Юный Бог. Новая эра

Глава 2. Подвал

Наедине со мной Мэнди плохо справляется с эмоциями.

При других она всегда старалась казаться неприятной, гадкой, вредной девчонкой. Но сейчас я замечаю, как нервно бегает взгляд брюнетки и как сбивчиво звучат слова, когда необходимость лечения сближает нас в прямом смысле.

- Если будешь лишь спирт, предупреди заранее. Я все еще помню твою выходку там, на высоте.

Не смотрю сам на то, в какие раны вылился мой отчаянный героизм. Но прекрасно чувствую боль в плече, груди и чуть ниже, справа. На тело словно бросили огромную раскаленную глыбу и она, не переставая, печет.

- Тебе повезло! Спирта больше нет. Я уронила склянку, когда поднималась за тобой. Но есть салфетки. Они медицинские, так что сожми это, - девчонка достает из коричневой сумочки-аптечки небольшую деревянную палку. Абсолютно ровную по краям, - это футляр градусника. Он крепкий.

Это издевка? Я отказываюсь.

- Ты маленькая садистка. Думаешь я не стерплю боль от иглы?

- Как знать? Не хочу слушать твои вопли.

- Я не буду вопить.

- А это мы сейчас узнаем.

Мэнди садится на колени прямо передо мной, достает из небольшого помятого старого пакета салфетку и тянется к плечу. Я смотрю на каждое ее действие, чем заметно нервирую.

- Отвернись, Эван! Я не смогу так работать.

Повинуюсь. Отворачиваю голову влево.

- Там все плохо?

- Ну как сказать...

- Как есть. Без прикрас!

- У тебя в плече сквозное, - девчонка хватает меня за руку, приподнимается и смотрит за спину. Я морщусь от боли. А еще эта запретная близость… Она забывает, что во мне течет кровь вампира, - Выглядит отвратительно, но нагноения нет.

- Спасибо, - выдавливаю я.

- А еще на груди, - Мэнди проводит рукой по месту, куда пришелся укол кинжала, - Но тут само зарастает, повезло. А вот на животе нет.

Чуть ниже ребер прямо под наклоном прошел разрез. Длиной сантиметров десять. Очень ровный, но кожа расходится в стороны, обнажая неприятную картину. Красно-черное углубление.

- Должно было зажить, - цежу я, слегка косясь на свое тело. Мне смотреть неприятно, а Мэнди как будто получает от этой картины удовольствие, - Ты говорила, я пролежал в сарае целые сутки?

- Ага, ты долго спал. Но не волнуйся, я подлатаю тебя.

- Буду благодарен.

Девчонка нисколько не растеряна. Собрана, как настоящий медик!

Она берет салфетки и аккуратно обтирает кожу вокруг порезов. Я морщусь, ожидая, что спиртовая пропитка попадет мне на рану, но Мэнди осторожна. Ее прикосновения очень нежные, легкие, точные.
Становится тихо. Только свеча чуть потрескивает. Я стараюсь ни о чем не думать и не смотрю на то, как новоиспеченный доктор вставляет нитку в иголку. А затем Мэнди наклоняется ко мне и просит слегка податься назад, чтобы на живот падал свет.

- Будет чуточку больно.

Я оборачиваюсь. Голубые глаза полны извинений, пусть первый стежок и не сделан.

- Ладно. Я потерплю.

Дочь рыбака протыкает кожу, следом, с другой стороны, а затем очень аккуратно затягивает первый стежок. Ощущения неприятные, но терпимые. Руки «доктора» не дрожат, чувствуется опыт. Она повторяет это действие пять раз, а в самом конце обрезает нить.

- Теперь тут!

Я оборачиваюсь, посмотреть на шов и чуть носом не сталкиваюсь с ее лицом. Мэнди от неожиданности замирает, но краснею я.

- Поаккуратнее, пожалуйста, - надевает маску «мальчишки», подруга, - Не разбей мне нос.

- Я не хотел.

- Ладно.

Что скрывать, мы оба смущены. Но она тут правит! Заставляет меня не дергаться, стоит на коленях и недовольно ругается, осматривая сквозное ранение.

- Зашивать такое нельзя. Я могу навредить.

- Что с этим делать? – Оборачиваюсь.

Мэнди толкает меня в щеку, заставляя отвернуться.

- Ты мне мешаешь! Сиди смирно. Я наложу повязку. Она поможет.

Командует мной. Разбирает аптечку, достает какую-то мазь и мажет ее на марлю. Затем накладывает повязку с одной и другой стороны, после чего перематывает оба квадрата бинтом через плечо и под левое плечо, а потом вокруг живота.
Мэнди кружится вокруг меня, превращает в пациента, то и дело ныряя под руку, затем под другую. А когда закрепляет повязку и обтирает кожу от засохшей крови, замечает, что я все это время не сводил с нее глаз.

- Ты снова смотришь?

- Я не специально...

- Все. Почти готово.

Она краснеет. Наверное, от жары. В нашем маленьком подвале не так много свежего воздуха, зато не мерзнем.

- Спасибо, Мэнди. Ты спасла меня.

Брюнетка разводит руками, садится рядом на кровать с аптечкой в руках. Собирает остатки марли, бинтов. Испачканные материалы складывает в небольшой крафтовый пакетик, а следом достает скальпель.

- Пока нет. Ты не восстановишься, если будешь голодать.

Понятно. Задумала лечить меня своей кровью. Я беру ее за руку и второй рукой забираю инструмент.

- Давай без жертв, - откладываю скальпель в сторону, - Я в порядке. Справлюсь.

Лекарство Джины. Женщина насыпала его в небольшую склянку, которую не так легко разбить, и оно до сих пор лежит в кармане кофты. Повезло, что я не оставил его в потерянной куртке. Я достаю его, передаю в руки Мэнди.

- Это особая смесь. Помогает восстановить силы. Всего лишь разбавить с водой и смогу продержаться несколько дней. Но это на крайний случай. После приема у меня не очень здраво работает голова.

- Как это?

- Я рискую.

- Ааа...

Мэнди разглядывает коричневый порошок.

- Из чего состоит эта штука?

- Рецепт Джины. Состав мне не известен, но там точно есть эссенция крови. Так что скальпель и кровь - это лишнее. Но один вопрос все же стоит остро.

- Какой?

- Ты голодна. Нам нужно найти еду для тебя.

- Я выпью воды. Этого достаточно, - она замечает как я смотрю. Хочет отвести взгляд, но он падает мне на грудь, отчего Мэнди еще больше смущается. Такой реакции не было, когда она латала мои раны, - Оденься. Нечего сидеть полуголым.