обрушилась ей на голову.

Дейла злилась на сурового хозяина. Кнур вызывал у неё трепет и страх, и она не хотела, чтобы посторонний, пугающий мужчина обидел её сестру. Конечно, Абе не из тех, кого легко обидеть, но Дейла чувствовала за неё ответственность.

Кнур выглядел пожилым, может быть, старше Немоса, их отца, а может, и деда. Но вёл он себя легкомысленно и глупо. Дейла с ужасом вспоминала их первое знакомство. Стоило об этом подумать, и её охватывал стыд и желание ударить Кнура посильнее. А ещё расплакаться. Потому что Дейла понимала, что она в этом доме лишняя.

Кнур и Абела легко нашли общий язык. Сестрёнка с восторгом говорила о друидах и выглядела при этом такой счастливой, словно действительно встретила родственную душу. С Кнуром Абе будет лучше, проще — Дейла это знала. Сама она не понимала магии и не одобряла друидские истории. И это заставляло её чувствовать себя совершенно несчастной. Дейле казалось, что она теряет сестру — отдаёт её в руки страшного человека, который сначала научит её мудрости земли, а потом...

— Нет, нет, — Дейла покрутила головой, стараясь отогнать неприятные мысли. — Он не посмеет, Абела ещё ребёнок.

Тяжёлые мысли напомнили и о другом. Потери неподъёмным грузом лежали на сердце, и больно было от любой мысли о доме. Дейла все же немного поплакала, собрала маленький жухлый букетик и положила у камней в лесу в память о Белинсе и оставленном родном крае. Теперь, по крайней мере, до весны, домом им будет это место. На короткую молитву Дагде, лес словно ожил. Ветви зашумели, затрещали, и на голову посыпались хвойные иголки. Дейла испуганно отступила, с недоверием осматривая тёмные стволы и окружающие её кустарники. Вроде недалеко отошла, но лес ощущался чужим и неприветливым.

Между ветвей показалось какое-то движение. Еле заметное, словно тень проскользнула, и Дейла испуганно бросилась бежать. Сама не поняла, чего испугалась, но сердце заходилось от ужаса и казалось, будто тьма преследует её по пятам. Когда между веток показался знакомый домик, она заставила себя успокоиться. Пошла медленнее, восстанавливая дыхание и неровный стук в груди.

Рядом с воротами она обернулась. Между стоящими поодаль деревьями мелькнуло что-то серое, а потом из чащи на неё уставились два жёлтых глаза. Неподвижные огоньки, словно два светляка застряли в коре. Но для светлячков погода слишком холодная, насекомые давно уснули.

Дейла дергано отперла замок и ворвалась в тёплый дом. Только тут по-настоящему смогла прийти в себя. Крепкие стены защищали от всех невзгод. Абела все так же лежала на полу, но не спала, а словно отдыхала в небытие. Улыбалась и выглядела блаженно счастливой. Только на призывы не отвечала.

— Не тормоши её, — Кнур появился, словно из-под земли, и Дейла испуганно вскрикнула. — Чего так боишься меня? — мужчина усмехнулся. — Пойдём наверх, поговорим, как взрослые люди.

Девушка испуганно кивнула и быстро забралась в свою комнатку. Когда к ней вошёл Кнур, места почти не осталось, и все сразу пропиталось запахом пота и немытого тела. Кнур осмотрел её, ощупал взглядом и протянул к ней руки. Дейла невольно отступила в самый дальний угол.

— Абела велела перед тобой извиниться, — Кнур последовал за ней, встал так близко, что невозможно было дышать.

Дейла отступила глубже, пригибаясь, вжимаясь в доски. И Кнур окончательно зажал её в угол, нависая и закрывая пути отступления. Его густая борода щекотала шею и нос, Дейла хотела от неё спрятаться, но только смущённо чихнула.

Кнур, словно поняв её, пригладил бороду, и скользнул горячим взглядом по волосам, щекам и подбородку. Потом повторил движение пальцами, провёл сухими подушечками по лицу и остановился у губ. Дейла задрожала, судорожно закрутила головой.

— Не надо извинений, я... — она не смогла договорить.

Из глаз невольно брызнули слезы, и наглый мужлан наклонился к ней, слизывая капельки с щёк. Дейле показалось, что она запуталась в этой бороде, провалилась в неё, и теперь всегда будет привязана к этому пугающему мужчине.

— Не надо меня бояться, — произнёс он тихо и доверительно, но вместе с тем Дейла чувствовала в его словах обман.

— Нет, — снова тихонечко пискнула она.

— Ты красивая, — произнёс он нежно, и теперь от него не чувствовалось фальши.

Но Дейла все равно затрясла головой. Кнур губами провёл по щеке, прекращая её сопротивления, а потом прижался к губам, лишая возможности говорить. Дейла в ужасе зажала глаза. Она была уверена, что первый поцелуй будет принадлежать её мужу, а Кнур все испортил. Снова.

— Отпусти! — она с трудом вырвалась, но всё ещё находилась в его объятьях.

— Это просто поцелуи, — Кнур снова прижался к ней.

От его прикосновений было непривычно, но приятно. Кнур осторожно касался, поглаживал, словно впитывал её вкус. Было страшно, и вместе с тем голова кружилась, и её переполняло любопытство. Как маленького ребёнка, её тянуло познать запретное. Несмело приоткрыв рот, пугаясь собственных желаний, Дейла позволила Кнуру чуть углубить поцелуй.

В ответ метка, словно удавка, сдавила её шею. Проклятая татуировка, как живая змея, обвила её, лишая дыхания. Дейла задёргалась, отчаянно оттолкнула Кнура, и тут же расплакалась, осознав своё грехопадение.

— Ну, ты чего? Всё же хорошо было? — Кнур с непониманием посмотрел на неё.

— Всё было неправильно! — Дейла всхлипнула. Проклятая отметина напомнила, что она переступает черту. — Так нельзя, Ллеу не простит, и метка теперь никогда не сойдёт!

— Не говори глупостей. Я перед свадьбой со своей покойной жёнушкой постоянно целовался. Никаких меток распутников на нас не было.