За час до рассвета

Глава 6

В кабинете Кеймрона стало душно, и Айри поднялась из-за стола, открыла окно. Пламя в газовых лампах на стенах дрогнуло, на миг погрузив помещение в темноту.

Из резиденции они приехали на автомобиле Кеймрона к зданию, где находилось Шестое отделение, поднялись на второй этаж… И никуда больше не выходили. За время их пребывания в Дил-Атроне в кабинет принесли стол, небольшой и слишком высокий, кресло, поставили справа от входа — и у Айри появилось свое место, похожее на школьную парту.

И ей, словно школьнице, пришлось запоминать много всего и сразу. Кеймрон начал издалека, с рассказа об обстановке в резиденции. Конфликт между императором и его дядей обострился до предела, и все придворные оказались вынуждены выбрать сторону, что, разумеется, привело к раздорам.

Молодой император получил трон шесть лет назад, и в первые же годы изменил порядки, которым насчитывались сотни лет. Он разогнал фаворитов отца, приблизил к себе тех, кто был ранее никем, а еще объявил, что в империи теперь новый курс — курс в будущее, связанное с наукой, а не умирающей магией.

Его Высочество Ижен Легард был не согласен с подобными переменами.

— Подожди, Его Высочество? У императора нет братьев, — прервала Айри Кеймрона.

— Ижен Легард — принц крови и дядя императора, — ответил он.

Айри вздохнула. В титулах двора и обращениях она совершенно не разбиралась. Дядя императора — это она понимала, а вот все остальное ей было чуждо.

Кеймрон продолжил. Ижен Легард собрал вокруг себя всех, кого отверг новый император, всех, кто был склонен следовать вековым традициям. Образовался союз, с которым императору пришлось считаться.

— Однако Его Величество в своем стремлении к переменам остался непреклонен. Он уже не раз использовал волю императора — право продвинуть любой закон без согласия остальных. И именно это привело к обострению обстановки. Ижен Легард получил новых сторонников из числа тех, кому не понравилось, что император решает все самостоятельно. Знать не прощает пренебрежения.

— Подожди, к чему это все? — спросила Айри, которая ждала совсем другого разговора.

— К революции, — и Кеймрон подошел к ней.

Он выглядел таким серьезным, что его хотелось потрепать за щеку, чтобы сделал лицо попроще. Айри прищурилась и взмахнула рукой:

— Я не вижу логики! Революционеры призывают к безвластию, к свободному миру, где превыше всего будет свобода каждого человека! Они ведь хотят не сменить одного императора на другого, а избавиться от них вообще!

— Да, такова их идеология, — согласился Кеймрон. — Подобные идеи зародились еще во времена молодости моего отца, но именно организованное движение с ясными призывами возникло пять лет назад. Пять лет назад во всех крупных городах появились революционные кружки, и с тех пор их число только растет. Интересное совпадение, не так ли? Напоминаю, его Величество стал императором шесть лет назад.

Айри повела головой и нахмурилась:

— И что? Я не вижу никакой связи между принцем и революцией.

— Ижен Легард хочет сесть на трон вопреки воле покойного императора. Он хочет устроить переворот. Мой отец предположил, что цель принца — массовые беспорядки, бунты, в подавлении которых император не преуспеет. Тогда Ижен Легард возьмет все в свои руки и задушит революцию. Тому, кто знает предводителей, это ничего не будет стоить. После этого народ потребует заменить слабого императора на сильного.

Айри оказалась втянута в странный разговор. Ей оставалось только следить за мыслями Кеймрона и задавать вопросы.

— Так почему дядю императора не арестовали? Если все известно?

Кеймрон скрестил руки на груди, отошел в сторону.

— Это предположения. Доказательств нет. Он все же принц крови, и просто так на него нельзя бросить даже тень подозрений. За одно неверное слово в его сторону можно лишиться жизни.

— И ты считаешь, что наш убийца связан с революционерами? И действует заодно с ними? — предположила она.

В этом ворохе чуждой информации хотелось уцепиться за что-то понятное и знакомое.

— Да. Я не думаю, что наш убийца — сумасшедший, который просто хочет крови. Убийство на площади Прейн вызвало волнения в народе и страх. О том случае до сих пор не забыли. Убийство в «Либери» выглядит как предупреждение, что следующей жертвой станет глава Охранного ведомства, то есть герцог Орданен, — Кеймрон прочитал вопрос в глазах Айри. — Убитый в ресторане лорд — сын герцога Орданена.

Айри повела головой, чтобы услышанное как-то улеглось в ней. А Кеймрон продолжил:

— Я думаю, что будут еще убийства. И цель их — запугать людей, вызвать недовольства. А недовольный народ охотнее меняет беспомощную власть на любую другую.

Айри сжала виски. Такого она точно не ожидала! Преследовать убийцу — это одно, а предотвращать революцию — это совершено другое! Если они с Кеймроном не справятся, то что вообще с ними будет?..

— Но подожди. Можем ли мы с такой уверенностью говорить о связи нашего убийцы с революцией? Мы не знаем, почему он убил леди и лорда. И мы не знаем, точно он ли тогда привел к нам девушку с запиской.

— Девушка шла под магическим принуждением. Она двигалась как кукла, и глаза у нее были неживые, безвольные. Это точно была работа феи, — Кеймрон покачал головой и заправил за ухо волосы нервным жестом. — Ты хочешь сказать, что в Лендейле появилась вторая столь сильная фея, с такими же способностями, как у нашего знакомого убийцы? Это маловероятно.