Юность на фоне столицы

42

Глава 42
Вечером, после тяжёлого разговора с отцом, Саша не выдержал и тихонько постучал в дверь комнаты Кати. Она открыла, её лицо было бледным и осунувшимся, в глазах стояли слёзы.
— Кать… я знаю, как тебе тяжело, — проговорил он, чувствуя острую вину за своё поведение. — Если я могу чем-то помочь…
Катя покачала головой.
— Никто не может помочь, Саша. Всё кончено.
Она закрыла дверь, оставив его стоять в коридоре с разбитым сердцем. Он чувствовал себя беспомощным и ничтожным.

В тот самый момент, когда тишина в комнате Кати стала почти осязаемой, нарушив лишь её сдавленные рыдания, раздался тихий, настойчивый стук в оконное стекло. Катя вздрогнула, словно от неожиданного удара, и с опаской, крадучись, подошла к окну, отодвинув край занавески. За стеклом, в полумраке двора, стоял Андрей. Его лицо, обычно спокойное и доброжелательное, сейчас казалось напряжённым и взволнованным. Он жестом показал, чтобы она открыла окно.
Катя, удивлённая его внезапным появлением и странным поведением, поколебалась. Но какая-то тревожная интуиция, шепчущая о возможных новостях, пересилила её опасения. Она бесшумно открыла створку, впуская холодный ночной воздух и тревожную фигуру Андрея.
— Андрей, что ты здесь делаешь? — прошептала Катя, её голос дрожал от волнения и страха быть обнаруженной. — Кто-нибудь может увидеть! Если мама или Саша…
Андрей, не обращая внимания на её испуганные предостережения, резко схватил её за руку. Его пальцы сжали её запястье с неожиданной силой, а глаза лихорадочно блестели в тусклом свете ночника.
— Катя, послушай меня внимательно, умоляю! — его голос был низким, взволнованным, почти шипящим. — Дело твоего отца… всё гораздо, гораздо серьёзнее, чем ты можешь себе представить. Я… я знаю людей… очень влиятельных людей, которые… которые могут помочь ему. Но для этого… для этого мне нужна информация. Очень важная информация.
Катя недоверчиво, испуганно посмотрела на него, пытаясь понять смысл его странных слов.
— Ты… ты о чём? Какие люди? Какая информация? Какое это всё имеет отношение к моему отцу?
— Поверь мне, Катя! Умоляю, поверь! Это… это единственный способ ему помочь. Единственный шанс вытащить его оттуда. Эти люди… они обладают огромной властью. Но… им нужна гарантия. Им нужно что-то взамен. Что-то… весомое.
Андрей говорил быстро, убедительно, его слова лились потоком, и в его голосе звучала странная, почти лихорадочная настойчивость, которая пугала Катю. Она чувствовала его возбуждение, его внезапную активность, и это вызывало у неё смутное беспокойство. Но отчаяние, глодавшее её сердце, заставляло её цепляться за любую, даже самую призрачную надежду.
— Что… что ты хочешь? Что им нужно? — прошептала Катя, её голос дрожал от страха и зарождающегося подозрения.
Андрей на мгновение замялся, его взгляд скользнул по её лицу, словно оценивая её готовность к услышанному.
— Им нужна информация… о работе твоего отца. О его связях… особенно в высших кругах. О документах… к которым он имел доступ. Любая деталь может быть важна. Любая мелочь…
Катя непонимающе нахмурилась.
— Но… зачем им это? Какое это может иметь отношение к делу моего отца? Он никогда не занимался ничем противозаконным!
— Возможно, и нет, Катя. Возможно, он просто оказался не в том месте и не в то время. Но эти люди… они так не думают. Им нужны… аргументы. Веские аргументы, чтобы помочь ему. И я думаю… я почти уверен… что твой отец обладал информацией, которая может быть им интересна.
Андрей говорил убедительно, его слова звучали логично, но Катю не покидало смутное ощущение неладного. Что-то в его глазах, в его тоне, в самой этой ночной встрече казалось ей неправильным, тревожным. Но отчаяние пересилило её сомнения. Если это действительно единственный шанс спасти отца…
Она начала рассказывать Андрею об отце, о его работе в министерстве, о тех немногочисленных деталях, которые ей были известны. Она вспоминала обрывки его разговоров, названия каких-то проектов, имена коллег. Андрей слушал её с напряжённым вниманием, то и дело перебивая уточняющими вопросами, его глаза горели каким-то странным, нездоровым огнём.
— А Саша? — вдруг неожиданно спросил Андрей, его голос стал каким-то другим, более жёстким. — Его отец… Виктор Михайлович… он ведь тоже занимает высокий пост? Какие у них были отношения с твоим отцом? Они работали вместе? Общались?
Катя вздрогнула от неожиданности этого вопроса. Какое отношение Саша и его отец имели к делу её отца?
— Нет… они… они не работали вместе, — неуверенно ответила Катя, чувствуя, как внутри нарастает тревога. — Они… очень давно знакомы. Иногда встречались на каких-то мероприятиях… Почему ты спрашиваешь? Какое это имеет значение?
Андрей быстро отвел взгляд, словно споткнувшись о её прямой вопрос.
— Просто… пытаюсь собрать все возможные зацепки, Катя. Любая информация может оказаться полезной. Поверь мне… я хочу помочь твоему отцу. Очень хочу.
Андрей словно почувствовал её настороженность, но не отступил, лишь сменил тактику, пытаясь завуалировать свой истинный интерес.
— Понимаешь, Кать, — мягко начал он, стараясь вернуть в голос прежнее участие, — в таких делах связи играют огромную роль. Иногда ниточки тянутся совсем неожиданно. Мне просто нужно понять весь круг общения твоего отца, все его возможные контакты во властных структурах. Виктор Михайлович — человек влиятельный, его мнение может иметь вес. Может быть, через него удастся как-то повлиять на ситуацию, знаешь?
Он смотрел на неё с таким убедительным, таким участливым взглядом, что Катя на мгновение поколебалась. В её измученном сознании мелькнула слабая надежда: а вдруг Андрей действительно хочет помочь? Вдруг его интерес к Виктору Михайловичу вызван искренним желанием использовать все возможные рычаги?
— Они… они были знакомы, да, — неуверенно ответила Катя, стараясь вспомнить детали. — Иногда встречались на каких-то совещаниях, на официальных мероприятиях… Отец отзывался о нём как о серьёзном, влиятельном человеке. Но… близкими друзьями они были в молодости. Последние годы них были разные круги общения.
— А Саша? — вновь спросил Андрей, но на этот раз его голос звучал более непринуждённо, словно он задавал случайный вопрос. — Он ведь сын. Наверняка Виктор Михайлович рассказывал ему что-нибудь о делах твоего отца? Может быть, Саша что-то слышал, что могло бы пролить свет на эту историю?
Катя нахмурилась, почувствовав неприятный холодок внутри. Почему Андрей так настойчиво интересуется Сашей и его отцом?
— Саша… Саша ничего не знает, — отрезала она, стараясь пресечь эту тему. — Он никогда не интересовался делами моего отца. И его отец никогда не обсуждал с ним свои рабочие вопросы.
Андрей внимательно посмотрел на неё, словно пытаясь прочитать её мысли.
— Ты так в этом уверена, Кать? Близкие люди часто делятся друг с другом… В порыве откровенности… Может быть, Саша что-то случайно слышал? Какую-нибудь фамилию, какую-нибудь деталь?
Настойчивость Андрея начала её раздражать. В её душе крепло подозрение. Его интерес казался каким-то нездоровым, прицельным.
— Андрей, я же сказала, нет! — резко ответила Катя, её голос стал жёстче. — Саша не имеет к этому никакого отношения. И я не понимаю, почему ты так упорно об этом спрашиваешь. Ты сказал, что знаешь людей, которые могут помочь моему отцу. Так говори о них! Что им нужно? Какие гарантии? Хватит ходить вокруг да около!
Андрей на мгновение отступил, видя её внезапную вспышку. Он понял, что зашёл слишком далеко и вызвал её подозрения.
— Прости, Кать, — быстро проговорил он, стараясь сгладить неловкость. — Я просто пытаюсь рассмотреть все возможные варианты. Любая информация может оказаться ценной. Не сердись. Расскажи лучше о тех документах, которые ты нашла… Может быть, там есть что-то, что поможет…