За границей туманных гор

Глава 2

Помню, когда мне было года три, и мой обожаемый папа подкидывал меня вверх, а я, раскрыв руки, как птица, вскрикивала от удивления и восторга. И после этого, всякий раз когда он приходил домой, я просилась полетать. Но в один из бесчисленных дней счастья он почему-то не вернулся домой. Днями напролёт я ждала его у входных дверей. Пока мама не сказала, что папа больше не вернется.

— Почему? — спросила тогда я, сдерживая изо всех сил слёзы.

Она не удостоила меня ответом, молча пошла на кухню и достала из шкафчика бутылку. Она налила из нее в бокал красной жидкости, подняла его и сказав: — За тебя! — залпом выпила. Это была её первая бутылка, которая потерялась в череде множества других...

Помню слёзы. Много слёз, пролитых мной от обид за наказания, даже когда я просто болела и мне было плохо. Я раздражала её своим видом и тем, что мне нужно было внимание, которого у нее для меня больше не было. Потом стало ещё хуже: она перестала меня замечать, будто и нет меня вовсе рядом. Когда я уже отчаялась до нее достучаться и лежала в полубессознательном состоянии от голода и температуры, в комнату неожиданно ворвался свет. Прямо с потолка опустилась очень красивая женщина и положила мне звезду в ладошку. Она улыбнулась мне и поцеловала в щеку, погладив по голове, а потом растворилась в блестках. Вот только звезда, такая теплая и яркая, осталась у меня в руках. И от ее сияния мне стало легче. Обняв её и улыбнувшись, я впервые за долгое время мирно уснула.

Утром в комнату ворвалась бабушка и, не слушая пьяных криков мамы, одела меня и забрала к себе домой. А я еще долго ей рассказывала про ту тётю, которая подарила мне звезду. Она так и осталась мне на память. Может, кто-то из подруг матери подарил? А мне в таком состоянии показалось, что она волшебница… но не суть. Ведь именно она помогла мне тогда не сломаться и, несмотря ни на что, верить в чудеса.

Оформив надо мной опеку, бабушка занялась моим воспитанием. Она пыталась заменить мне родителей как могла и всё было хорошо, если бы не женщина, именуемая моей матерью. Сколько раз она приходила и устраивала скандалы, грозясь меня забрать или выкрасть, если бабушка не даст ей денег... Как она это терпела — уму непостижимо! А все из-за моего папы, ее сына, который перед тем как разбиться на машине, в тот злополучный день, попросил быть помягче с невесткой и беречь внучку. Будто чувствовал недоброе.

Вот от бабушки я тогда и узнала, что отец попал в автокатастрофу и погиб. Моя мать не захотела ей помогать с похоронами, а просто утопила свою жизнь в алкоголе. С тех пор это был совсем другой человек. Я ей была нужна только, как рычаг, чтобы надавить на бабушку и добиться своего. Но однажды она пришла нормальная. Такая, какую я ее помнила раньше. Будто и не было тех жутких лет, когда она пила. Она рассказала бабушке слезную историю о том, что она завязала, прошла лечение и даже нашла работу. Умоляла простить, просила меня вернуться домой. Но бабушка ей не поверила. Все закончилось очередным скандалом и угрозами. Мать выскочила из дома за дверь и больше не появлялась, пока мне не исполнилось семнадцать лет.

Она пришла в компании какого-то мужчины, представив его своим новым мужем! Она была шикарно одета и даже подарила мне на день рождения мобильный телефон, который в деревне отродясь никто еще не видывал. Я с бабушкой была шоке. Лишь за столом, когда мы немного пришли в себя, она сообщила почему приехала. Поводом всего этого концерта оказалось неожиданно сильное желание моей матери, чтобы я участвовала в их семейном бизнесе. При этом на бабушкин вопрос — чем именно они занимаются — пошли туманные разъяснения о гостиничном бизнесе и работе с клиентами, при этом мужчина так оценивающе меня разглядывал, что я не сдержалась и в гневе выбежала из комнаты, хлопнув дверью. Бабушка долго еще с ними ругалась на повышенных тонах, пока эта псевдомать и ее муженек не сбежали, спасаясь от разъяренной женщины со скалкой.

Бабушка вернулась, ругая бывшую невестку на чем свет стоит. Думая, что я у себя в комнате, она прошла мимо, не заметив меня в тени коридора. Она кинула с размаху скалку на кухонный стол. Жалобно звякнула посуда, обиженно скрипнуло дерево, точно останется вмятина. Потом она достала из шкафчика успокоительное, запила его водой, села в кресло и расплакалась. Это для меня было последней каплей. Будто треснуло что-то внутри, надломилось, помогло принять решение.

Утром я забрала документы из школы, взяла вещи первой необходимости, все накопленные деньги, поцеловала на прощание спящую бабулю и отправилась на вокзал. Там купила билет в "Большой город", как называли его в нашей деревне, и, стоя на перроне в ожидании поезда, прощалась с детством, друзьями и привычным миром вокруг. Зазвонил телефон, я вытащила его из кармана, молча рассматривая цифры номера, а потом кинула его в мусорку. Поезд подъехал, я предъявила билет и залезла в вагон. Плацкартный вагон — не то место, где можно дать волю чувствам, поэтому я печально проводила взглядом проплывающий мимо вокзал и, хоть в глазах и стояли горькие слезы, оптимистично представила, как у меня все будет замечательно, когда я начну новую жизнь, без этой ужасной женщины.

С тех пор минуло два года. Я училась в университете, умудряясь утром ходить на лекции, вечером работать в кафе официанткой, а ночью делать курсовые себе и одногруппникам, чтобы мне было на что жить. И лишь Рыжик скрашивал моё одиночество. Он так всегда на меня смотрел, будто понимал, как мне несладко живётся, пытался приободрить. Мой милый, единственный друг.

Несмотря на трудности, я не отчаивалась и мечтала, что придет время и у меня обязательно будет любимая работа и замечательная семья. Нужно только дождаться. Но дождалась я совсем не того, что хотела.

Как-то вечером, еле переставляя ноги, возвращалась на съемную квартиру и тут неожиданно на пороге встретила её — вульгарно накрашенную и одетую женщину, которая меня родила. Помню, тогда стояла и не могла вымолвить и слова от удивления. А она ехидно улыбнулась, презрительно меня рассматривая.