За братом #2 Кровь за кровь

Глава 5

Я продрых несколько дней. В мизерной комнате, размером с мой носок, было только толстое одеяло на полу. Причем, голова и ноги упирались в углы по диагонали, но мне это не мешало. Я их просто не чувствовал. Все что делал, это время от времени поднимал то, что еще держалось на моей шее, чтоб поглядеть на Феню.

Псинка терпеливо валялась у двери. Иногда он вскидывал голову, принюхивался и снова укладывал зубастую башку на сложенные крестом лапы. Изредка Фенрир скалился, глядя в окошко, но затем успокаивался и снова занимал место у дверей. Он не спал, не ел, не выходил на улицу, и я стал понимать, что тезка Локиной ляльки очень даже выносливый. 

Спустя несколько таких отсыпных дней, я все-таки поднял свой зад с пола, чтобы осмотреться. Крупных ран не было, но кровушка продолжала сочиться из почти незаметных трещин на моем теле. 

- Походу, Феня, это не лечится, - поманил к себе пса, и бахнулся обратно на пол. Тот сел напротив, уткнувшись своей шерстяной башкой в мой лоб. - Да уж. Спасибо за поддержку, - хлопнул мохнатого по загривку. - Нам пора прогуляться. Напяливай намордник. 

Феня чутка взгрустнул, проскулив короткую балладу, но послушно сжал челюсти. Я выпустил коготь, ткнул им в запястье, и маленький прокол, как трещина в стекле, за мгновение разросся длинными разрезами на всю руку, и моя юха счастливо потекла по предплечью на пол. 

- Вот это, конечно, полный п*****ц, - да я ж рвусь как старая тряпка. - Что за хрень? - осторожно потянул за краюшки раны и снял с себя небольшой лоскут кожи. - Так. Все, - оторвал остаток рукава от рубашки и перемотал потуже свою драную руку, но тряпка тут же покраснела. - Да, крапива ты зеленая, что за херь-то? - уставился на кровоточащую конечность. - Походу, сколько не лежи лучше не станет. Ладно. Или где-то все же есть лекарство, или, Феня, ты скоро останешься без хозяина. 

Тот фыркнул и мне на лицо прилетели его кислотные слюни. 

- Да ты ошалел! - кожа зашипела, но мелкие ожоги тут же стали заживать. - Пасть закрой! 

Тот виновато заскулил и спрятал от меня свою морду под лапами. 

- Нельзя чтобы на других твои слюни попадали. 

Тот чего-то проскулил в ответ. 

- Феня, подними башку. Нормально все.

Но песиль явно мне не поверил. 

- Ладно. Не хнычь. Я не злюсь. 

Он осторожно убрал лапу со своей морды и покосился одним глазом, а я головой покачал:

- Проныра хитрая ты, а не борзая.

Сколодовал ему с той крови, которая натекла на пол, маску, и понял, что юха моя уже пропитала самодельный бинт. Снял его нахрен, оторвал полоску от низа рубашки и перевязал потолще, да покрепче; так что рука сходу онемела. 

- Гулять, Феня! - открыл дверь песелю, и тот, как счастливый щенок от помеси добермана и неведомой ящерицы, отбивая хвостами чечетку, кинулся на выход. 

Однако и ста метров не кончилось, как кислота прожгла его кровавую маску. Я выцепил юхи из своего покрасневшего бинта и снова сделал намордник, но тот на моих глазах пал в неравной битве с кислотной пеной Феньки. 

- Ладно. Иди порыщи по округе, - отправил пса пошататься подальше от оживленных торговых улочек Анграха, а сам взялся за живот, услышав, как мой желудок устроил парад протеста из-за продолжительной голодовки. 

Пошлялся по округе в поисках денежного мешка и наткнулся на тот самый «Дом отдыха». Вошел, выпил стаканчик за дядьку с Мелисой и осмотрелся. Непутевый пьянчуга угощал народ выпивкой. А те, пользуясь халявой, бодро поддерживали инициативу идиота. У него явно пекунов полные карманы, а я хожу, как последний бомж, весь драный, в грязи и крови. Надо помочь бедняге, а то обворуют же. Хмыкнул и присел в углу.

Дождался пока он попрется на задний двор поссать и врезал по челюсти. Он-то вырубился, а вот по моим костяшкам пошли глубокие трещины. 

- Епучий Росомаха, - протянул, глядя что на кулаке появилось четыре новых кровавых раны. Стряхнул кровь и пошел. Надо понять как долго будет заживать такая болячка, но я и до рынка не дошел, а ее уже не было. - Значит, заживаю, как и раньше, - сжал кулак смотря на целые костяшки.

Осторожно развязал и руку. На ней тоже все зажило. Но мелкие пакостные трещины никуда не делись. Из-за этой хрени пришлось купить черные тряпочные вещи. И не видно, и впитывает. 

- Наконец-то как человек, - подергал я руками и ногами, проверяя удобно ли мне в новье. Рубашку и брюки легко выбрал, а вот когда дошло дело рожу прикрыть сразу вспомнился Ширим.

Ходит он в моем плаще или нет?  

Купил ярко-красный, до самой земли и с очень удобным широким капюшоном. Личико свое прелестное безухое прикрыл, купил булку и пошел к лесу, где в поисках приключений на свой зад летал Мунин. Я этого беркута еще в городе заметил. Кружил неторопливо и вглядывался в землю. Феня тоже на поляну прискакал и довольно прыгнул на птичью спину, как только тот приземлился. 

Беркут повернул к нему свою башку и, расправив крылья, недовольно загорланил. А Фенрир, внимательно глядя в желтые глаза, выпустил когти и вонзил их со всей дури в пернатую спину. Мунин в ярости завопил и попытался скинуть седока, а я стоял и наблюдал за этими двумя придурками. Наконец, их вопли и беготня мне надоели, и я швырнул в них две кровавые капли, которые в момент запечатали орущие рты. А сам поглядел на проткнутую ладонь. На ней витиеватым узором расползлись кровавые ранки.