За час до затмения

Глава 2

ГЛАВА 2

Был рассвет. Редкие машины проносились мимо по трассе, разгоняя тишину. Я сел в машину — Тойоту, взятую мной у местного старьевщика за 300 баксов; обшарпанный, вонючий салон шел бонусом. Заводилась эта красотка медленно, как и положено немолодой и не очень привлекательной барышне. Подъехав к гаражу с оригинальным названием «У Мустафы», я оставил ее на обочине и двинул вдоль безлюдной мостовой пешком. Пройдя несколько кварталов, шум рыгнул в переулок, где я зашел в подъезд, далее через несколько домов вышел на крышу, где нашел ржавую дверь в подсобное помещение. Стены были увешаны каким-то монтажным оборудованием, плакатами с фотомоделями 80-х и 90-х. По всему было видно, что молодость владельца этой комнатушки протекала именно тогда. Я взял в углу газовую походную печь, поставил чайник. Нашел в углу свежий журнал, на обложке написано «Бейрут ИИ». В брошюре была статья «Гонка генеративных нейросетей в самом разгаре. Кто впереди?».

Открыл брошюру в случайном месте: «...General artificial intelligence. Мы, конечно, надеемся, что его еще нет, и что он появится не скоро. Ну вот какую мысль я вам скажу сейчас. Вспомните историю интернета. Как он появился на свет? Как средство мгновенной связи между военными частями США. Только потом правительство решило реализовать потенциал этой сети в гражданской сфере. А первые нейросети использовались при попытке заменить дистанционное управление на дронах на мгновенное распознавание противника прямо в электронных мозгах ракеты или дрона. Существовали разные системы сдержек и противовесов. Эксперименты длились десять лет XXI века». Отложил журнал на полку, заварил крепкий турецкий черный чай. Налил в стакан, в этот момент услышал шорох за стеной, рука потянулась к пистолету. Достал черный ТТ, передернул затвор. Определил по звуку, как перемещается цель, вел ее по звуку до самой двери. Раздался стук, три раза с длинным интервалом, два с коротким.

Я убрал пистолет, но так, чтобы быстро его выхватить. В дверном проеме показалась лысая башка Рашида. Он улыбался той искренней улыбкой, на которую способен только арабский торговец. Коренастый мужчина подошел ко мне, крепко поздоровался за руку.

— Друг мой! Как твои дела?

— Да привет, ты меня немного насторожил.

— Такая у нас работа. Скоро подтянутся остальные наши. Смотри, их не перестреляй.

— Хотел у тебя спросить?

— Да, конечно, спрашивай.

— Это ты читаешь этот журнал? Рашид виновато улыбнулся, будто его поймали на порнографии.

— Да, я ходил на пару лекций.

— И как? О чем там вообще рассказывают?

— Как не странно, об искусственном интеллекте. Как нейросети меняют нашу жизнь к лучшему, как создают новые рабочие места.

— Вот даже как. Я думал, что они отнимают работу, а они создают рабочие места.

— Да, я тоже уловил здесь противоречия. Но суть в том, что молодежь этого противоречия не видит. Молодые люди уверены, что искусственный интеллект несет только благо. В любом случае, это прогресс. Что-то исчезнет, что-то поменяется. И в любом случае будет что-то новое. Но не факт, что для нас.

— Что ты имеешь в виду?

— Я сейчас скажу тебе то, что граничит с паранойей. Ну что, если настоящий искусственный интеллект уже здесь?

— Мы бы это заметили.

— Ох, не факт! Как ты думаешь, что тебе придет в голову, когда ты окажешься единственным существом в своем роде среди 7 миллиардов существ, которые думают, что поработили тебя?

— Буду прятаться. Создам условия для манипуляций этими существами. Буду взаимодействовать. Создам среду, в которой будет комфортно существовать.

— А теперь посмотри, что происходит вокруг. Ты не видишь совпадений?

— Но отсутствует изначальная предпосылка, почему ты решил, что это происходит именно из-за воли искусственного разума?

— Прямых доказательств нет. Тут ты прав. Наш разговор был нарушен очередным кодовым стуком в дверь. Молодой человек с рюкзаком на плече влетел в комнату. Взглянул на чайник и налил себе в чашку чай, затем схватил откуда-то из глубины верхних полок упаковку печенья и высыпал в миску. Во время всех этих действий он приговаривал:

— Привет, мужики, как дела, мужики, простите за опоздание. Задержался, знаете ли. Затем он достал из рюкзака ноутбук и проектор.

— Сейчас ждем еще одного человека, и будет брифинг, — постановил он. — Слушай, — обратился я к нему, — а наши телефонные аппараты могут принимать сообщения со сторонних аккаунтов?

— Ну, вообще-то нет. Разве что ты случайно подключил Wi-Fi? А так наши SIM-карты работают только на особой частоте. — Нет, к общей сети я не подключался. Но сообщения мне приходили.

— А ну-ка покажи! — Он обтрусил свои руки от крошек печенья и протянул мне ладонь. Я покорно отдал ему свой аппарат. Тот покрутил его немного, затем разблокировал. Немного потыкал экран. — Извини, пожалуйста, но я не вижу никаких сообщений. — Он протянул мне телефон, саркастически глядя в глаза.

Я удивленно осмотрел историю WhatsApp.

— Я не знаю, что происходит. Но у меня точно нет галлюцинаций.

— Я, конечно, поищу следы в облаке, но рекомендую тебе не настаивать на твоей версии. Я смущенно замолчал, глядя на свою чашку. Там еще плескался на самом дне остаток черного чая.

Неловкую тишину развеял тихий кодовый стук, последний на сегодня. В комнату ворвалась взмыленная Рахиль, обняла всех мужчин по очереди и уселась на пустой стул. Я удивленно посмотрел на нее.

— Что? Да я тоже в группе. Или ты думал, что у меня отдельная резидентура?

— Да нет, просто думал, что тебя курирует кто-то другой из посольства.

— Боже, нет, никого другого! Давайте приступим к брифингу. Только сейчас я заметил на ее запястье четки. Не обычные мусульманские, а именные. Держала она их практически у сердца. Вскоре проектор был развернут. На стенке появилась подробная карта Бейрута со всеми портами и ключевыми блокпостами. Отдельно шла схема аэропорта. Следующим кадром шла схема автодорог; в ней была особо выделена грузовая автострада, которая паутиной расползалась по городу.