За кадром. Lights of Fame.

Глава 1. Ночной рейс

Персонажи этой истории могут показаться вам смутно знакомыми. Да, на их создание автора вдохновили реальные люди и факты или даже слухи, однако не стоит воспринимать этот роман иначе, как творческий вымысел. Любые совпадения с реальными событиями случайны либо использованы в художественных целях.

Самолет едва ощутимо вздрагивал в темном небе над Лос-Анджелесом. Сквозь иллюминатор город выглядел как ветви виноградной лозы: золотые прожилки улиц, капли света, разбросанные по ночному городу, в котором, казалось бы, никто никогда не спит. Город Ангелов. Город Грез. Столица мирового кинематографа.

Стюардесса уже оповестила по громкой связи пассажиров, чтобы те пристегнули ремни безопасности. Их самолет вот-вот совершит посадку. Диего смотрел вниз, не двигаясь. В пластиковом стаканчике остывал черный кофе – всегда слишком крепкий и приятно горький.

Для Диего уже стало традицией прилетать вот так, под покровом ночи, когда даже самый утомленный его фанат выберет между сном и слежкой, конечно же, сон. Никто не начинает новый проект ночью. Он видел столько разных коллег по цеху, которые часто даже опаздывали на первое чтение сценария. Какое неуважение к остальным! И в первую очередь к режиссеру – человеку, ответственному за то, чтобы воплотить бурную фантазию сценариста на экране телевизора в любом уголке этой планеты.

Его лучший друг, в отличие от Диего, не любил готовиться к старту съемок новых фильмов с ночи.

– Кажется, что ты уже опоздал на собственную роль, – делился с ним Оскар одним из вечеров, когда их графики позволили встретиться и провести время в компании друг друга.

Но Диего давно сделал своей традицией заселяться в отель после полуночи. Была в этом своя особенная прелесть – начать утро плавно, без суеты и опасений подвести кого-то из команды, даже если причиной тому будет нелетная погода или не вовремя загоревшийся двигатель на крыле самолета. Такого, конечно же, никогда не случалось, но чем черт не шутит!

Он ответил вежливой улыбкой на просьбу стюардессы, допил мерзкие холодные остатки кофе и кинул стаканчик в пакет, который та везла по проходу, проверяя, все ли готовы к плановому приземлению.

Диего откинул голову на верхушку сидения. В кармане куртки лежала тонкая распечатка сценария – изрядно помятая от прочтений во время пересадок и смене отелей. Он читал его уже трижды. Все, что нужно было знать, он знал: эпоха поздней Римской Империи, император на грани потери власти, молодая женщина, разрушающая устои, борющаяся за новые взгляды и ценности. История, которую уже снимали сотни раз. Но этого режиссера очень хвалили. И, как сказала его агент, «это может стать твоим новым поворотным моментом в карьере».

Он усмехнулся тогда. Новый поворот. В сорок шесть? После десятков успешных ролей, неприкрытой лести и обязательства перед Студией оставаться холостяком и «любимцем женщин»?

Список тех проектов, в которые его снова и снова включали, порой даже без проб, словно роли писали для него, под него, продолжал плестись бесконечной ковровой дорожкой премьер, промо-туров, интервью, на которых ему все еще было некомфортно чувствовать весь этот ажиотаж вокруг своего имени.

Диего Паскаль.

Один из самых ярких актеров своего поколения, и его карьера, как и личная жизнь привлекали внимание фанатов. Он многогранен, и его талант мастерски сочетать драму с экшеном, в самом деле, выходил далеко за рамки того, что он демонстрировал зрителю. Громкие проекты, такие как «Путь драконов», «Тень вечности» и «Торговцы смертью» показали его способность легко переходить от героизма к уязвимости, так полюбившейся в нем поклонниками.

О его профессионализме и преданности ролям ходили легенды. Например, он никогда не опаздывал на съемки, а, будучи обаятельным и настоящим, сохранив свою непринужденность и искренность, так отличавших его от многих других звезд, Диего легко становился любимцем публики, куда бы не занесла его судьба. Или график очередного проекта.

Даже для участия в «Тени вечности» он провел много времени в костюме Межгалактического Воина. Все сцены, за исключением опасных для жизни, где по контракту требовались каскадеры, были сняты с его участием, не смотря на то, что никто не видел лицо его героя до самого финала первого сезона. Все это в очередной раз подтверждало его трудолюбие и готовность работать на результат, несмотря на физические неудобства.

Рядом, через проход, устало прикрыв глаза сидела женщина в сером худи. Ее лицо до боли напоминало кого-то. Возможно, Анабель? Он закрыл глаза.

Анабель.

Он не видел ее год. Или два? Время теряло форму, когда проживалось вдали друг от друга. Агент предупредила, что она тоже будет в фильме. Маленькая роль. Второй план. Но у Анабель никогда не было «второго плана». Даже когда она ушла – это было словно кадр, снятый крупным планом, с драматическим наплывом камеры на Диего, и дальше, вглубь, до самого в очередной раз разбитого сердца.

Пресса никогда не давала Диего покоя. Едва о нем заговорили в Голливуде, он стал магнитом для бесконечных слухов и историй, которые будто бы порой создавались для того, чтобы разжигать интерес. И каждое его появление на светском мероприятии, в ресторане, на съемочной площадке – неизбежно становилось очередной темой для разговоров. Но в отличие от других знаменитостей, Диего не питался этим вниманием. Он не страдал от отсутствия публичности, как многие другие. Он был неуловим. И вот это-то и было самым заманчивым для всех.

Слухи за ночь успевали обойти весь земной шар. Говорили, что у него была страстная, но кратковременная связь с актрисой, с которой он снимался в одном из фильмов. Кимберли Лоуренс. Ее имя постоянно всплывало в газетах, когда Диего только начинал набирать популярность в Голливуде. И хотя она была с ним не только на экране, в реальной жизни их отношения оставались обрывками недосказанности. Несмотря на все спекуляции о романе, Диего всегда заявлял, что «не стоит обсуждать то, что не должно быть обсуждаемо толпой». Этого было достаточно, чтобы все продолжали гадать, чем на самом деле закончилась та их история.