За или против соцсетей Часть 3

ЧАСТЬ 3

Глава 3

Нора была вне себя от радости. Нас впустили на обетованную землю, при этом нам не пришлось использовать свою «тёмную технику» — секретный приём боевых искусств, которым, в отличие от наших американских сверстниц, мы владели.

Айк даже указал нам, в каком направлении идти по коридору, что само по себе было небывалым, учитывая его статус богача, о котором рассказывала Нора.

Обстановка его квартиры манила роскошью. Вместо терракотовой плитки весь пол сиял мрамором. В коридоре он был выложен кремовым мрамором, в гостиной — белым...

«Вероятно, в спальне был бы розовый», — подумала я с лёгкой иронией. Розовый песок, на основе которого был искусственно создан и отполирован этот мрамор, был привезён с острова Крит, где после землетрясения на соседнем острове Санторин некоторые пляжи оказались засыпаны вулканической массой, и песок в тех местах приобрёл розоватый оттенок.

«Как не стыдно этому Айку! — возмущённо подумала я. — Ведь вывозить розовый песок с Крита запрещено, а он даже дошёл до того, что изготовил из него мрамор!»

— Ель, иди, посмотри! — возбуждённый голос Норы прервал мои тягостные мысли. — Видишь, какая мебель? — Она провела пальцами по «бархатному» покрытию какого-то ларя. — Замечательное дерево! Ну, потрогай.

— Да, да... — мой указательный палец едва коснулся поверхности.

— Ну, нравится? — в голосе подруги чувствовалось нетерпение. — Я всегда мечтала о такой мебели!

— Да? — Я сделала вид, что мои пальцы снова внимательно ощупывают гардероб и лари. — По моим оценкам, им около ста лет.

— Сто лет?! — голос Норы почти прогремел. — Я же тебе говорила! Я же тебе говорила! Он миллионер! Теперь понимаешь, почему я обожаю соцсети?!

— Ага, — кивнула я. — Пока твой «миллионер», точнее родители твоего миллионера, развлекаются, покупая дорогую антикварную мебель, многие люди из-за кризиса едва могут содержать себя.

— Ну... Ель, не будь такой забиякой!

— А как это ещё назвать? Сегодня вполне квалифицированные люди остаются без работы. И не потому, что искусственный интеллект занял их место, а потому, что человечество уже несколько лет не может выйти из экономического кризиса, спровоцированного коронавирусной инфекцией. Затем началась военная операция на Украине, потом ХАМАС напал на Израиль, и...

Нора не выдержала и сильно пнула меня по ноге.

— Что ты делаешь, неряха? Ты пнула меня по ноге! — заохала я.

— Я знаю... знаю, что пнула тебя, но ты слишком цепляешься за...

— За кого?

— За человечество!

— А ты кто?! Не человек?! — отчеканил мой сердитый голос. — Не стоило мне сюда приходить! Зачем я вообще тебя послушала?!

— Ель, послушай меня, — снова настойчиво произнесла Нора.

— Не буду! — Я начала мотать головой, как маленький ребёнок.

— Пусть тебе неловко, пусть тебе гадко...

— Да, угадала! Мне очень жаль людей, оставшихся без нормальных средств к существованию во время этого многолетнего, не прекращающегося кризиса, а семья Айка тем временем купается в роскоши!

— Да ладно тебе... Но мы же пришли сюда искать Нереального парня! Чего ты ожидала? Если бы Айк был обычным человеком, мы бы здесь вообще не оказались!

— Он даже умудрился вывезти розовый песок с Крита, причём в огромном количестве, хотя это запрещено законом Греции! А потом, несмотря на все запреты, изготовил из него мрамор...- все же настаивала я.

Глаза Норы впились в меня с нескрываемой усмешкой. Увидев выражение её лица, я поспешила исправиться:

— Ладно, не сам Айк изготовил этот мрамор из розового песка, который вывезли с Крита в огромном количестве. Это сделали его люди. Ну... люди его родителей.

— Ты не в своём уме, — отчеканила Элеонора.

— Скажи, что это неправда!

— Ты ведь даже не видела этот «запрещённый» розовый мрамор, привезённый с Крита!

— Что?! — мои глаза широко распахнулись.

После довольно долгой паузы я попыталась осмыслить её слова и наконец тихо произнесла:

— Ты права. Я не видела этот розовый мрамор. Допустим, в спальне его тоже могло не быть. Я просто предположила это, потому что гостиная и коридор были отделаны мрамором...

Всё-таки я должна была признать, что в словах Норы была логика.

Очень осторожно, чтобы никто из гостей вечеринки не смог нас услышать, мы взялись за руки и едва слышно произнесли друг другу:

— Мы здесь для того, чтобы изучать Нереального парня из соцсетей.

После этого мои пальцы снова осторожно коснулись старинного ларя.

— Его просто отреставрировали, — заключила я. — Ему не сто пятьдесят лет.

И мы всё с большим интересом принялись рассматривать антикварную мебель. То затаивали дыхание от её красоты, то едва слышно ахали, но старались соблюдать приличия и не цокать языками от восхищения.

«Невероятно, — подумала я, продолжая с изумлением разглядывать антикварную мебель. — И всё это благодаря соцсетям. Инстаграм привёл нас в этот удивительный мир интерьерного дизайна».

— Нора, спасибо тебе, что привела меня сюда! — сказала я и прижалась щекой к её щеке.

Подруга удивлённо посмотрела на меня.

— С тобой всё в порядке?

— Ну да.

— Пятнадцать минут назад ты была готова меня пристрелить из-за всего этого. — Она обвела рукой комнату.

— Извини меня, пожалуйста, — виновато сказала я. — Только сейчас я поняла, что и коридор, и гостиная сами по себе являются настоящими произведениями дизайнерского искусства. Благодаря этому я смогу написать хорошую курсовую работу по интерьерному дизайну, который изучаю заочно.

— Ладно, ладно. Если ты успокоилась, то я счастлива. Но имей в виду: однажды от такого количества учёбы у тебя голова взорвётся.

— А что я могу сделать? Не виновата же я, что мир так быстро меняется и становится совершенно непонятно, какая профессия пригодится мне в будущем. Иногда мне кажется, что лучше было бы учиться сразу по нескольким специальностям. Поэтому я учусь на журфаке, а заочно изучаю интерьерный дизайн.