Ырын, дочь вождя

Глава 12

Рик

Как же она его раздражала!

Уже даже не голыми коленками, из-за которых он плохо стал, а своими снисходительными улыбочками. И тем, что она им нагло врала сейчас. Не верится, что она совсем-совсем ничего не помнит. Ведь она периодически бормотала на каком-то ином языке, точно не голиновском, потому что там звуки были иными, гораздо более мягкими.

То есть, как минимум, свой язык она помнит?

Но это не чигиданский, да и непохожа она на жителей южных степных стран, слишком утонченная и кожа светленькая... под той бурой мазью, что упорно мажет себе на лицо каждый день. Только она и не котронка тоже, ее слова были незнакомы Рикардо.

Может, она из Свиленсии? Тоже вряд ли, Рикардо слышал ранее разговоры свиленских купцов, не было в их речи тех грубоватых звуков, что проскакивали изредка у дикарки.

Или она уже за давностью времени смешала родной язык с рыками голинов? Спросил у нее Рикардо, как долго она в племени. На что девчонка принесла им пару длинных палок, покрытых ровными рядками насечек. Причем каждые семь были перечеркнуты отдельной зарубкой. То есть о существовании седмиц она помнит? Правда, о количестве дней в месяце и месяцев в году она помнила неверно, как стало ясно из последовавшего разговора о календаре.

Слушая бубнеж собеседников и рассеяно проводя пальцами по бесконечным группкам насечек на палках, Рикардо поразился, как долго прожила девчонка среди голинов. И не сошла с ума при этом, живя в таком кошмаре день за днем. Или все-таки?... Теперь понятно, почему настолько странное у нее поведение порой бывает!

– Почему ты до сих пор не ушла к людям? Ты ведь умеешь уже... важные дела, чтобы не сдохнуть в степи, – спросил он, резко прерывая чужую беседу.

Да, невежливо вышло, но здесь никому нет дела до самой элементарной вежливости!

– Ждала знака от духов, – хмыкнула в итоге девчонка, подумав немного.

– Есть боги, не духи, – качнул головой мужчина. – Или ты слаба, чтобы дойти до людей?

– Даже если ты не веришь в духов, это не значит, что их нет, – перевел Агилям ответ этой странной дикарки. – Мне они сказали не торопиться. Видишь, были правы: теперь у меня есть вы, и я научусь еще одному важному делу – языку, прежде чем пойду к людям.

Агилям при этом с блаженной физиономией склонил голову перед "хозяйкой", бормоча что-то еще, от себя.

– Ты просто боишься! – буркнул Рикардо.

– Возможно, – неожиданно согласилась она, когда Агилям с запозданием, только после ее требования перевел последние слова. – Потому что люди хуже голинов.

– Что за чушь!

– Голины не воруют вещи у тех, кто к ним хорошо относился, – опять дерзко хмыкнула ему в лицо девчонка... намекая на его недавний побег?

Ей мало того что те унесенные им бурдюки вернулись, так он потом еще два сшил, исколов себе все пальцы?

– Зато они убивают! Первыми нападают! – зло рыкнул Рикардо, уже сам опускаясь до повадок дикарей. – Ты бы видела, как они обращаются с людьми! На самом деле, а не...

Раздраженно махнул рукой на нее. Интересно, а почему с ней они обращались иначе? Не пытали у столба, не держали в яме? То, что ее удочерил главный из этих дикарей, Рикардо не верил, но... как-то же она выжила.

– Голины нападают открыто, не таясь, – переводил Агилям очередной ответ девушки, смешивающей рычащие голиновские и текучие чигиданские слова в дикой смеси. – Дают шанс защищаться или даже напасть в ответ. Да, они уважают только силу. Но никогда не ударят в спину, не подведут, даже не обманут.

– Потому что слишком тупы для этого!

– Потому что в этом они... – последовало какое-то слово опять на неизвестном ему, но точно человеческом языке, а затем на голиновском, переведенное Агилямом: – ...лучше людей!

Еще и в воздухе рубанула рукой.

Она же сама человек, а защищает сейчас этих уродливых образин?! Почему?

– В чем еще они лучше... для тебя? – ехидно хмыкнул мужчина, открыто проходясь взглядом по девичьей фигурке напротив, замедляясь в районе груди.

– Ты... – было сказано ему на котронском. Но дальше опять: – Рык! Как есть рык!

И вот так почти всегда заканчивались очередной стычкой их беседы, если были достаточно длинными, а не просто "принеси это", "сделай вот так". Но больше всего Рикардо поражало, почему девчонка не поддается его обаянию, даже когда он ей улыбается. Она лишний раз не посмотрит в его сторону, хотя он здесь точно самый симпатичный... на всю степь!

Что с ней не так?

Вскоре на их окраину опять приходил здоровенный голин с темными рисунками на лысом черепе. О чем-то говорил с Ырын, отойдя в сторону реки.

Рикардо смотрел на них – на огромную тушу голина и на такую тонкую и мелкую фигурку девушки рядом с ним – и все равно никак не мог представить себе, как так спокойно можно общаться с этими жуткими образинами.

– Что он хотел от тебя? – спросил Рикардо с помощью Агиляма у дикарки, когда разрисованный голин ушел.

– Спросил, как долго еще духи будут давать нам чистую воду, – не отмахнувшись на этот раз, неожиданно ответила девушка. – Чтобы назначить дату ухода племени.

– У тебя спросил? – еще больше удивился Рикардо, когда до него дошел смысл ее ответа. – Какие еще духи? И откуда тебе знать такое? Ты что... разговариваешь с несуществующими духами?

Она так спокойно говорит подобную чушь? Неужели, как он и подозревал, она немного сумасшедшая. Или не немного?

Но тут широкая улыбка расползлась на лице дикарки, являя на удивление белые зубы.

– Да-а-а, – протянула она скалясь. – Не говорю, но вижу... круглый оборот воды вокруг – вот как называется этот дух воды. И он показывает мне, что исток, откуда мы берем для питья, скоро высохнет. До следующего сезона дождей. Поэтому уже скоро уйдем...

Рикардо недоумевающе уставился на девчонку. Чего она сказала? Какой оборот? Какой дух? Агилям неверно переводит или...

– Ты маг? Чувствуешь воду? – озадаченно уточнил мужчина. А ведь она достаточно изящна, чтобы быть из знатной семьи. Но, опомнившись, сам же себе возразил, качнув головой: – Ты не можешь быть магом!