Юбер. Чужая среди чужих.

Глава 2

   Как после долгого сна – мое  тело закаменело, а мысли еле ворочались в голове. Постепенно мозг стал улавливать шумы и ощущения.

   Поблизости слышится шорох и копошение, чуть дальше пение птиц и стрекотанье. Пахло горелым мясом. Моя спина замерзла. На чем я лежу? Вытянув руки вдоль туловища, ощупываю… Земля? Трава? «Какое к черту пение птиц? – запоздало приходит в голову мысль»                                                                                                                        

   Воспоминания минувшего дня врезались в мозг как гоночная машина. Резко сажусь и со страхом открываю глаза…

   - Мой труп оттащили в лес! – возмущено-писклявым голосом восклицаю.

   Я была в лесу – это не укладывалось в моем ватном мозгу, но больше, полсотни деревьев говорили сами за себя. Царил полумрак, я сидела на земле с редкими пучками травы и с трудом соображала. Глаза лихорадочно вращались, пока не заметили в двадцати метрах от меня дымящееся «что-то». С трудом встав, я нерешительно поковыляла к дымящейся кучке.

   Обожженное тело не известного мне зверя лежало на выжженном круге земли. Животное своим строением – напоминало огромного котопеса. На большой голове красовались кошачья морда и висячие собачьи уши. Он был примерно два метра в длину и полтора в высоту. Всю эту незатейливую картину завершал метровый хвост. «Надо убираться отсюда. – наконец-то в голову пришла здравая мысль».

   Прислушиваясь, чтоб понять одна я здесь или нет, отхожу подальше от тела. Слышу поблизости журчанье воды. Надеюсь – это река или хотя бы ручей. Пить хотелось неимоверно. Да и умыться надо, может думать станет легче.

   -Как я сюда попала? Зачем меня отволокли в лес? Могли же похоронить на кладбище, рядом с папой. Хотя хорошо, что отволокли в лес. А то чтоб я стала делать, очнись я в гробу? – перебирая ногами, рассуждала в слух. – И что это за зверь? В России, такие не водятся. Я конечно не зоолог, но все же ветерин… ДА НИГДЕ ТАКИЕ ЖИВОТНЫЕ НЕ ВОДЯТСЯ! – кричу в бешенстве из-за нелогичности ситуации.

   Споткнувшись о корягу и выругавшись, потопала дальше. Пробираться к желанной воде, сквозь заросли леса – было довольно-таки трудно, но дикая жажда гнала вперед не позволяя замечать что твориться вокруг.

   Через метров сто открылся вид на потрясающий своей красотой ручей. Покрытые зеленым мохом камни в хаотичном порядке лежали по одну сторону берега. Вторая же сторона была полностью укрыта мхом. Пара среднего размера булыжников лежали в форме лесенки, образуя собой небольшой водопад. Шириной ручей вышел метра полтора. И все это великолепие находилось в гуще леса.

   Присмотрелась, не обнаружив опасности, да и вообще никаких животных следов, побежала к ручью. Никогда не думала, что буду так рада воде.

   Присев на корточки, и уже готовясь зачерпнуть ладошками воду, заметила свое отражение. Икнула. Встала. Попятившись, совершенно не красиво плюхнулась на попу.

   Меня переполнял первобытный ужас, а мозг лихорадочно соображал. Что? Где? Когда? Я? Почему? Как? Пока мозг загонял себя в информативный ступор. Надеясь, что мне все – это привиделось, решила взглянуть еще раз. Встав на четвереньки, тихо поползла к ручью.

   В отраженье, на меня смотрело «нечто». Существо женского пола лет десяти-одиннадцати. Длинные до поясницы волосы цвета жидкого серебра с сиреневым омбре на самых кончиках, были заплетены в косу. На овальном лице красовалась светлая, фарфоровая – без единого пятнышка кожа, полные цвета спелой клубники губы, маленький и чуть вздернутый носик. Глаза в полумраке – было не легко рассмотреть, но таких глаз я никогда не видела. Двуцветные, ближе к зрачку серебро переходящее в сиреневый цвет. Ободки на тон темнее. Круглой формы, довольно-таки большие глаза. Фигура только начавшая формироваться была маленькой и хрупкой. Уши? Они повергли меня в глубочайший шок! Маленькие, чуть вытянутые ушки были заострены. Острые уши!

   -А у кого бывают такие уши? – нараспев спросила себя я. – Нет! Не смей отвечать. Этого не может быть. Этого не… хи-хи ..может… ха-ха-ха ..быть. – проговаривала я сквозь истерический смех.

   Раньше «говорить с собой» помогало приводить мысли в порядок и успокаивало, а сейчас же придает еще большое сумасшествие моему образу. Смех плавно переходил в рыданье. В голове не одной мысли. Пусто…

   Нарывавшись и начав немного соображать я пришла к трем возможным вариантам данной ситуации. Первое: попав в автокатастрофу, я повредила голову и сейчас нахожусь в коме. И – это (смотрю на «свои» волосы) сон. Второе: я все так же повредила голову, но пришла в себя и не перестаю улыбаться. И – это все, плод моего больного воображенья. А третье… третьего не дано. Потому что если это, то о чем думаю, я в полной жопе!

   Нужно бы проверить… А как проверять-то? Можно порезать палец; если пойдет кровь и будет больно, то я в заднице. Ведь по логике – в бреду и сне нельзя причинить себе боль или нанести вред.