За границей реальности

3-Маска

Маска
Я шла по тротуару, волоча ноги.

Небольшой городок, одноэтажные дома, ровные газоны, ровные дорожки, ровные заборчики.

Впереди, прямо посреди тротуара, стоят трое парней лет восемнадцати-двадцати. Я обхожу их, немного смещаясь в сторону.

Один из них делает шаг вперёд, преграждая мне дорогу.

— Привет, железяка, — ухмыляется, прищурив глаз.

Я хорошая девочка. Я не поддаюсь на провокации.

Удар.

Грудь принимает его без эмоций — просто отдача, просто толчок.

Падаю.

Затем — удары ногами. По корпусу. По ногам. Не больно, просто фиксирую повреждения. Только по лицу прилетело ощутимо — последнее оставшееся слабое место.

Диагностика: повреждена правая нога ниже колена.

Надо вставать.

Один из нападавших вдруг сам падает, хватается за бок.

— Сергей?!

Двое его дружков склоняются над ним, пытаются растолкать.

— Эй, вставай!

— Это ты виноват! Зачем ты её трогал? Ты же знал, что у него слабое сердце!

Я поднимаюсь и делаю шаг.

В ноге что-то коротит. Раздаётся тихий треск, и искра пробегает по суставу.

Второй шаг. Кое-как балансирую, компенсируя движение руками.

Вижу, как полицейский идёт мне навстречу.

Левой рукой он держит оружие, направив его вниз, но правая уже тянется к рации. Он ещё не знает, кто здесь преступник.

Я читаю по его губам.

— Мадам, остановитесь и покажите своё лицо!

Лицо?

У меня нет лица.

Нет губ. Нет носа. Нет языка.

Один глаз — живой. Второй — камера.

Всё это скрыто под белёсой маской из мягкого силикона. Маска разделена на две части и может открываться для ремонта. Между ней и остатками моего настоящего лица — тонкий слой защитной слизи.

Из носовых отверстий выходят две трубки подачи кислорода. Без них можно обойтись, но недолго.

Просто так открывать маску нельзя. Она не рассчитана на частое вскрытие.

Но есть кнопка.

Её сделал мой врач. Он же и придумал всё это.

Когда-то мне на лицо попала кислота. Несчастный случай? Преступление? Я не помню…

Полицейский приближается, бросает короткий взгляд на мою искрящуюся ногу, но его голос остаётся жёстким.

— Маску. Сними.

Я молчу.

Просто нажимаю на кнопку записи.

«Если вы представитель закона, прошу вас не снимать с неё маску. Это опасно для её жизни».

Доктор продиктовал свой номер телефона.

Коп напрягается, но опускает оружие и что-то бормочет в рацию.

Я пытаюсь шагнуть сама, но сустав снова коротит.

Полицейский делает шаг ко мне и, поколебавшись, берёт меня под локоть, помогая дойти до машины.

Полицейский участок.

Ждём доктора.

Ждать долго, но меня никто не торопит. Ведь что с меня взять? Я глухонемая.

Доктор приезжает с подмастерьем, осматривает меня.

— Вилка в правой ноге сломана, замени, — бросает он парню.

Мне приходится опереться руками на его плечи, пока он работает.

Кисть моей металлической руки шевелится, и я слегка ерошу его волосы.

— Юля, не балуйся, — он отдёргивает голову.

Ремонт окончен, кожухи закрыты.

Доктор мысленно говорит со мной.

— Зачем ты его убила?

Я молчу.

— Нельзя убивать людей. Даже если они виноваты. Ты могла просто проучить их.

Я не отвечаю.

Просто показываю пальцем на ранец за спиной.

Доктор понимает.

Просит полицию показать, где дамская комната.

Внутри рюкзака — калоприёмник. Он не полностью заполнен, но мне просто хочется поскорее закончить этот разговор.

Там же — баллон с воздухом. Баллон с водой. Маленький баллончик с кремом для лица.

Меня отвозят домой.

Дверь захлопывается за моей спиной.

Наконец-то одна.

Наконец-то можно расслабиться.

Маска улыбнулась.