Язык химии

18. Полотенце VS Платье

– Ты, правда, думаешь, что я хороший сын для своих родителей? – прислонившись спиной к дереву, задумчиво-грустно задал мне Митя вопрос.

Парень держал руки в карманах и выглядел погружённым в свои раздумья. Я не была уверена, что Митя, действительно, замечал присутствие меня рядом, хоть он и обратился ко мне с вопросом, поэтому подошла к Мите максимально близко, чтобы он мог своим телом ощутить моё.

– Ты ведь считаешь меня красивой? – ответила я вопросом на вопрос, поглаживая Митю по груди.

– К чему ты это? – Митя озадаченно посмотрел на меня в окружавшей нас темноте.

– Мои родители никогда мне этого не говорят. Что я красивая. Не факт, что они так не думают, – провела я гнездившуюся в моих мыслях аналогию.

– Хм, – парень достал руки из карманов и обнял меня ими. – Ты бы хотела, чтобы они назвали тебя красивой?

– Да, конечно. Особенно, папа, – дрогнувшим от волнения голосом прошептала я.

– Представь, что я твой папа, – гладя меня по волосам, ласково зазвучал Митя. – Ты – красивая.

– А ты – самый лучший сын на свете, – пряча голову у него на груди, зашептала я для Мити.

– Спасибо тебе, – целуя меня в макушку, Митя по достоинству оценил моё участие.

– И тебе. Что довёл до слёз, – беззлобно буркнула я.

– Эй, – протянул Митя. – Не плачь. Не нужно, – парень потрепал меня по волосам, пытаясь взбодрить.

– Прости, что я своей ревностью доставила тебе проблемы. У тебя их и так полно, – чувствуя себя виноватой, начала я извиняться перед Митей.

– Тебе не за что просить прощения. Я бы тоже, если бы такое услышал, засомневался бы, – понимающе произнёс Митя. – В любом случае, ты сделала мой день, – говоря это, парень явно усмехался.

– Чем это? – мне было любопытно, что сильнее всего впечатлило Митю из всего выкинутого мной в его присутствии за сегодня.

– Когда ты попросила… Чтобы я руку…

Приподняв мой подбородок, Митя склонился к нему; и вскоре я ощутила его губы на своих.

Парень приподнял всю меня, я обхватила ногами его тело, и он прижал мою спину к дереву. Митины губы всё ещё не отрывались от моих.

– Пусть у тебя между ног окажется не только моя рука, – покрывая мою шею поцелуями, парень обдал её своим разгорячённым дыханием.

Я тихонько застонала от удовольствия.

– Тихо, – попросил Митя и закрыл мне рот поцелуем – таким страстным, что от него мне захотелось застонать лишь сильнее и громче.

– Ты ведь чувствуешь? Эти заряды молнии между нами? – не могла не спросить я в перерывах между нашими с Митей поцелуями.

– Я уже давно в них сгорел, – сбивчиво проговорил парень, впиваясь в мои губы ещё более страстным поцелуем, хотя мне казалось, что большей страсти уже существовать не может.

– Не хочу, чтобы ты останавливался, – приговаривала я, проникая своими руками под Митину футболку.

– Я и не собираюсь останавливаться. Только в такие моменты я и чувствую себя живым, – припав своим лбом к моему, удивил меня этим откровенным признанием Митя.

– Ты можешь пользоваться мной как угодно. Если это поможет тебе чувствовать себя живым, – гладя Митину спину, отчаянно заговорила я.

Мне всё ещё было стыдно перед Митей за то, что я устроила из-за Дианы. Как я смела подумать, что он может быть таким с кем-то, кроме меня…

– Опасно так говорить, – чуть отстранившись от моего лица, парень попытался рассмотреть, что за выражение притаилось в моих глазах.

– Целуй меня, не отвлекайся, – легонько царапнув Митю, прошипела я.

– Слушаю и повинуюсь, – парень вернулся своими губами к моим, однако опять оторвался от них. – Знаешь… Всё бы отдал за то, чтобы сейчас увидеть тебя в полотенце.

– Ну, извини, – хмыкнула я.

– Не извиняю, – фыркнул Митя в ответ. – Я, конечно, ни разу не видел тебя в платье, но можешь в следующую нашу такую встречу быть именно в нём?

– Если бы я сейчас была в платье, твои руки бы уже были под ним, – усмехнулась я.

– Именно, – не стал спорить Митя.

Когда я в тот вечер вернулась домой, то сфотографировала себя в полотенце после душа для Мити.

Судя по его реакции, это привело парня в самый настоящий восторг.

«Теперь жду платья», – написал Митя мне напоследок.

Вот только день, в который я пришла на встречу с Митей в платье, оказался не самым счастливым, как планировалось, а самым несчастным из всех, которые мы провели вместе.