За моим окном пустота

Глава 9. Чужие игры

После столь приятного ужина возвращаться домой Марии было почти неприятно, впрочем, по словам Джона их положенные пять часов общения ещё не подошли к концу, а значит, она ещё нескоро останется одна. К тому же помимо приятной беседы, которая бесспорно удивила и порадовала медсестру, им предстояло обсудить условия их «сотрудничества». Мария горела идеей создать хоть какую-то иллюзию договора в их отношениях. Немаловажную роль в этом играло ещё и то, что после сегодняшнего вечера в её душе поселились определённые сомнения в благородности своих мотивов и порывов в отношении Уотсона. Джон был слишком привлекательным мужчиной, чтобы с лёгкостью не замечать ни его обаяния, ни внешности, а у медсестры уже почти год никого не было. Она боялась что однажды может попросить его остаться, и он не сможет отказать из-за проклятого «поводка». Пользоваться мужчиной, которого она знала второй день, у Марии не было никакого морального права. «Главное, не влюбиться, Маша! Подумай головой, если она у тебя ещё осталась» – уговаривала себя женщина, отвесив себе мысленный подзатыльник.

Из ресторана уезжали уже, когда окончательно стемнело, Джон действительно был абсолютно трезв, чем здорово озадачил спутницу, которая активно сопротивлялась поездке. Поток машин мешал разогнаться, но всё равно Мария чувствовала себя неуютно пока в окне не появились очертания её дома. У парадной им встретилась соседка со второго этажа, вышедшая в половине десятого вечера выгулять кота. Мурзик сопротивлялся как умел – громким мяуканьем и бесплодными попытками вырваться из шлейки, но старушка держала крепко.

- Доброго здоровьица, Машенька, – улыбнулась пенсионерка, подслеповато щурясь на Уотсона. – Я вот Мурза Петровича гулять вывела, нам же врачи ходить велели, а он подлец, не хочет жить здорово.

Кот выгнулся дугой и шалыми глазами обвёл вампира, который в ответ с не меньшим удивлением посмотрел на животное, которое вдруг присмирело и безвольно обвисло на руках хозяйки. Мария этого не заметила, обмениваясь любезностями с соседкой и на ходу придумывая правдоподобную версию того, как это она, такая «приличная и тихая девушка» возвращается с мужчиной почти ночью.

- Не поверите, Надежда Викторовна, встретила бывшего одноклассника, – весело щебетала медсестра, чей голос стал выше и звонче, преисполненный фальшивого, но натуралистичного возбуждения. – Он давно уехал заграницу, вернулся вот буквально вчера и то ненадолго, по работе. Захотел с выпуском встретиться, так неожиданно! Засиделись, а мне домой возвращаться по темноте…

Бдительная соседка ещё раз оглядела мужчину, но опустившаяся на Петербург темнота сокрыли от её любопытного взгляда почти всё, кроме белоснежной улыбки незнакомца. Подумав, что   светлый и вихрастый иностранец кажется весьма приличным, Надежда Викторовна продолжила прогулку. Джон проводил странную пару долгим взглядом и будто бы растёр что-то между пальцев, как делал довольно часто, если забывался, когда сильно нервничал. Кот-оборотень, предпочитающий животную форму, живёт в многоэтажном доме в крупном мегаполисе, опровергая все знания вампира о мохнатых перевёртышах. Более всего удивляло, что он был опасно близко от его хозяйки, которая как Джон знал, ничего не смыслила в магии, а потому неправильности кота не замечала, как, впрочем, и её соседка, ничем не примечательная человеческая женщина без капли магического дара. Говорить о своих подозрениях Марии Уотсон не стал, рассудив, что пугать медсестру без лишней необходимости ему нет никакого резона. В планы вампира входило прожить эти десять месяцем максимально комфортно для себя, то есть обойтись без потрясений и головокружительных погонь за безумными колдунами.

- Вроде бы поверила, – облегчённо выдохнула Мария только когда они оказались под защитой родных для неё стен квартиры. – Был бы такой скандал…

- Вы боитесь соседки? – вскинул брови Джон, помогая хозяйке раздеться.

- Я боюсь сплетен, мне в этом доме ещё жить, – поморщилась медсестра, вспомнив, как весь двор обсуждал её роман с Максимом, а после их расставание, которое тоже не было лёгким. – Будете чай, нам, кажется, всё же стоит обсудить и ограничить мою власть.

- Она Вас тяготит, эта Печать, при этом, похоже, даже больше, чем меня, – догадался мужчина. не без удивления отмечая, что, пожалуй, эта черта ему весьма нравится.

- Вы абсолютно правы, Джон. Я привыкла нести ответственность только за свою жизнь и благополучие – повела плечами Мария, скрываясь на кухне, точно там она могла укрыться от внимательного и долгого взгляда вампира, понять который у неё не было возможности.

За чаем создавать рамки дозволенного было намного легче, даже несмотря на то, что мужчина, сидящий напротив лишь грел ладони о чашку. Джон удивлялся тому, насколько сокращала своё влияние на существование раба Мария. Мужчине стало почти обидно, когда женщина принялась расписывать ему почему он не должен платить за неё в ресторане и оказывать знаки внимания. У вампира складывалось впечатление, что она желает полностью отрешиться от их общения, насколько это возможно. И если мотивы женщины он мог понять, то своё недовольство – уже нет.

- Вы меня без ножа режете, Мари, – неодобрительно покачал головой вампир, оборвав медсестру на полуслове. – Позвольте мне хотя бы иногда быть джентльменом и иметь возможность ухаживать за весьма симпатичной женщиной, не опасаясь прослыть негодяем.

- Простите, – очередной раз за вечер смутилась Мария, ощущая себя на редкость глупо со всеми своими запретами. – Я просто не хочу становиться рабовладелицей.