За Белым Анубисом!

Глава 7. Единственный друг царя

Эта глава посвящается

всем тем, кто лечил

более трех зубов за один раз

После событий на пустыре, который, по понятным причинам, я стал обходить десятой дорогой, ровно год со мной не случалось ничего необычного.

В один прекрасный день я подсчитал свои зубы, нуждающиеся в срочной «починке»: два справа внизу, один вверху, слева внизу один и вверху два. И вот уже впереди маячит крутая лестница, ведущая к дверям нового стоматологического кабинета «Шмель», куда я решил зайти и записаться на прием. В приемной за компьютером расположился малолетний шкет, который уверенно «мочил» мумий среди песков и пирамид, а из кабинета врача доносилась иностранная речь. Меня это заинтересовало. Откуда в нашем провинциальном городишке иностранцы?

Осторожно заглянув в кабинет, я увидел там врача Шмеля Евгения Борисовича (так было написано на табличке на дверях), перепуганного старика, похожего на пенсионера из Средней Азии, сидевшего в стоматологическом кресле и рослого стройного мужчину, стоявшего ко мне спиной. Стоматолог попросил пациента откинуть голову и открыть рот. Мужчина перевел просьбу старику. Тот с большой неохотой, но сделал это. Евгений Борисович стал осматривать его зубы, постанывая от ужаса.

– Откуда он? – стал допытываться у мужчины врач.

– Ээ… из Туркмении.

– Каким ветром в наш Окраинск занесло туркмена? – полюбопытствовал Евгений Борисович.

– Родственник, – быстро ответил мужчина.

– Ваш? – недоверчиво переспросил Шмель.

– Мой.

– Вы не похожи на туркмена.

– Это отчим мужа моей тети.

«Врет», – как-то сразу догадался я.

– Хм. Какая у вас дружная семья. Ладно. Просто скажите, этот человек, что, впервые у стоматолога? Сколько ему лет?

– Около 60-ти. Наверное. Понимаете, он всю жизнь прожил в глухом ауле. Откуда там врачи, да еще и стоматологи?

«Вот сочиняет! А голос то какой знакомый».

– Да?.. – засомневался Шмель. – А «мост» он сам себе вставил?

– В смысле? – тут уже удивился родственник старичка.

- В жизни такого не видел! – продолжал удивляться врач.

Я не сдержался и тоже подошел посмотреть, что там такого интересного. И увидел… Да, действительно, «мост». К двум «живым» зубам аккуратно была прикручена золотая проволока, на которой затейливо крепилось несколько выбитых или вырванных зубов.

– Вы кто такой? – строго спросил меня Евгений Борисович. – Кто вам разрешил заходить?

И тут я рассмотрел лицо мужчины, опекавшего старика и  забыл про все на свете «мосты», так как почувствовал себя персонажем индийского кино «Зита и Гита». На меня смотрел то ли мой двойник, то ли потерянный еще в младенчестве брат-близнец.  Причем не совсем такой как я, а уверенный в себе, подтянутый и подкаченный. В общем такой, каким я сроду не был и лишь мечтал быть. Я стоял и пялился на странного типа, и не знал, что сказать.

– Вы кто? – повторил врач.

– Саша Лукич, – ответил за меня двойник и заговорщицки подмигнул. – Тоже наш родственник. Со мной пришел.

– Этот похож, - оценил мою внешность Шмель. - Пусть ждет в коридоре, – сказал врач и продолжил. –  Где же такие «мосты» делают? В туркменских аулах?

– Это… это…

– Это ему лекарь из Афганистана сделал, – крикнул я из коридора.

А чего? Врать так врать. Уходить я естественно никуда не собирался, и просто изнывал от необходимости получить хоть какие-то объяснения.

За спиной послышался тихий смешок. Я обернулся. Никого. Опять повернулся к врачу и перепуганному старичку. Но! Их тоже не было. Вместо Евгения Борисовича и его посетителей, я смотрел на прекрасную белую стелу. Юные красавицы с подведенными черной краской глазами несли куда-то цветы и фрукты. У моих ног стоял электрический светильник в форме бутона лотоса.

Справа и слева от меня темнел бесконечный коридор. Справа доносилось жужжание бормашины, и были слышны врачебные комментарии Шмеля. Слева… Сначала было тихо, а потом послышались шаги. И вот на свет вышел… Я САМ. Одет «я» был в нечто, напоминающее белую плиссированную юбку длинною до колен, на плечах – широкий круглый воротник, украшенный драгоценными камнями, на голове – парик из мелких косичек, глаза подведены черной краской, так же как у девушек, изображенных на стене.

– Вы… это я?

– Как вариант.

– Не понимаю. Кто вы?

– Читай! – засмеялся двойник и показал мне неприличный жест рукой.

Сначала я хотел обидеться, но потом заметил на среднем пальце его правой руки массивное золотое кольцо с изображением скарабея и надписью древнеегипетскими иероглифами, которую я, как это ни удивительно, смог прочесть.