Yumegen: Лучший мир

Глава 7 - Пёс, кот и крыса. Решимость хортовиков

Утром следующего дня погода для работы в поле оказалась далеко не самой подходящей. Небо заволокло тёмными облаками ещё больше, чем обычно. Ветер становился всё сильнее, а вдалеке виднелись грозовые тучи. Время от времени едва слышались раскаты грома. Поэтому жители Данасавы трудились куда упорнее, стараясь выполнить хотя бы половину дневной нормы до начала приближающегося ливня.

– Он..! Он ушёл!

Сегир Юхлинс в спешке выронил из рук серп, дабы не позволить только что прибежавшей на поле Аннушке упасть наземь. Девушка судорожно тряслась, а в глазах виднелись беспокойство и страх.

– Рамайло? Куда ушёл? Неужто в таверну?

– Да, – еле проговорила она, жадно глотая воздух.

Тут же все присутствующие замерли, моментально позабыв о работе. У местных кровь леденеет в жилах, стоит только им услышать о зловещей таверне. Всегда, когда о ней ведётся разговор, кому-то приходится прощаться с близкими.

– Но с чего ты взяла? Разве он не на пятом участке? Вроде туда его староста направлял вчера.

Она отрицательно кивнула.

– Вот как всё было: стою, значит, есть готовлю. Приходит он злой как пёс. Прошмыгнул мимо, будто меня и не было вовсе. Я ещё удивилась, зачем он шаблю взял. Постоял молча возле люльки и пошёл с дому. Спрашиваю: «куда ты?», а он остановился на секунду, поворачивается и грозно так говорит: «убивать монстров». У меня аж нож из рук выпал. Ничё не поняла. А потом гляжу – на воротах красный платок висит. Тут-то меня и передёрнуло. Я давай бросать всё и бежать за ним, а оно как бесовщина какая твориться начала: будто руки из пыли да ветра схватили его и к лесу кинули, а оттуда деревья его как понесли, что и след простыл. Не знаю, что теперь и делать. Погубит его демон, погубит! – взвыла девушка, присела на колени и разревелась.

– Вот с-сука! Футор, падла, а ну иди сюда! – приказал он старосте, сам ступая к нему широким шагом. – У тебя есть ровно пять слов, чтобы убедить меня, что это не ты приказал Рамайлу пойти туда! Советую правильно их подбирать, иначе ты ж меня знаешь, я цацкаться не стану!

– Я его туда не отправлял, – холодно ответил тот, уводя глаза в сторону.

Юхлинс вскипел ещё сильнее.

– Не убедительно!

– Он сам так решил, – мужчина устремил взгляд прямо в глаза Сегира, убеждая его в своих словах. – Ранним утром я передавал тела погибших их родственникам. Рамайло как раз рядом проходил. Ну, я ему и рассказал про чудище. Тогда же и Шимко прибежал о платке осведомить. А Рамайла как переклинило: говорил, мол демон без конца будет тварей на нас травить да жизни людские отбирать. Не бывать этому, говорит. Тьфу, пусть геройствует! Придурок! Может хоть жертвоприношение засчитают, да урожай хороший будет.

– Ах ты жучара навозная! – проревел со стороны Мишко и со всего размаху вдарил старосте по челюсти, хотя казалось, что именно Сегир совершит подобное, но его опередили. – Люди! – обратился Мишко к остальным. – Разве вы не помните, сколько блага вам сделал Рамайло Хмельнис? И дрова всем рубил, и носить всякое помогал, и строить. Вот у тебя, Галька, корова недавно отелилась. Роды кто принимал?

– Рамайло.

– А у тебя, Митька, месяц назад свиньи пропали. Кто их назад пригнал?

– Рамайло.

– А у тебя, Андрий, кровавый понос был. Кто его вылечил?

– Знахарь Петро.

– Верно. Однако привёл его Рамайло. А сейчас он в одиночку отправился с демоном сражаться. С тем самым, которому мы уже который год жертвуем своих родных. И Бог один святой знает, что за чертовщину он с ними вытворяет. Никто живым не вернулся… Хватит это терпеть!

– Складно говоришь, Мишко, – отозвался один дедуля. – Только что это нам всем взять вилы и идти не пойми куда, не пойми против чего? Так нам сразу эти вилы в жопу то и засунут!

– Точно-точно, – продолжил ещё один деревенский. – Даже если изгоним проклятущего, что опосля делать-то будем? Урожай родить не будеть.

– Ещё как будет! – грубо отрезал Мишко. – Народ, неужто вы забыли, как раньше было? В моей молодости все надеялись токо лишь на собственный труд. Год родит хорошо, год – плохо. Ну и что? Как-то ведь жили, даже хорошо жили. Не боялись, что какая-то сука посреди ночи красный платок повесит! Но кое-что ты, дедуля, верно сказал. Нельзя нам туда соваться. Зато у нас есть кайто. Они магии обучены, знают, как нечисть извести. Я своими глазами видел, как этот светловласый мечом своим полуночницу убил! Только заплатить им надо будет, так давайте скинемся, а большую часть суммы пускай староста выделит. Согласны?

Толпа долго сомневалась, однако деваться было некуда. Больно уж всем страшно за себя было. Людей становилось всё меньше, а шансов стать жертвой – всё больше. Потому и согласились. Однако один недовольный всё же нашёлся.

– Больно много чести! – презрительно глядя на команду Судоши, из толпы вышел Дик Эмбирский. – Где они были, когда на наших криола напала? Из-за этого Рамайло и взбунтовался. Лучше уж мы с Сегиром отправимся. И деньги целее будут.

– Да ладно тебе, – отмахнулся Сегир. – Они, вроде, вполне неплохие ребята, потому я думаю…

Речь мужчины перебил резкий толчок в грудь, от которого он упал на землю. Эмбирский дико выпучил глазища и сгорбился словно гусь, что вот-вот клюнет обидчика.

– Неплохие?! Чёрт возьми, дружище, мне послышалось или ты сказал «неплохие»?! Ты забыл, как белая чума прошлась по хорте? Забыл, как зверски они поступили с твоей женой и дочерью?! Сука, неужто ты серьезно? Да эти паскуды за наши с тобой головы больше выручат, чем за спасение Рамайла. Потому, если ты их называешь неплохими, то ты, братан, ёбнулся, видимо.

– Ты и представить не можешь, насколько отчётливо я всё помню, – в полголоса пробурчал Сегир, ответив Дику таким же толчком, но тот вовремя сосредоточил силу в ногах, чтобы не продолжать марафон падений.

– Тихо-тихо, опетушились! – рявкнул староста, резво встав между ними. – Время не ждёт. Вы двое берите с собой кайто и отправляйтесь. Не переживайте, заплатим мы вам щедро, – обратился он к последним. – Только голову чертяки не забудьте прихватить.