За Гранью Страсти. Все ради нее!

Глава 1

ГЛАВА 1

ЭЛИНА

Внезапно две мощных руки с разных сторон схватили так сильно, что аж мышцы немного пожаловались и ладонь практически онемела. Я вздрогнула и словно очнулась, отпрянула от двери и покосилась на верберов с растерянностью и робкой надеждой.

Мужики отпустили, но к этому моменту выход из кабинки уже перекрыло мощное, взвинченное тело Опасного. Двусущие действовали так быстро и ловко, что я поразилась. Даже не представляла, что такое альфа-оборотни их уровня. Даже не воображала, что глазом моргнуть не успею, а уже буду напрочь отрезана от выхода.

Конечно же, я не переживала за это, скорее за то, что меня все равно схватят.

– Сядь! – тихий шепот Скалы заставил меня подчиниться без разговоров.

Он был такой… даже не знаю, мне кажется, ракета свернула бы с курса и послушно выполнила все, что ей говорят. Аж мурашки пробежали по телу.

Я еще не слышала от Скалы слов настолько с нажимом, таким тоном.

Безапелляционным.

Не дающим ослушаться.

Словно выворачивающим тебя наизнанку и как марионетку заставляющим повиноваться.

Причем, не столько на уровне разума, сколько на каких-то дремучих, животных инстинктах.

– Сядь, – уже более привычно сказал вербер, будто стараясь сгладить первое впечатление.

– И не мельтеши, – добавил Опасный каким-то давящим на психику шепотом.

Этот вербер тоже, оказывается, мог так приказать, что туши свет.

Скажет: «Пляши» и спросишь только: «В каком стиле?»

Я замерла за столом, поглядывая на мужиков и совершенно не понимая – зачем они меня остановили.

Я не видела выхода.

Совершенно.

А снаружи слышались щелчки открываемых дверей, ругательства в адрес ОПО и резкие, нелицеприятные выпады от тех, кого они потревожили.

– Ну что, твари? Есть тут хоть одна нэнги?

– Увидели? А теперь пошли вон!

– Ваша беглянка нашлась? Да? Поэтому не суйте свои носы, пока мы вам их не пообломали!

– Встречу хоть одного в другом месте и не при исполнении – глотку порву!

– Попадитесь мне не на задании только!

– Ну, суки? Нашли свою нэнги? Может это моя жена? А? Или мой сын? Посмотрите! Не-ет! Не уходите, не уходите… Давайте, проверьте своей там аппаратурой, раз уж так рвались к нам в кабинку и испортили семейное торжество!

Оборотни матерились, рычали и громыхали на все заведение, хорошо понимая, что архаровцы ОПО, впрочем, как и бойцы ПОН, не могут позволить себе также ответить гражданским. Ни в чем не повинным, по крайней мере, чья вина не доказана. Поэтому отрывались за нарушенный покой и уединение по полной, ни в чем себе не отказывая.

Бойцы ОПО, действительно, не отвечали.

Двери распахивались одна за другой, и нашей бы тоже пора… Я слышала, что пару раз архаровцы ОПО просто вырвали двери других кабинок, «постояльцы» которых отказывались отворять напрочь.

В любом случае, нашу тоже обыщут. Не так, так эдак. Выхода нет.

Я опять покосилась на мужиков с вопросом и с выводом, что делать нечего, я пропала…

– Позаботитесь о Радмире? Пожалуйста? – с плачем выдавила из себя, ощущая, что по щекам катятся горькие капли и затекают в рот, будто брызги мертвого моря…

В горле саднило, сердце выскакивало из груди. Руки и ноги стали настолько влажными, хоть вытирай их без конца о салфетки.

Шею и спину больно свело.

Я внимательно смотрела на мужиков, которые вроде бы не планировали меня выпускать.

Зачем? Это лишь только все усложнит! Лишь продлит рвущую душу агонию моей свободы перед неизбежным пленением.

Рвались из горла отчаянные слова. Но напрочь застревали на языке, и не скатывались, будто прилипли.

Сказать такое я не могла.

Сама себе подписать приговор… Нет, я оказалась не в силах. Даже, если разницы уже нет.

Какая-то болезненная, совершенно нерациональная надежда билась внутри бешеным пульсом. Я была просто не в состоянии отвергнуть эту последнюю ниточку к свободе, к возможности быть рядом со своим сыном, которую только-только с таким трудом обрела.

Я ведь всего лишь несколько недель назад вспомнила – как это потрясающе и здорово обнимать Радмира, когда хочу и сколько хочу. Играть с ним, гулять, разговаривать обо всем на свете… Без контроля, без присмотра и без охранников…

Как это обалденно не служить кому-то и чьим-то целям, а просто жить! Жить!

Голова говорила, что все зря, и мужики очень скоро это тоже поймут. Просто альфа-оборотни проигрывать не привыкли, не умеют они быстро мириться даже с абсолютной неизбежностью рока…

А эмоции, сердце спорили и не позволяли мне сказать то, что вертелось на языке…