За моей спиной нет руин

Глава 6. Под обрез

Он вышел. На его шее висела та самая разумная змея, по поводу существования которой я еще недавно сильно сомневалась.

— Не надо разносить город. Змея готова его покинуть. Но требует кое-что для нее сделать.

— Сдурел! У нас нет полномочий вести с ней переговоры! У нас есть задача.

Он не стал слушать. Змея тоже не стала слушать и крепче обвила его шею. Как он сказал? «По флейте»? Так вот, мне по его флейте задушит его змея или нет. Всегда ненавидела этих гадов. Я выстрелила. Почти не прицеливалась. Сначала выстрелила, исходя из того, что у моих мальчиков пристреляно в основном по центру. Нет. Оказалось под обрез. Первая пуля не ранила змею. Но четко влетела в его бок, выворачивая куски плоти. Второй выстрел уже был правильным. Голову змее я прострелила.

Сто второй лежал мертвым. Скорее всего, я его не убила — ведь болевой шок ему не грозил. Это если он мне не соврал о рисунках. А вот змея в предсмертных конвульсиях сжала его шею так, что дышать точно невозможно. Или я себя успокаиваю?

Мальчики оттащили труп змея и подожгли его. Сто второго погрузили в мешок — на место постоянной дислокации нас выбросило штатно.

О том, как я спала, не надо спрашивать. Я не спала. Стоило мне только закрыть глаза, передо мной разворачивалась картина, как я истошно ору, что так нельзя, что это подло, что я должна вернуться домой, что я всё поняла, что в этот раз я всё сделаю по-другому. В этих куцых сновидениях я заходилась такой больной истерикой, что меня начинали топить в какой-то огромной белоснежной ванне. И какой-то голос непрерывно говорил, что кто-то похож на стаю птиц.

Вымотанная и обессилившая, я встречала рассвет, сидя в кровати. С моего места, если немного потянуться, можно видеть брошенное во дворе на траве тело Сто второго. Оно начало слегка дергаться. Потом закашлялось больным кашлем. Оживает. Здесь все оживают. Знаете почему? А мы уже неживые. Я поняла, когда вспоминала. Мы не живые. Мы живые, находимся не здесь. Поэтому нас тянет туда, где мы живые. Что же мы такое? Как нам вернуться?

Сто второй был в чем-то прав. Приказ — такая фикция! Когда мы вернулись, казарма была в своем лучшем состоянии, что всегда было верным признаком, что задачу мы выполнили хорошо. Из раненых никого. Из убитых один.

***

По дорожке к моему «домику на шесте» шел подполковник. Я быстро надела форму, берцы, чтоб их, меня немного задержали, но я успела слететь по лестнице вниз и встретить старшего офицера, как и должно. К моей радости, в звании его не понизили. Он перехватил мой взгляд на его погоны.

— Да, девочка, всё хорошо. Со мной всё хорошо. С тобой как?

— Норм.

Он спрашивал, я отвечала не по уставу. Хотелось рассказать, что сто второй уже у меня в печени, что пришли воспоминания, что это не по уставу.

— Вспомнила, что это я тебе в воде топил? Вижу, что вспомнила. Ты пойми, не было иного выхода. Ты хотела всё время свою вину усугубить. Вот пришлось так останавливать. Я тебе потом чай забвения принесу. А может, разрешат и не забывать.

— Вас не наказали? Разрешили даже прийти. Старшие офицеры же не помогают младшим. Почему Вы?

— Ты была особенной. Разрешили.

— Была?

— Ну да. Была особенной. Сейчас молодец — как все.

Ах вот у них как. Особенная — это не одаренная, это не талантливая, это не лучшая. Это не как все. Можно быть не как все, просто не на чем. Вон как мой Сто второй — просто как детский блокнотик размалеван — особенный! Куда ни на фиг!

— Мы вчера были направлены на зачистку городка от разумной змеи. Сто второй самовольничал.

— Знаю, девочка. Но в принципе задание выполнено. Ты молодец! Какое наказание вынесешь?

— Любое можно вынести. Да он приказам не подчиняется. Нужно сказать, что и в бою его видеть не пришлось. Да и подготовка у него - нулячая. Ничего он не умеет. Ума не приложу, что делать с ним.

— На то ты и офицер. Работай. Тейси, личный состав как?

— Вроде все нормальные. Ну кроме Сто второго.

Подполковник ушел. Он направился по дорожке к горам, а там, скорее всего, мгновенно переместился. Мне не хотелось идти в свою комнатушку, но и надоедать мальчикам своим постоянным присутствием не хотелось. У нас всё ровно, но офицер создает напряжение на отдыхе, даже если это самый лучший командир, такой как я. Пусть оторвутся, коли нам не дали задачи на сегодня.

В этот момент мне на руку и лег пакет с приказом. Открыла сразу — тут с мелким мухлежом: не знала, поздно открыла, не прочитала — номер не пройдет. Всё четко: пакет в руки — сразу вскрывай, бросив любые дела. Пакет мне не понравился. Завтра глиняный городок с каким-то видом оспы. Наша задача — сжечь любых возможных носителей.

Нас носило по этой хрен-те-знает-как-устроенной как бы реальности. Одно из самых поганых помню до сих пор — огненные грибы. Мы тогда прибыли и ржали, как жеребцы в гон, над видом грибов — малюсенькие организмики на почве. Но когда они дали по нам огненное кольцо с пламенем высотой выше наших голов, мы ржать перестали. Грибы мы заливали водой. Сами тогда обгорели знатно. Мы их потушили. Копали, снимали землю на метр глубиной. А потом неделю травили почву каким-то жутко вонючим продуктом неизвестного происхождения. Отравления были массовыми.