Юлианна. Принцесса Арахонда.

Тайны прошлого

Огромный тронный зал королевского дворца был погружён в мягкий полумрак. На стенах плясали тени от дрожащего света пламени свечей. Несколько старинных канделябров, расставленных вокруг трона на тяжелых бронзовых подставках, освещали его золотистым сиянием, и на этом фоне он смотрелся еще более массивным. И на этом деревянном престоле, украшенном резьбой с изображением древних битв и мифических существ, сидел, вольготно раскинувшись, молодой мужчина. Его королевская мантия из пурпуного бархата с горностаевой отделкой небрежно сползла с плеча, обнажая расшитый серебром камзол. Глаза сияли холодным, острым блеском, а на лице то и дело мелькала самодовольная улыбка. В правой руке он держал бокал с янтарной жидкостью и время от времени медленно прокручивал его, наблюдая, как напиток стекает по стенкам, оставляя тонкие дорожки. Но пить он не спешил. Он ждал. Ждал больше двадцати лет, чтобы отпраздновать, и теперь сознательно оттягивал момент, смакуя предвкушение, как самое изысканное блюдо.

Тишину разорвал резкий звук — двери зала распахнулись с грохотом, и в помещение влетела девушка, как всегда стремительная в словах и поступках. Её длинное бордовое платье с корсетом и шлейфом, расшитое золотыми нитями и мелкими драгоценными камнями, развевалось, словно флаг на ветру, подчёркивая скорость её движения. Волосы, собранные в сложную причёску, частично распустились, обрамляя лицо прядями, а глаза горели гневом и отчаянием. Не обращая внимания на этикет, она практически подлетела к трону, едва не спотыкаясь о подол своего наряда.

— Как ты мог, Георг? — её голос прозвучал резко, почти надрывно, эхом отразившись от высоких сводов.

Король скривился, словно от кислого вина, и залпом осушив бокал, с глухим стуком поставил его на подлокотник.

— Мог что? — он сделал паузу, нарочито медленно поворачивая голову к ней. — …Изабелла.

— Невеста? Дочь этой чокнутой королевы, которая испоганила нам двадцать лет жизни?! — её голос дрогнул, но она не отступила.

Мужчина молча провернул пустой бокал, разглядывая его так, будто видел в нём отражение всех своих разочарований.

— Георг! — взвыла девушка, делая ещё шаг вперёд. — Двадцать лет мы искали способ вернуть королевскую кровь в наш мир… А теперь ты объявляешь нашего врага… своей невестой?

— Ты ревнуешь, — выдохнул Георг, и эти слова прозвучав словно выстрел, повисли в воздухе тяжелым обвинением.

Изабелла вздрогнула и попятилась, но тут же остановилась, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.

Король медленно встал и сделал к ней шаг. Девушка задрожала, словно осиновый лист на ветру, но удержалась на месте, вскинув подбородок в отчаянной попытке сохранить достоинство.

— Да, мы искали королевскую кровь Арахонда больше двадцати лет, — его голос перешёл на свистящий шёпот, — вот только… вот только благодаря кому эти поиски так затянулись, а?

Девушка побледнела, и по её щекам покатились слёзы, оставляя влажные дорожки на коже.

— Пожалуйста, Георг, ты же сказал, что простил!

— Изабелла! — его голос зазвучал жёстче - он почти рычал. — Из‑за своей чёртовой ревности ты сбила настройки зеркала, чтобы я никогда не смог вернуть в этот мир королеву! Ты отправила её в какое‑то невозможное будущее, где женщинам позволяют носить штаны и думать!

— Но мы же нашли её… дочь, — прошептала она, пытаясь найти хоть какое-то оправдание.

— Да! Почти через двадцать пять лет! — Георг резко шагнул к ней, нависая, как грозовая туча. — Ты хотя представляешь, в каких долгах моя казна? Без этой дороги, которая заросла паутиной, без этой проклятой торговли!? Мы — нищие! Мои подданные — кучка идиотов, сидящих на своих землях с накопленными блестящими камнями. Вечно голодные и грязные, потому что выращивать мы ничего не хотим, а работать и убирать — не умеем. А люди, которые всё это делали, либо погибли на войне, либо не смогли приехать к нам. В моём государстве творится хаос. Всё держится на честном слове. Каждый день кто‑то пытается отравить меня или как‑то иначе скинуть с престола… И ты смеешь ревновать?!

— Прости, Георг, — пролепетала девушка, пытаясь дотянуться до его руки, но он резко отдёрнулся.

Король рвано вздохнул и, отодвинувшись, прошипел ей в лицо:

— Мне нужны люди, Изабелла! Обычные чёртовы люди. Простые бедолаги, работающие за копейки. И неважно, как, но я их получу! …Как дела у Юлианны? Она смогла прочесть книгу по магии крови?

— Нет, — Изабелла опустила глаза. — Сидит, ноет, что там белиберда написана.

— Книги откроются только истинной наследнице, — устало вздохнул Георг и потёр переносицу, словно пытаясь стереть следы многолетней усталости. — Ты должна ей помогать. Вдохновлять. Поддерживать.

— Я стараюсь, — её голос звучал едва слышно.

— Этого мало, Изабелла, — вкрадчиво начал король, и его тон стал угрожающим. — Делай что хочешь, но она должна найти это заклинание. Иди.

Но девушка, переступая с ноги на ногу, рискнула спросить:

— Бал уже послезавтра.

— И?

— Ты правда объявишь её своей невестой? — дрожа, спросила она, её голос сорвался на последней фразе.

— Вижу, — снова нахмурился король, — что ты ничего не поняла…

— Нет, но…

— Иди за мной, — кивнул он ей и, подхватив с пола канделябр, зашагал к дальней стене зала, где тени казались особенно густыми.

Там, закрытое тяжёлым бархатным покрывалом с вышитыми серебряными звёздами, висело огромное зеркало в резной деревянной раме. Его поверхность, даже скрытая тканью, излучала едва уловимое магическое мерцание.

— Нет, Георг, нет! — закричала девушка, падая на пол и хватаясь за его сапоги, её пальцы судорожно вцепились в кожу его обуви. — Только не это! Не отправляй меня обратно! Прошу тебя, умоляю! — её тело сотрясалось от рыданий, а голос срывался на хриплые всхлипы.

Мужчина скривился и поднял её, подхватив за один локоть с неожиданной силой.

— Ты совсем обезумела, Иза, — с болью в глазах прошептал он, и его голос дрогнул. — Ты не понимаешь, что говоришь! Ты — моя истинная. Даже если бы я хотел, а мне, поверь, иногда этого очень хочется, я не могу избавиться от тебя. Рикошетом заденет и меня… Сколько раз говорить тебе об этом?