За гранью Веры

12

ГЛАВА 12

Андрей проснулся от крика. Подорвавшись на кровати, он ошалело захлопал глазами, пытаясь понять, что это только что было. Первой возникшей мыслью было то, что Вере приснился кошмар. Но тогда девушка уже проснулась бы сама и во всю тормошила бы его, ища защиты от несуществующих (таких ли уж несуществующих, учитывая недавний сон) монстров. Сейчас же, напротив, с ее половины кровати доносилось лишь тяжелое, с хрипами, дыхание. Это-то его и насторожило.

Запустив под потолок маленький осветительный шарик он вгляделся в лицо невесты, какое-то бледное и заострившееся.

- Вер, - тихо позвал Андрей. – Вера.

Ноль реакции.

- Вера, - уже громче, одновременно с этим просовывая руку под одеяло, чтобы обнять и прижать к себе девушку. – Ми…

Все слова застряли где-то на середине пути, уперевшись в тут же возникший в горле ком, когда под рукой он ощутил мокрое и липкое, горячее. Словно в каком-то трансе он медленно откинул с девушки одеяло, и расширенными от ужаса глазами смотрел, как по ее груди, прикрытой тонкой маечкой, расплывается огромное кровавое пятно.

В ту же секунду раздался грохот от выбитой, точнее, разнесенной в щепки, входной двери. Андрей моментально сформировал самое мощное боевое заклятие, на которое был сейчас способен и пустил бы его в ход, если бы ворвавшийся в дом с первых шагов не начал голосить как подстреленный:

- Андрей! Андрей, это я – Антон! Не размажь меня по стене! – Молодой человек уже влетел в комнату и увидел Веру. – Твою мать! Возьми себя в руки, убери эту дрянь, которой ты меня чуть не припечатал и помоги мне! Нужно остановить кровь!

И тут же сам рванулся к постели, потому что сил одного только Андрея здесь будет явно недостаточно.

Андрей разорвал майку на груди Веры (к черту все приличия и посторонние взгляды, жизнь невесты сейчас дороже!) и начал вытирать простыней сочащуюся без перерыва кровь. Увиденное повергло обоих молодых людей в шок. Такие раны мог бы оставить дикий зверь, причем коготки у него должны быть размером с палец взрослого человека. Четыре глубокие рваные раны, начинающиеся под левой ключицей и заканчивающиеся на ребрах справа, на дне которых виднеется кость.

- Грудная клетка не пробита – уже хорошо, - Антон приходил в себя быстрее друга. – Но крови она потеряла много, и продолжает терять. Сейчас останавливаем кровь, стягиваем раны, каждую в отдельности, и пытаемся спаять края. Работаем в паре, объединяя потоки. Должно получиться. Слышишь меня? Соберись! Мы ее вытащим!

Ладони обоих молодых людей засветились голубым.

Сколько времени прошло? Минута? Час? Сутки? Андрей не мог сказать, сколько они провели, склонившись над телом умирающей Веры и миллиметр за миллиметром, сосуд за сосудом, сращивая разорванную плоть. Можно было бы управиться и быстрее, но парни старались работать с практически ювелирной точностью, чтобы не обезобразить тело девушки шрамами. Может, в данной ситуации это и казалось полным бредом, и оба прекрасно понимали, что живой, пускай и со следами произошедшего, быть гораздо лучше, чем мертвой, но также и знали, что Вера будет всю жизнь этого стесняться и прятаться. А если зарубцевать наперекосяк сразу, то потом уже никакой магией это не исправишь.

Когда, наконец, все было кончено, Андрей перенес Веру на диван у укрыл чистой простыней, предварительно смыв всю кровь с тела. В глубине его темных, практически черных глаз, разгорался огонь, не несущий никому ничего хорошего.

- Я убью эту тварь, - от этого голоса по коже пробегал озноб. – Разорву на мелкие куски и скормлю собакам.

- Поздно. Элленор испепелил то, что на нее напало. Я пытался ее вытолкнуть, но кто-то, кто сильнее меня, не дал мне этого сделать. Ее там удерживали. Потом появился Элленор. Завязался бой, Вера побежала. Эта паскуда смогла вырваться и ломанулась следом. Элленор опоздал буквально на доли секунды, не успел достроить купол защиты.

- Ты узнал его? – Не слова, рык.

- Нет. Но это кто-то очень сильный. Был.

- Был? Уверен?

- Я же говорю, что от него осталась только горстка пепла. Значит, в нашем мире тварь тоже мертва. Не получится тебе с ним, или с ней, поквитаться.

- Зато получится с тем, кто это устроил! Уж на нем я сейчас отыграюсь!

- В смысле? Ты о ком?

- Уж не обижайся, но я сейчас о твоем отце! – Андрей постепенно переходил на крик.

- Ты умом с горя тронулся? При чем тут он?! – Антон моментально вспылил.

- А больше некому! Он угрожал мне с самого начала! Угрожал ее жизнью.

- Ага, и именно поэтому он снял все претензии и вернул тебе печать! Мой отец, конечно, тот еще самодур, но не самоубийца, чтоб тягаться с колечком твоей невесты.

- А я и не говорю, что это был лично он. Побудь с Верой, я скоро.

- Э-э-э, нет! Стоять, идиот! То есть, Владимира ты подозреваешь, а мне доверяешь? А где гарантия, что я не прирежу ее, как только за тобой закроется дверь?