За гранью хода

Шон. 2 поле – Потерянное сердце

- Так что, ты говоришь, мне надо сделать? – Шон стоял, прислонившись к дереву, стараясь максимально сберечь раненые конечности. Запах жаренного мяса все еще витал в воздухе, а редкие липкие ручейки крови оставляли пятна на холодной земле.

- Вам надо очистить уровень от сил тьмы и принести богине Гуа три сердца.

- И как же мне очистить уровень?

- Чтобы очистить уровень, вы должны воспользоваться сферами света. Чтобы добыть их, вам надо соединить три пера богини, потом соединить три нимба богини. Так вы получите цветок жизни, и он даст вам сферу света.

Шон лишь покачал головой — даже этот простой жест потребовал усилий. Тело, измученное нападением и шоком, отказывалось подчиняться. Голова гудела, будто в ней вращались тяжёлые шестерёнки, не справляясь с потоком информации. Он попытался сдвинуться с места, но обнаружил, что ноги словно вросли в землю. Мышцы ныли, в горле першило от сухости, а перед глазами то и дело вспыхивали тёмные пятна. «Надо идти», — повторил он про себя, но тело оставалось неподвижным, демонстрируя пределы человеческих возможностей.

- И где… Где мне достать эти твои перья?

- Перья всегда находятся над вами. Они пролетают по небу во время всего прохождения уровня.

- Супер… - Шон поднял голову и увидел несколько маленьких светящихся точек, плывущих в небе. – И как мне прикажете их доставать? Молитвами?

- Вы можете воспользоваться своими силами для того, чтобы достать их.

- Ох боже…

Шон надрывно вздохнул, плечи опустились под грузом усталости. Он опустил голову, чувствуя, как пульсирует кровь в венах, как ноют мышцы, как каждый вдох даётся с трудом. «Почему я ещё не отключился?..» — подумал он. Тело было на пределе, но сознание упорно держалось за реальность. То ли инстинкт, то ли упрямый разум не позволяли ему сдаться. Он потёр глаза — они слезились от напряжения — и вновь заставил себя посмотреть вверх. Мир плыл перед глазами, но он знал: нужно идти.

- А ты не можешь достать мне их? – устало спросил Шон.

- Я не могу проходить уровни за игрока или помогать физически.

- Что? Ты сейчас заговорил как гребанный NPC.

- Что такое NPC? – советник наклонил голову на бок.

- Это буквально ты. – раздраженно ответил Шон, немного отходя от дерева, но все еще опираясь на него здоровой рукой.

- Неправда. Я советник. Моя задача помогать игрокам проходить уровни.

- Ну так помоги мне пройти этот чертов уровень, ты, уголь кальянный! – яростно прокричал Шон. От эмоций огонь вспыхнул в его руке и задел кустарник, растущий рядом.

Шон попытался отпрянуть от огня — и рухнул на землю. Без сил, без воздуха. Он упёрся ладонью в горячую почву и здоровой ногой начал толкаться назад, отползая от пламени. Движения были рваными, неуверенными. Огонь шипел перед ним, а едкий дым вновь заставил задыхаться и кашлять. Он попытался оторвать кусок уже разорванных штанин, но ткань не поддавалась. Всё, что ему оставалось, это лишь прикрывать рот больной рукой, а здоровой упираться в землю, чтобы хоть немного отползти назад.

Далеко отползти у него не вышло. В спину уперся камень. В иных обстоятельствах Шон бы порадовался ему, как возможности сесть и перевести дух, но сейчас он стал преградой на его пути. Отползать в сторону не было смысла, слишком много сил уже было потрачено.

Его взгляд невольно притянуло к пожару: языки пламени взвивались выше, охватывая сухие ветви с хищной жадностью. Едкий дым резал глаза, заставлял кашлять, затруднял дыхание. Сквозь серую пелену он заметил в самом сердце огня маленькое светящееся пятнышко — оно то пропадало за клубами дыма, то вновь появлялось, будто подмигивая. С такого расстояния невозможно было понять, что это. Он сжал кулаки: спрашивать — рискованно. Советник уже доказал свою ненадёжность, а каждый выдох сейчас отнимал последние запасы кислорода.

Шон поднялся, опираясь на здоровую ногу, и, прихрамывая, двинулся в самое пекло. Огонь трещал вокруг, но, к удивлению, не оставлял ожогов — только жар обдавал кожу, заставляя её покрываться испариной. Дым был гуще, чем он ожидал: он проникал в лёгкие, вызывая мучительный кашель, разъедал глаза, превращая мир в размытое пятно. Он моргал, пытаясь прогнать слёзы, и упрямо шёл вперёд. Мышцы ныли, дыхание становилось всё тяжелее, но он заставлял себя переставлять ноги.

Наконец в середине куста он нашел то, что светилось едва заметно на фоне пламени, охватившего все больше территории. Это оказался нимб. Шон поднял его. Он не обжигал, не горел, просто светился.

- Что… это… - еле слышно спросил он у советника, показывая тому нимб.

- Это и есть нимб, который получают из крыльев. Собрав три таких нимба, вы можете создать цветок жизни, а тот, в свою очередь, даст вам сферу жизни.

Шон больше ничего не спрашивал. Даже мысль о том, чтобы увидеть советника, вызывала глухую ярость. Он сжал кулаки, отгоняя назойливые образы — сейчас важны только действия. «Если есть один нимб, значит, где‑то должен быть и другой», — эта мысль билась в голове, как пульс. Он вглядывался в дымную пелену, пытаясь разглядеть хоть что‑то, похожее на свет. Огонь вокруг ревел, но он уже не обращал внимания, понимая, что для него тот безопасен.

«Нимб должен быть здесь. Обязателен. Иначе я просто задохнусь и подохну на этом чертовом уровне». Шон стиснул зубы и двинулся дальше, сквозь дым, сквозь боль, сквозь отчаяние.

Он продвигался медленно, на ощупь, то и дело натыкаясь на обломки рухнувших деревьев. Дыхание вырывалось хрипом — воздух был пропитан гарью, а каждый вдох обжигал горло. Шон моргал, пытаясь смахнуть слёзы, вызванные едким дымом, — из-за них мир дрожал и расплывался, превращая тени в ложные очертания искомого сияния. Он останавливался, вглядывался в густую пелену, задерживал дыхание, чтобы уловить хоть отблеск, — но видел лишь пляшущие в хаосе огня искры. Тело дрожало, старые раны открылись вновь, и дополнительные силы уходили на то, чтобы из раза в раз прижигать их своей силой. Он заставлял себя двигаться: шаг, ещё шаг, поворот головы влево, вправо, прищур, попытка разглядеть что‑то чистое, яркое — среди этого всепоглощающего мрака и пламени. И когда впереди, в разрыве дымной завесы, мелькнуло едва заметное серебристое мерцание, Шон замер. Сердце пропустило удар.