Ю Кэн Отомстить Императору

ГЛАВА 9. Додзо - 1

Воин в побитых зелёных доспехах, бежал по улицам, тускло освещённым серебряным светом Луны так быстро как мог, но не так быстро, как хотел. На мостовую капала кровь, она текла из носа, из ран под доспехами. Отталкивая людей, случайно оказавшихся у него на пути, воин оставлял на их чистых одеждах кровавые отпечатки.

Сзади накатывал холод. Воин испытывал алмазную уверенность, что его преследует сама Смерть.

Це Дет, который легко лавировал в толпе чуть позади, отдавал вперед тонкие импульсы ян-ци воздуха, давая убегавшему знаки, что след его не потерян, а погоня близко.

Охлаждать воздух на расстоянии очень трудно. Особенно тому, кто не блистал в управлении воздушными удалёнными техниками. Собственной ци-энергии после Ураганного Удара у парня осталось не так много. Но он обещал учителю тренироваться.

Это тренировка. Месть, и одновременно, тренировка.

Це Дет ощущал, как ци убегавшего трепещет в меридианах от страха, как судорожно бьётся сердце, а энергия в чакрах взбаламучена от боли. Этот воин вкусил однажды Крови Дракона, поэтому от страха он не умрёт. Це Дет испытывал мстительное удовлетворение пугая давно протрезвевшего солдата.

Он гнал раненную добычу, не давая ей остановиться и подумать. Он хотел увидеть логово, к которому та приведет охотника. Он хотел знать, кто еще окажется в этом логове. А уже потом, допросить беглеца.

Солдат же рвался к одному ему ведомой цели. Корчась от боли, он передыхал с десяток секунд и снова бежал. Извилистый путь привел преследуемого и преследователя, пробежавшего мимо кварталов воинских казарм, мимо храмов и почти достроенной Башни Нового Императора к красным резным воротам.

На стук из ворот выскочила пара человек, на руки которым солдат упал в изнеможении. Це Дет отстававший на два десятков шагов без труда опознал во встретивших раненного солдата людях учеников, познающих ци, нащупывающих даор.

Свет луны серебрил их традиционные лысины. Мало кто из них выглядел старше Це Дета.

Додзо Дерева – местные ворота покрывала традиционная резьба. Такая же как в сотнях Миров. Такая же как в додзо Храма Дерева, в далеком безымянном мире, в котором однажды оставил его Кэн Ду, отправляясь по слишком опасным делам.

- Дерево – первоисточник, - повторял популярную мантру Ву Бат, старший мальчик, которого приставили к временному новичку в Храме, - Листья дерева поглощают огонь светила и воздух эфира. Корни дерева впитывают жидкую воду и твердую землю. Дерево принимает ци в себя и отдает ци своё. Дерево гниет и превращается в землю. Дерево истекает водными соками. Дерево создает воздух. Дерево питает огонь.

Мальчик никогда не интересовался философией и идеологией Храмов. Тренируя своё ци Дерева «истекать соками» или «питать огонь», он никогда не испытывал тех религиозных чувств, как Ву Бат. Он выполнял урок. Его мысли всегда приходили к одному и тому же.

Месть – дело для хорошо тренированных мальчиков.

Це Дет обошёл весь обнесенный высоким забором квартал. Стены додзо надёжно укрывали учеников от внешнего мира.

- Ученик, который отвлекается – самый никчемный из учеников! – настоятель того самого Храма Дерева, хлестал таких гибкой лозой. Ву Бату доставалось чаще. Ю Кэну почти никогда. Тренировки всегда заглушали опасение, что Мастер Кэн Ду оставил его навсегда.

Долгое время мальчик думал, что Мастер оставлял его в Храмах в наказание за глупость. И если хорошо тренироваться, то он узнает об этом и вернется. А когда вырос, понял, что старик нарочно пугал его. Чтобы стимул был тренироваться.

Це Дет мог использовать ци воздуха и взобраться на высокие стены. Мог использовать ци огня и сжечь напрочь деревянные ворота. Он многое мог, бывший мальчик, переполненный жаждой мести.

Но он подошёл к воротам и постучал.

Открыл ворота спесивый юноша чья выпуклая голая грудь нарочито небрежно виднелась в распахнутом халате. Зацените мои мускулы! Я мощный, да?

- Нищим не подаём, - процедил он, но калитку в воротах не захлопнул.

Це Дет знал главное правило: любой обратившийся в додзо мог просить знаний, обучения или преподавания. Благодаря святости этого обычая боевые искусства распространялись по Мирам, развивались, менялись и никогда никакие сакральные знания не терялись навсегда.

- Я прошу знаний, большой господин! – ритуальная фраза прозвучала. Теперь он пройдет внутрь, так или иначе.

- А способен ли ты принять их, деревня? Сотни куцеголовых стучат каждый день в двери нашей школы, и только каждый сотый умеет подтереть себе зад лопухом. Иди откуда пришёл!

- Я много умею, большой господин! – Це Дет склонился в поклоне, так что широкие поля соломенной крестьянской шляпы надёжно скрыли улыбку, - Я целый день могу работать в поле. Я работящий. Посмотри, большой господин, как сапка натерла мои руки!

Парень высунул ладони из широких холстяных рукавов, демонстрируя многолетние мозоли.

Сапка, меч, какая разница от чего ладони в мозолях, раз выглядят одинаково.

- Готовить умеешь? – спросил мускулистый ученик додзо. – Убирать?

Це Дет под шляпой опять улыбнулся. Как и везде, учителя заставляли учеников заниматься черной работой по хозяйству. Стоять, например, на воротах. И никому из них это не нравилось. То ли дело, лупить манекен или оттачивать ката, воображая себя Победителем Драконов. Возможность перевалить работу с себя на кого-то хоть на день – радость.