За моим окном пустота

Глава 23. Знакомство с «родителями»

Джон, стоило самолёту зайти на посадку, заметно успокоился и окончательно приободрился, стоило ему вдохнуть немецкого воздуха. Мария, напомнив себе, что она вообще-то медик и последний месяц прожила едва ли не бок о бок с вампиром, а значит не имеет права боятся его сородичей, пыталась унять бешено колотящееся где-то у горла сердце. В здании аэропорта Гамбург, несмотря на вечер, было довольно шумно и людно. За панорамными окнами только начали разливаться сумерки, хотя в Петербурге уже должны были зажечь фонари. Уотсон галантно подал руку растерянно оглядывающейся медсестре и увлёк её куда-то в самую гущу шумной толпы, которая говорила, кажется, на всех языках мира одновременно. Джон, ощущая чужое суетливое возбуждение, начинал торопиться и сам, вынуждая свою спутницу едва ли не бежать, чтобы поспевать за ним. Однако, стоит отдать вампиру должное, о безопасности своей хозяйки он не забывал не на секунду, с лёгкостью прорезая толпу точно горячий нож масло, в какой-то момент Мария поняла, что он даже не соприкасается с толпой, люди сами обтекают их небольшую процессию, похоже, даже не замечая этого. Ни саму женщину, ни Уотсона ни разу не то что не задели, не прошли ближе, чем на два шага.

- Du hast versprochen anzurufen!* – стоило только Джону забрать их с Марией багаж, как на них нарушая все нормы и правила, опровергая все мифы о немецкой чопорности и сдержанности налетела молодая особа. – Warum sollte ich das alleine herausfinden?*

- Maria spricht kein Deutsch,* – мягко остановив непрерывный поток обвинений той, что считал почти сестрой, Уотсон улыбнулся. – К тому же, Томас обещал, что расскажет обо всём сам, а ты, я уверен, увидела все вероятности ещё на Хэллоуин. Позволь представить тебе мою спутницу, Марию, надеюсь, ты не сведёшь её с ума за эту неделю. Мари, это невозможная женщина, Стефания, моя сестра.

- Приятно познакомиться, – нашла в себе силы улыбнуться медсестра, рассматривая «невозможную женщину», которой, казалось, не было и двадцати. Строгий хвост светло-рыжих волос если и задумывался как официальный, на Стефании выглядел едва ли не игривым, украшенный витой заколкой из серебра.

- О, та самая, истребительница магов. Взаимно! – звонко рассмеялась красавица, показав задорные ямочки на щеках. Веселье её закончилось довольно быстро и резко, точно кто-то невидимый переключил тумблер. Она отдёрнула рукав своего пальто, точно только сейчас заметила. Крупная красная клетка пошла волной, вызвав у Стефании недовольную гримасу. – Простите, Мария. Джон, ты всё же обещал позвонить. Поторопимся, я оставила машину на парковке.

Мария удивлённо оглянулась на Уотсона, но вампира странности «сестры», похоже, не беспокоили абсолютно, он, легко закинув свой рюкзак на плечо, вёз чемодан хозяйки рядом, погружённый в свои размышления. Плюсом яркого пальто Стефании стало то, что потерять девушку в толпе было невозможно, взгляд сам цеплялся за красный цвет. В машине настроение вампирши снова изменилось, и она принялась беззаботно щебетать о том, как она рада видеть Марию и как давно хотела познакомиться. Она легко говорила «ты» и это не казалось медсестре чем-то излишним или преждевременным.

- Неужели, ты, действительно, подобрала нашего Прекрасного Охотника у самых своих дверей? – легко лавируя в потоке, поразилась Стефф. – А он говорил, что взять его живым не дастся ни одному магу.

- Я и не маг, – пожала плечами Мария, рассматривая скрытые полумраком пейзажи.

- Как и я, но всё равно, это очень комично. Кровавый Рыцарь на пороге смерти, израненный и измождённый на пороге прекрасной дамы. Которая, вместо того чтобы дать бедолаге, наконец, испустить дух, кормит его кровью и ставит сильнейшую метку волшебников. Поразительный казус! – девушка лукаво улыбается, взглянув в зеркало заднего вида на гостью. – Томас был в ужасе.

- Так уж и в ужасе? – насмешливо вскинул брови Джон. – Я никогда не был любимчиком.

- Ошибаешься, – покачала головой пророчица, вновь показывая грани своего явно имеющегося безумия. – Он любит тебя больше, чем всех своих детей и позволяет то, за что карал других. Тот же Клод, задумай он только Охоту, как будет на долгие годы заточён под домашний арест без права переписки со всеми его сомнительными друзьями и подругами.

- Я больше не угрожаю его роду, ты же помнишь, Стефф, меня уже давно вычеркнули из гнезда – повёл плечом вампир, вспомнив о малоприятной беседе, предшествующей расставанию с «семьёй». – Клод намного моложе меня, он может натворить дел. Я отдаю себе отчёт во всех действиях.

- Ой ли, – хмыкнула девушка, отбросив за спину волосы.

Мария зябко потёрла ладони, не столько замёрзнув, сколько волнуясь. Даже Стефания полная, как выразился Джон, «неуёмного оптимизма» вызывала большие подозрения в состоянии своего психического здоровья, то и дело «переключаясь» на минорный лад разговора. Томас пугал женщину своей определённо мрачной и влиятельной фигурой, при упоминании которой его подруга и, если медсестра что-то понимала в психологии, любимая переставала излучать свет и энергию.

- Ты зря его боишься, – внезапно обратилась к Марии провидица, сворачивая со скоростного шоссе. – Томас не станет тебе вредить, мне кажется, что ты ему даже понравишься. Он давно не видел людей с высокими моральными принципами. Если ему верить, то такие обязаны были погибнуть как сумчатые волки, в одиночестве.