За моей спиной нет руин

Глава 5. Немного о руинах

Лида и Лялька обмениваются «девчоночьими» секретами.

— А он? Что он?

— «А и не надо!» — вот как он сказал.

— И что?

— Да поругались навсегда!

— Ой, дура!

— Сама дура!

Лялька — это Ольга. Ну какая она Ольга, не придумывайте — Лялька она. Дуростью страдает. Лида это твердо знает. Откуда знает? Так Лида же сверстница Ляльки. Тоже такие дурости делать умеет. Лялька Лиде придумала историю, что она (Лялька) нравится парню постарше. Ну так интереснее что ли. Так Лялька вроде как взрослой выглядит. Ой и выбрала для своих россказней — умора! Ивана выбрала! Ну ладно бы выбрала его друга, чтобы пофантазировать! А она выбрала всегда ироничного и несимпатичного!

— Представляешь, сказал, что мы не можем встречаться? - возмущалась Лялька.

Лиде всё понятно. Как-то же подруга должна объяснить, почему предмет ее фантазий с ней не встречается. Вот и придумала. А Лида сейчас ей и подыграет, и в дураках одновременно оставит.

— Так ты того, наверное, в любви ему должна признаться?!

Лялька краснеет:

— Призналась. А он сказал, что это не самое важное.

Понятно. Всё Лиде понятно. Не продумала Лялька свои россказни достаточно хорошо. Готовиться нужно! Продумывать! Лида рыжая улыбается. Лялька рыжая вся поникла. А как не поникнуть — подружка насмехается. Рыжина у них разных оттенков. Одна как у победителя, другая как у побежденного.

— Ваня, что случилось-то?

— Лялька, не нужно мне это всё. Ты будешь ждать каких-то шагов, действий, обязательств. Заморочек с обещаниями и с тем, что будет дальше. А потом, если ожидания не оправдаются. Руины. Руины воздушных замков.

— Ты же сам первый...

— Вот! Вот это то, о чем я тебе говорю, Лялька. Кто первый, кто второй? Пока это еще не слишком болезненно — отстань! Иди в песочницу играться! Мне это всё не надо: влюбленность, слезы, розовые слюни и мечты о чёрт знает чем.

— Тогда объясни, как ты собираешься жить? Всегда без заморочек?

— Объясняю! Собираюсь жить без заморочек. Правда она такая. Ты обещала ее выдержать.

Он стоит так близко, что можно рассматривать рисунок на радужке глаз. Ляльке интересно не это, а то, что значит никаких обязательств не нужно, но у нее уже есть обязательство: обещала выдержать правду — выдерживай.

— Герой без страха и упрёка, мой рыцарь в ржавых сапогах, гремел доспехами малёхо, но не держался на ногах! — Лялька и не заметила, что выпалила.

— Да, Лялька! Твоя правда. Ироничное отношение к жизни и ко мне конкретно — сбивает с ног любого. Экспромт?

— Он самый, Вань! — Ляльке неловко, что язык не прикусила.

Вот чего она его подковырнула? Можно было и просто промолчать. Нет же, прёт и прёт из нее всегда. Скажет, а потом оправдывайся, что сказанула.

— Ой, Лялька! За твой длинный язык тебя точно когда-нибудь по головке не погладят. Но мне нравится. Вот на эти твои выходки я и повелся. Всегда заманчиво этакое экзотическое сумасшествие возле себя видеть и слышать. Вот чего ты меня так? В ржавых сапогах? Не держался на ногах?

— Как чего? Ты ж обязательств избегаешь, но на меня их надеваешь.

У Ивана лицо расползается в улыбке. Опять рифмует. С ходу. Вот зачем ему такая? Она захочет всегда быть звездой первой величины, а ты ей тут будешь на побегушках. Типа: подсвечивай фонариком, чтобы отблески и блики от меня были нужного оттенка. Ему такое «и нать не надь». Тьфу. Заразился от нее!

Лялька посылает ему воздушный поцелуй. Он сделал вид, что поймал его в воздухе. Приложил «поцелуй» к щеке.

— Предлагаю следующее: ты исключительная в моей жизни тем, что ни фига я тебя не забуду. Идет?

— Тогда ты тоже исключительный в моей жизни. Я буду говорить, что был у меня эдакий оригинальный парень, которого никогда не было. Он меня многому в жизни научил. И буду глубокомысленно закатывать глаза, а потом всем рассказывать, что не надо нравится всем. Достаточно немногим. Но исключительным.

— А еще мы исключительные друг для друга тем, что у нас одно пагубное пристрастие — выдержать правду. Я ведь тебя почти люблю.

— Я буду говорить о тебе, Вань, что-то из этой серии «любовь, которой не было» или так «нереализованная любовь» с тем, кто не желает руин за спиной. А знаешь! И хорошо, что так всё плохо. Тебе нужна та, которая будет тебе нимб оттенять да мух отгонять.

А как было у них все последние дни? Чтобы он ни сказал, чтобы он ни сделал — немой восторг или громкое обожание: он самый умный, он лучше всех знает, он талантливый, у него всё получится. Чтобы ни сделала она — девочка с искоркой, всё у нее оригинально... Но... Фиалочку из рук она не взяла. Словно сигнал дала: не прикасайся. Словно мстит. Сказала — помнит. Всё бы отдала, чтобы забыть. А что всё бы отдала? Что у нее есть? Гнев да воспоминания? Он как-то руку протянул ей, чтобы она могла красиво из транспорта выйти. Лучше бы он этого не делал. На него со снисходительным пониманием смотрели сразу несколько человек. Да ну его всё!