Юлия Кургузкина "Улитки. Сказки"

Улитки 5. Шротия

Боб вышел из дома и оглядел любимую деревеньку. Он ожидал увидеть мирно дремлющую соседку на веранде или смеющихся знакомых, отдыхающих под навесом земляничных кустов. Но привычная земляничная поляна неожиданно оказалась огорожена забором, как и дома вокруг. С улиц доносился не смех и шум игры, а озлобленные крики: 

— Убирай отсюда свою мерзкую лапу! Это моя территория! — завопила улитка и со злости пригвоздила лапку другой к земле. В ответ та вцепилась в скандалистку. 

— Прекратите! — вмешался Боб. — Вы что, с ума посходили? — И что это вы тут понагородили? — Боб указал на заборы вокруг, которых раньше не было здесь. 

Улитки отпустили друг друга и поспешили скрыться по своим домам. 

— Это моя территория! — повторила улитка за своим забором, — Это моё государство! А ты иди прочь! — закричала она, и сама ушла в дом-бутылку, громко хлопнув пробкой-дверью. 

— Что это с ней? — переспросил Боб у её соседа. 

— Реформация, — нервно ответил тот. 

— Да что это с вами, в конце концов, что это за слова такие, где вы их набрались? Ничего не понимаю. Ещё вчера это была милая улитка Зои, и ты был дружелюбным парнем, а сегодня вы хотите поколотить друг друга? 

— Ай, — махнул лапкой сосед, — Объясните это соседней республике! 

— Кому? — Боб впервые слышал это слово, но сосед уже скрылся за своим высоким забором. 

Боб поспешил к своему другу Мартину, дом которого также оказался обнесён забором. 

«Неужели, и он начнёт меня бить из-за своей территории?» — промелькнула мысль у Боба. Он перелез через забор и во дворе увидел Мартину. Она, нацепив на себя листья и соорудив из веточки шпагу, отважно сражалась с воображаемым драконом. 

— Мартина, — тихо позвал Боб, который никогда раньше не видел, чтобы девочки играли в рыцарей, — что ты делаешь? 

— Я защищаю свою независимость! Я индивидуальность! — напрыгнула она на Боба и чуть было не проткнула его шпагой. — А ты как здесь оказался? 

— Перелез через ваш дурацкий забор. 

— Ты нарушил мою границу! Это преступление против личности! — громко заявила Мартина, и Боб не понял, играет ли она или действительно сошла с ума. 

— Мартина! Объясни мне, что здесь происходит? И где Мартин? 

— Папа на важных переговорах о суверенитете и независимости. Мы теперь, Боб, станем современным конкурентоспособным… этим, как его... как его... — Мартина смутилась, — забыла слово, такое модное слово… 

— Мартина! Кто вбил тебе это в голову? 

— Все. Все только и говорят об этом. Реформация! 

— Реформация! — заявил с порога Мартин, — Боб, привет! 

— Мартин, объясни мне, что происходит в нашей деревне? 

— Мы больше не деревня! — важным тоном ответил Мартин. — Мы суверенное… 

— Вы суеверное! — с отчаянием перебил Боб. — Откуда это пошло? 

— Из Шротии. 

— Это где? 

— Неподалёку от нас. Там всё другое! Там так классно! Тебе необходимо побывать там! 

Бобу хотелось увидеть это собственными глазами, весь этот кошмар, и поэтому он поторопил Мартина: 

— Да, я с радостью, пойдём прямо сейчас! 

— Ой, я только что оттуда, устал невозможно. Отправься с кем-нибудь другим. 

— Кто кроме тебя знает туда дорогу? 

— В Шротию? — Мартин рассмеялся, — Все! Это же центр мира! И скоро, — Мартин сообщил важным тоном, — мы объединимся с ними и станем такими же крутыми! 

Бобу такое предложение не понравилось и он отправился искать попутчика. Ему нужна была улитка с особенным мнением, поэтому каждого встречного он спрашивал: «Как вам Шротия?» И ему отвечали: «Прекрасная страна, у них есть жевательные желейки, и каждый может купить себе перламутровый панцирь!» или «Шротия — сплошная ягодная поляна». 

Бобу не верилось, что Шротия такая прекрасная, тем более, что начинающиеся перемены связанные с объединением со Шротией ему не понравились. И вот на очередной вопрос о Шротии, Боб услышал гневное: 

— Убирайся отсюда, не то я за себя не ручаюсь! — сказала улитка, дом которой всё ещё не был огорожен забором. — Шротия! — раздражённо повторила она, заходя к себе в дом. 

— Стойте! Вы мне нужны! Мне нужна Комби, какой я её знал. 

Улитка нахмурилась и стала внимательно разглядывать Боба, потом спросила: 

— Что ты хочешь? 

— Я не был в Шротии, я хочу посмотреть на неё, и мне не нравится, что сейчас происходит в Комби, я хочу сохранить нашу Комби такой, какой я её знал. 

— Я сейчас, — улитка ушла в дом и через несколько минут появилась снова, а рядом с ней шли два огромных жука. — Эти парни отвезут нас. 

Улитки вскарабкались жукам на спину, и они взлетели. Улитка спросила у Боба: 

— Как тебя зовут? 

— Боб. 

— А я Мухтар. Мы полетим в Шротию на жуках, потому что, если мы придём туда по земле, мы никогда не увидим её. То, что нам показывают — миф, игра актёров, чтобы заманить нас, Шротию можно увидеть только за забором. 

И вот внизу под ними поплыла деревня Комби, которая из-за заборов теперь стала походить на лабиринт. Тут и там мелькали жители, которые даже дрались друг с другом. Бобу было жалко смотреть на это, ему казалось, что это ни к чему хорошему не приведёт. 

Перелетев через последний пустырь, жуки приземлились в каком-то странном месте, дальше Боб и Мухтар шли пешком. 

Постепенно перед улитками предстала Шротия, которая оказалась унылым грязным поселением. На улицах валялся мусор, возле кучек мусора сидели злые улитки. Домов посредине мусорных баков оказалось мало, а улиток так много, что не всем хватало места, поэтому многие жили прямо на свалках. И все улитки плели что-то из веток. 

— Что они делают? — спросил Боб. 

— Работают. Через сутки то, что они изготовят, заберёт работодатель и взамен за их труд даст одну семечку земляники. 

— Почему? — спросил Боб, — Я ничего не понимаю. 

— Потому что земляника на плантациях принадлежит одной богатой улитке, и больше никто не имеет права её есть. 

— Что, у жителей Шротии нет своих земляничных полянок? 

— У них ничего нет, Боб. И если наша деревня согласится жить по их правилам, мы будем голодать точно так же, как они, а наша общая земляничная плантация будет принадлежать какой-нибудь одной мерзкой улитке, понимаешь? И вот что ещё я тебе покажу. 

Они пошли дальше, и внезапно им открылась другая Шротия, там были красивые домики с резным заборчиком и множество удобных беседок, в которых вальяжно сидели улитки. 

Мухтар вежливо обратился к одной из них: 

— Добрый день, леди. Мы путешественники. Долго шли и устали… 

И не успел Мухтар договорить, как улитка, которую он назвал леди, злобно рявкнула: 

— Платите три ягоды или идите прочь! 

— У нас нет ягод, — пролепетал Боб. 

— Тогда я вызываю полицию! 

Боб стоял в растерянности и не мог сообразить, что происходит. В деревне Комби их бы пустили в дом, и у них появились бы новые друзья, в Комби бы… 

— Бежим отсюда! — поторопил Мухтар. — Иначе вызовут полицию и они изобьют нас дубинками. 

— За что? 

— Это их работа. 

— Избивать улиток? 

— Да. Они получают за это ягоды. 

— Что ты такое говоришь?! — Боб не мог в это поверить. 

Мухтар поторопил: 

— Бежим! 

Они скрылись на соседней улице, и эта улица тоже оказалась мрачной. В куче мусора копошились улитки, многие из них лежали обессиленные, пытаясь доделать изделие из веток. 

— Они всё время работают, — удивился Боб. 

— Да, это очень деловой народ. Если ты скажешь им: «Побей своего друга», они спросят, сколько ягод ты им заплатишь. 

— Но как такое возможно, что у нас все бредят этой Шротией, если она такая? 

— Как возможно? А вот сейчас увидишь. Приготовься к представлению, разыгранному специально для жителей Комби. Заметь, бесплатному, и это единственное бесплатное, что ты здесь увидишь. За этой стеной, идём. 

Высокая стена, может, и была препятствием для местного населения, но Боб, которому доводилось перелазить разные ограждения, легко бы её преодолел, что он и поспешил сделать. 

— Стой! С ума сошёл! — остановил его Мухтар. — Там ток, поджаривает сразу до угольков. Пойдём, я знаю другой путь. 

Они пошли лабиринтами пустых переулков, Боб спросил: 

— Зачем здесь ток? 

— За этой стеной проходит главная улица Шротии. Не могут же они допустить, чтобы в разгар представления выполз местный житель и умер от голода на главной площади. 

— О каком представлении ты говоришь? 

— Скоро увидишь. 

Они перебрались через какое-то ограждение, потом шли по пустынной улочке, окружённой высоким забором. В одном из ограждений улитки протиснулись в небольшую дыру в заборе, потом ещё некоторое время шли вдоль бетонной стены, и  снова пролезли в небольшую дыру. Наконец, выбрались на ещё одну улицу. 

— А теперь смотри, — сказал Мухтар — Вот та Шротия, о которой тебе рассказывают в Комби, — и пропустил Боба вперёд. 

Они будто оказались в другой Шротии, совсем не похожей на ту, которой только что ужасались. Здесь были красивые дома, фонарики. Чистые улицы, кусты с бесплатной клубникой и улыбающиеся жители. 

Возле какого-то красивого заведения стояли несколько полицейских и, заметив туристов, они стали рассказывать о том, как прекрасна жизнь в Шротии. 

Боб шёпотом спросил у Мухтара: 

— Они не будут нас бить? 

— Здесь не будут. 

Они прошли дальше и увидели на открытой веранде за столиком упитанных улиток, которые улыбались и потягивали нектар через трубочку из красивых бокальчиков. 

Мухтар обратился к ним: 

— Добрый день, леди. Чудный день, правда? 

Леди по-театральному улыбнулись, наверное, даже шире, чем их обучили, и мило ответили: 

— Прекрасный день! Прекрасный нектар! Составите нам компанию? 

— Мы путешественники, у нас нет ягод. 

Леди сказала другой: 

— Ах, путешественники, ты слышала, Мэри? Как это мило! Не нужно никаких ягод! У нас бесплатный ресторан, и крикнула кому-то вдаль: — Гарсон! У нас путешественники! 

Откуда-то прибежал Гарсон и с такой же растянутой улыбкой, как у леди, объявил: 

— Добро пожаловать в Шротию! Вы впервые здесь? 

— Впервые. 

— О, я расскажу вам о прекрасных местечках, которые вам стоит посетить! Наша Шротия славится щедростью и изобилием. Местные жители, избалованные роскошью.., — дальше Гарсон сыпал заученными фразами, а Боб удивлялся, насколько нелепо выглядит это изобилие здесь, за стеной от голодающих местных жителей, у которых ничего нет, и подумал, что пора выбираться отсюда. 

К компании леди присоединился, а точнее сказать, прискользил откуда-то из комнат шикарного отеля толстый слизняк, он был настолько откормленным, что уже не помещался в своей раковине. 

— Бонжур, господа, — пропел он и начал рассказывать о самых популярных заведениях Шротии, которые туристы обязаны были посетить. 

Слизняк заказал у Гарсона напиток и предложил улиткам. Мухтар вежливо отказался пить, и Боб с удивлением наблюдал, как слизняк, потягивая красный сок через трубочку, сам становится красным. А леди, соответственно, желтеют и зеленеют от выпитого. 

Мухтар прервал болтовню слизняка: 

— Боюсь, нам пора. 

Улыбчивые леди хором прокричали им вслед: 

— Обязательно, обязательно посетите наш «Бургерлэнд» и «Ситиобжорство»! 

Боб и Мухтар поспешили скрыться из виду. Они пробрались обратно, где в условленном месте их дожидались жуки. 

— Откуда ты знаешь этот путь и всё это о Шротии? — спросил Боб. 

— Шпионил некоторое время. Когда эти актёры пришли в Комби с предложением объединения, все их рассказы о том как хорошо мы заживём по их правилам, показались мне подозрительными. Но кто меня будет слушать! 

— Да… — грустно подтвердил Боб. — Кажется, у меня появилась идея. Летим к Петру Константиновичу. 


Жук изобретатель Пётр Константинович сидел у себя дома и думал, чего бы ему придумать. 

Боб, зайдя к нему, с порога спросил: 

— Пётр Константинович, как ты относишься к Шротии? 

— К Шротии? С восхищением! Скоро мы станем такими же, как они! 

— О да, похоже на то… А у тебя есть такая штука, которая могла бы поднять в воздух сразу несколько улиток? 

— Жуколёт? Да, пожалуй, он справится. А далеко лететь? 

— В Шротию. 

— А чего лететь, туда пешком идти-то всего ничего! 

— Мы хотим полюбоваться на Шротию с воздуха. Этого ведь никто ещё не делал. 

— Отличная идея, наверняка, сверху она ещё прекрасней! 

— Ты не представляешь, насколько. — сказал Боб. — Показывай свой жуколёт. 

Пётр Константинович повёл Боба к большой машине, по пути рассказывая: 

— Эта машина ещё в разработке. Я видел такой аппарат, когда жил у людей, только тот сам летал, а нас повезут жуки… 

Новость о воздушном путешествии в Шротию быстро нашла желающих испытать машину Петра Константиновича. Особенно в восторг пришёл Мартин: 

— Это вы здорово придумали! Посмотреть на Шротию сверху! 

Несколько улиток, радостно переговариваясь, уселись в жуколёт, предвкушая сказочное путешествие, а те, кто не поместился, огорчённо вздохнули. Пётр Константинович их подбодрил: 

— Друзья! Вас отвезут другие жуки сразу же по возвращении! 

И вот первая воздушная экспедиция взлетела над Комби. Улитки весело переговаривались и обменивались восторженными впечатлениями, они впервые увидели свою деревню сверху. 

Когда же стали подлетать к Шротии, в жуколёте стало тихо. Улитки с непониманием смотрели на горы мусора внизу, укрывающие собой измученных жителей. Мухтар объяснял, каковы правила в Шротии: 

— Их никто не лечит, потому что у них нет ягод, а за их круглосуточный труд им заплатят только одну семечку от ягоды. Куда бы они ни пошли и в чём бы ни нуждались, с них повсюду требуют целые ягоды… 

— Да что же это… — всё, что мог вымолвить Мартин. 

— Это, — объяснил Мухтар — действительность. А вот сейчас вы увидите то, что вам рассказывали. 

Облетев лабиринт огораживающих стен, улитки увидели Шротию, которой их заманивали — богатую и беззаботную, — крошечную по сравнению с настоящей. 

Потрясённые увиденным, улитки попросили развернуть жуколёт обратно в Комби. Вернувшись домой, они решительно разобрали заборы возле своих домов и убрали ограждение у земляничной плантации. Им не хотелось становиться похожими на жителей Шротии. И когда из Шротии пришла важная улитка получить ответ от жителей Комби, готовы ли они присоединиться к Шротии и жить по их правилам, ей ответили категоричное «нет» и попросили больше не приходить. 

А Пётр Константинович стал размышлять, как было бы хорошо освободить бедняков Шротии и рассказать им, что земляника на их собственной земле общая, и ягод её хватит на всех.