Юлиана - моя мама из будущего

Суперкомпьютер выбрал меня!

м

НОВЕЙШАЯ ЭРА (продолжение)

Суперкомпьютер выбрал меня!                                          

  Есть! Я почти дома.  Пересаживаюсь в лифт. Моя «сота» открывается, определив хозяйку по отпечатку указательного пальца, который я приложила к дверному экрану. Включаю  на входе внутренний источник энергии. Все сразу засветилось, заиграл приветственный марш, и под ноги мне рванули оба моих любимых кошака. Роботы  разумеется.  Держать домашних животных в «сотах» невозможно. Получив свою долю ласк, коты уселись на кухне на свои места.

  - Подождите, скоро накормлю!

  Снимаю одежду, обувь и отправляю в чистку. Для этого есть специальные люки в стене. Теперь душ. Водные процедуры принимаю под «Хор жрецов». У меня на этой неделе везде музыка из оперы «Аида» моего любимого Верди.  На следующей  неделе поставлю «Травиату»,  если не передумаю.

  Вообще все лучшее в живописи и музыке было создано в ХУ111-Х1Х веках Новой эры.  Это мое субъективное мнение. Правда, живопись эпохи Возрождения мне тоже нравиться, а мой любимый Эль Греко творил аж в ХУ1 веке.   

  С начала ХХ века Новой Эры человеческая мысль работала в основном в направлении удовлетворения материальных потребностей, а не духовных.  Это были времена высоких технологий, и  величайшего прогресса в науке и технике.

Ой, что-то меня понесло. Бедный мой дневник, все терпит! 

  - Так, где тут мой ужин?

Открываю окошко в стене у барной стойки. Фруктовый рулет и молочный коктейль меня уже ждут. Опять Дора будет ворчать, что перебор с углеводами, а белков не хватает.    Ничего белки доберем в ресторане клуба. Ненавижу белковые пасты.  Не хочу я их, и не буду! Могу себе позволить оплатить стейк.  Моя студия дает мне неплохой доход. Спасибо Рудольфу, моему первому наставнику, а затем и бойфренду, по совместительству. Его студия перешла ко мне, как бы, по наследству.

***

  Первый мужчина появился у меня в «соте» через неделю после окончания школы. Так обычно и бывает. Проба взрослой жизни. Старательно и упорно мы занимались сексом и делали вид, что влюблены, и что нам очень хорошо вдвоем. Через месяц мне все это надоело. И я изъяла Артурчика из памяти моей «соты». Тем более что являться он начал не периодически, а эпизодически.

    В последних классах школы я специализировалась по русской истории и литературе.   Даже посещала факультатив по русскому языку, поскольку очень хотелось читать в подлиннике Толстого и Достоевского. И в год моего выпуска пришла заявка на такого стажера. Я согласилась сразу, отложив на более позднее время теоретическое совершенствование. Это же классно - окунуться в работу и видеть результат!

  В общем, на заявленное место я подходила по всем статьям, кроме… внешности. Требовалась блондинка небольшого роста, но поскольку в нашем выпуске блондинок такой специализации с заявленным ростом не оказалось, я тут же перекрасила волосы, а на мой рост директриса закрыла глаза. Он у меня чуть выше среднего, так что она ничем не рисковала, дав мне рекомендацию.

  В общем, в своем выпускном платьице в сине-белую полоску (параллельно полу), белых мокасинах и с белобрысыми хвостиками  на собеседовании я выглядела эдакой девочкой-припевочкой. На самом деле волосы у меня тёмно-русые, густые и блестящие. Сами по себе они чуть-чуть вьются – то есть природа дала мне возможность не завивать и не выпрямлять волосы – они и так лежат прекрасно, если сделать правильную стрижку. Цвет кожи – смугло-бледный, а глаза – серо-зелёные. Так что выбеленные волосы не очень-то гармонировали с моими природными данными. Но увидев меня и задав несколько вопросов, Рудольф сразу дал согласие.

  Когда я его увидела - все стало понятно сразу. Мы с ним оказались одного роста. Если я в мокасинах. И вообще - первое моё впечатление от Рудольфа – «никакой». То есть я не только не влюбилась, но даже испытала некоторое разочарование.

  Называла я его «Господин Учитель», а он меня «Милая барышня». Поначалу он возился со мной целыми днями. Кроме чисто технических вещей, таких как визуальное и звуковое совмещение или приёмы перспективы второго плана, он учил меня работе с актерами, даже искусству гримировки. Увлек историей костюма, по которой, как выяснилось позже, у него учёная степень. Кроме того, требуя от актеров совершенства в изображении любовных сцен из русской классики, в партнерши (для наглядной демонстрации) он выбирал, естественно, меня.

  Кто-то влюбляется с первого взгляда - я влюбилась с первого поцелуя. Рудольф демонстрировал чары Анатоля Курагина, околдовавшие Наташу Ростову. Мы изображали их тайный поцелуй. И я потеряла покой!

 Он, конечно, понял, что твориться с «милой барышней» и умело распалял мое женское самолюбие, то, бросая на меня пламенные взгляды, то, не замечая в упор. И вдруг исчез на неделю в отпуск.  

 Как раз в то время я и рассталась с Артурчиком. Он не выдерживал сравнения. Неделя без моего шефа мне показалась безразмерной. Все стало пресно и скучно, хотя с работой простоя не было, да и в клубе в субботу вечером я не прозябала в одиночестве.

  Моё увлечение русской литературой и поэзией в школе сделало меня, так сказать, романтической героиней. Физическая же сторона любви у нас подробно объясняется в старших классах. В школе – нельзя, а как только получил соту – пожалуйста. Это вовсе не  считается предосудительным. Но я-то уже знала тогда, что такое настоящая романтическая любовь!

  В 9-м классе историю живописи пришёл преподавать молодой учитель. Слушать его лекции и смотреть на него, мне так нравилось, что я записалась к нему и на факультативный курс. Мои способности к рисунку и живописи оказались очень-очень средними. Но когда он подходил к моему мольберту, поправлял ошибки и давал советы – это становилось для меня главным событием дня. Я думала о нём, ложась спать, и, когда предстоял его урок, душа моя трепетала в предвкушении. Ни о какой взаимности даже и речи быть не могло, но теперь я знала, как это бывает.