За гранью сновидений

Глава 4

Путь через Топольский лес был длиннее, чем через мост у храма, ведущий прямо во дворец, но принцессе хотелось пройти через волшебный лес. В нем обитают редкие звери, которых она так любила. Тем более что сапфир еще не восстановился.

Ночь постепенно уступала место утру, солнце поднималось все выше и уже освещало дорогу. Лилиана по привычке поглубже натянула капюшон на глаза. В сотый раз пожалела, что не надела на себя что-то более легкое, пот стекал по телу ручьями, белые пряди волос прилипли ко лбу и к шее. А рядом шел наглый гад, от которого до сих пор несло тухлыми яйцами и скисшим молоком, хоть уже не так сильно, как раньше. “Одежду он не догадался выстирать”, – подумала про себя девушка и закатила глаза к небу.

Шон шел рядом и с изумлением осматривал Топольский лес. Тысячи жителей других королевств мечтали попасть в «Зачарованный лес» – как его называют – в самое сердце Керании. Поговаривали, что лес существовал несколько тысячелетий. Жители и даже королевские особы других королевств просили у короля Дамиана письменное разрешение прогуляться в этом лесу. Здесь законом запрещено охотиться на редких и восхитительных зверей.

Тряпичные туфельки Кэйни, которые Лилиана одолжила у служанки, не спасали ноги от мелких камушков. Ткань натерла кожу до красноты. Ноги отваливались. Сапфир понемногу нагревался во внутреннем кармашке. Шон не проронил ни слова, только изумленно таращился в разные стороны. Между ветвями дубов спрятался олень с золотыми рогами, хранитель леса Далас. Белые пятна покрывали его бока. Когда олень спокойно расхаживал по лесу, это означало, что лесу ничего не угрожало. Он чувствовал ауру людей. Если сюда попадал человек с жестоким сердцем, то Далас бил копытом три раза, и лес окутывало магической защитой. Лилиана зажмурилась и попыталась прочитать мысли хранителя леса. Она любила мысленно разговаривать со зверями, но что-то было не так. Как ни старалась настроиться – у нее ничего не выходило, словно существовала какая-то дверь, которая сейчас мешала ей прочитать мысли. В чем же дело? Может, это из-за блондина, который шел рядом? Может, он представляет угрозу? Ну нет, если бы Топольскому лесу что-нибудь угрожало, то Шон не шел бы рядом и не насвистывал веселенькую простую мелодию себе под нос.

Жители королевства Керании редко гуляли в этом лесу. Звери не любили вторжения людей на их территорию, поэтому часто прятались за широкими кронами деревьев. Но земли леса считались благословенными самими богами, поэтому люди верили, что здесь можно попросить у духов леса о помощи. Кто-то даже верил, что существует бог леса.

Лилиана огляделась по сторонам. Какое все-таки потрясающее место! В дупле дуба скрылась белочка, вон там вдали за деревом спрятался белый носорог. Принцесса не смогла сдержать восторга и хлопнула в ладоши от изумления. Она впервые увидела его здесь. Поговаривали, что он древнее этого леса. Его рог переливается серебром в солнечном свете. Бейр обычно прятался подальше от людей и появлялся к грядущим переменам в королевстве. Лилиана хотела подойти и прикоснуться к серебряному рогу, но вовремя вспомнила, что рядом идет чужак. Она с жалостью и разочарованием протяжно вздохнула и прошла мимо носорога.

Топольский лес был домом Мирьям. В тот самый день, когда две принцессы впервые оказались здесь, Лилиана увидела раненую сову с белоснежным опереньем. В крыле торчала стрела. Откуда она здесь взялась – никто до сих пор не знает. Когда зареванная Лилиана семи лет от роду рассказала об этом отцу, он приказал гвардейцам прошерстить лес и найти нарушителя порядка древнего леса. Девочка вытащила стрелу из крыла, оторвала кусок от платья и перевязала крыло. Аннэт кричала, чтобы Лилиана оставила сову в покое, и здесь она быстрее поправится, но Лилиана забрала сову с собой во дворец, чтобы долечить. Матильда тогда так причитала, но, поджав губы, отнесла сову к целительнице. Через неделю крыло зажило. Сова села на плечо и повернула голову в сторону Лилианы. Сапфировые как летнее ночное небо и желтые как расплавленное золото глаза встретились, и между ними установилась связь. Так человек и животное устанавливают мысленный договор и связывают друг друга узами. Принцесса назвала совушку Мирьям, что в переводе на эльуэйский означало «мир». Они были неразлучны, и принцесса могла позвать ее откуда угодно, зная, что она найдет ее где угодно. Последние три года Мирьям жила в покоях принцессы, словно сова оберегала девушку от чего-то, но Лилиана была только рада – с Мирьям было как-то спокойнее.

Полдюжины крошечных прекрасных птичек пролетели над головой, Шон открыл рот и заливисто рассмеялся. Вокруг глаз пролегли морщинки. Лилиана протянула руку вперед и выставила палец.

– Это колибри. Самые крошечные птички королевства.

Маленькое чудо приземлилось на палец. Птичка практически не ощутима на пальце, такая легкая, словно перышко. Они едва ли смогли рассмотреть это прелестное создание. Продолговатый острый удлиненный клювик, головка изумрудного цвета, оранжевые крылышки и ярко-синий хвост. Шон взирал на нее широко распахнутыми глазами, подносил к ней палец, но птичка словно и не замечала его. Принцесса улыбнулась.

Маленькое великолепие упорхнуло, и через пару секунд колибри скрылась из виду. Девушка втянула носом свежий лесной воздух. Есть в этом месте что-то сказочное. Мысли успокаивались, а внутри разливалось умиротворение и тепло. Над головой пролетела стая птиц с разноцветным оперением. При свете дня их крылья переливались словно драгоценности.

Неподалеку расхаживали гордые прекрасные птицы с разноцветными перьями и роскошными хвостами. Павлины. Запах дубовой коры, свежих листьев и летней травы ударил в нос.