За моим окном пустота

Глава 15. Девочка на миллион

Мария с каким-то детским удивлением наблюдала за тем, как Уотсон перекраивает память юных магов, хотя в общем-то никакими спецэффектами эта процедура не сопровождалась и более всего походила на сеанс гипноза. Усаженные, точно сломанные куклы, колдуны не шевелились, размерено дыша. О недавнем пленении напоминали лишь растрёпанные волосы и разбитая губа мальчишки. Женя осторожно и как-то благоговейно гладил самой подушечкой пальца клык в оправе, вызвав у медсестры множество вопросов, которые она так и не решилась задать. Следить за Джоном медсестре было значительнее проще и, что таить, приятнее. Вампир прикрыв глаза, проговаривал легенду, что заготовил заранее.

Версия событий от Уотсона лишь немного отличалась от настоящих событий, но эти незначительные «помарки» превратили Марию из жертвы обстоятельств, которой просто повезло не погибнуть от рук магов, в довольно сильную ведьму, которая на самом деле ожидала нападения и с готовностью отразила совершенно нелепую по своей природе атаку. Кота из воспоминаний колдуна вытравить окончательно не получилось, но Джон сумел размыть его образ настолько, что ненавидящий оборотней как явление подросток не запомнил ничего, кроме вертикальных зрачков и кулака, летящего в лицо. С девушкой вампир был значительно деликатнее, вызвав у Марии короткую болезненную улыбку – джентльмен даже после смерти останется джентльменом. Память девушки сохранила все подробности недолгого, но полного философских рассуждений диалога с хозяйкой квартиры. Немного изменились лишь декорации этой беседы, но как Уотсон уточнять не стал.

- Подойдите, Мари, я почти закончил. Нам нужно последнее воспоминание и оставить его должны именно Вы, my mistress, – тихо позвал Джон, которому, похоже, доставляло удовольствие само словосочетание «my mistress», а может тому виной был тот калейдоскоп эмоций, что вспыхивал в его хозяйке при этом обращении.

- А они разве будут делать по-моему? – удивилась Мария, но покорно приблизилась к сидящему на полу Уотсону.

- Пока я держу их, они могу даже станцевать польку по Вашему распоряжению, но нам ведь нужно не это, не правда ли? – коварно улыбнулся мужчина смещаясь и указывая хозяйке на место рядом с собой. Мария опустилась подле своего так называемого слуги и невольно задержала дыхание, когда его тёплая рука накрыла её ладонь. Из них двоих, сейчас больше всего на живого мертвеца походила именно медсестра с холодными конечностями и затаённой паникой во взгляде. – Не бойтесь, я помогу.

- Я постараюсь, – решительно выпрямилась женщина и, подчиняясь движению, протянула руку с Печатью, раскрыв ладонь на уровне лиц обоих магов. Колдуны, точно сомнамбулы, всё также не открывая глаза, подняли головы и замерли, в ожидании. Мария внутренне вздрогнула, но заставила себя разомкнуть пересохшие губы. – Если Союз желает меня видеть, сегодня я появлюсь на ежегодном праздновании Самайна. Надеюсь, они всё ещё помнят, что означает эта ночь и не станут нарушать запретов. До полуночи меня можно будет найти на Балу Сильнейших.

Ладонь закололо, но Мария не издала не звука, прикусив кончик языка, чтобы не нарушить контроля над лицом. Именно спокойной и решительное выражение должны запомнить эти дети и передать своим старшим послание от «свободной ведьмы».

- Вы молодец, – шепнул Уотсон у самого уха медсестры, запустив тем самым цепную реакцию мелких мурашек, разбежавшихся от места, где кожи коснулось показавшееся обжигающим дыхание. На короткое мгновение Мария зажмурилась, представив, как вампир оказывается всего на пару сантиметров ближе и целует её в шею. Усилием воли прогнав наваждение, женщина отстранилась первой и неловко поднялась на ноги.

- Вы с ума сошли? – подал голос Женя, переводя полный неверия взгляд с вампира на его хозяйку и обратно. – На Бал Сильнейших? Вампир, ты в своём уме?!

- Большой успех всегда требует некоторой неразборчивости в средствах, – хмыкнул Джон, вспомнив одно из утверждений Уайльда, вспомнив с каким непередаваемым выражением лица её произносил «этот ирландский остроумец».

- Это – не неразборчивость, это – безумие! – вспылил оборотень, вскочив на ноги. – Мария, как ты на это согласилась? Это же форменное самоубийство для человека.

- Риск минимален, – отмахнулся Джон от кота, точно марионетками управляя сразу двумя волшебниками. Парочка поднялась на ноги и слегка пошатываясь двинулась к прихожей, точно карикатурные зомби они сделали несколько шагов по комнате и, наконец, выпрямились, будто сбрасывая наваждение. Мария растеряно оглянулась на Уотсона, перестав понимать, что происходит и почему Женя так взволнован. – Никто не станет нападать в Канун Дня всех святых, самоубийц нынче мало.

- А эти? – ткнул пальцем в пару Евгений, чьи зрачки снова вытянулись в узкую полоску и если зрение не обманывало медсестру, начали фосфоресцировать.

- Я уже говорил, они слабые маги, их было бы не жаль пустить в расход. Те, кто придут на Бал определённо не станут рисковать своей лелеемой силой, чтобы так глупо подставиться. К тому же, Мария будет не одна, – повёл плечом Уотсон.

- О да, компания сильнейших вампиров и оборотней со всей страны сделает её вечер прекрасным, – зло бросил кот, внезапно для медсестры, решив встать на защиту её интересов.

- Не только. На этом празднике довольно много людей, – ответил мужчина, недовольно хмурясь и вдруг лицо его прояснилось. Губы вампира дрогнули в насмешливой улыбке. – Да ты завидуешь, кот!