За открытой дверью

Глава 10. Связь прошлого. Первый Бог

Лучи утреннего солнца пробиваются сквозь маленькое окно и пелену дымного благовония, падая на пергаменты с чертежами, лежащих на широком столе из желто-пастельного мрамора, как и все вокруг. По всей комнате раскиданы сундуки с рунами и книгами разной редкости. Единственное, что выдает в этом большом, но под завязку забитом помещении жилую комнату — кровать, больше похожая на койку с синим бельем, цвета королевского рода Вилдерс. На этой кровати лежит связанная по рукам и ногам служанка Нина, а перед ней сидят лже-принц Томир и его сообщник, придворный маг Мэлимор.

— Пекло, Мэлимор, что вы творите, он же не настоящий принц. Он…

— Я знаю, кто он, девочка, — Мэлимор продолжал вальяжно сидеть в своем любимом кресле, прикрыв глаза. Этой ночью он почти не спал, а в его возрасте бессонные ночи плохо сказываются на продуктивности следующего дня.

— Но… но тогда почему?!

— Взаимная выгода, Нина, — сьязвил Томир, сидящий на деревянной скрипучей табуретке.

Мэлимор очень зол на него. Первый раз он ворвался посреди ночи за руной-пустышкой, а второй — находясь под руной силы приволок на плече вырубленную служанку, приказав связать ее и вставить кляп, пока он не соизволит прийти утром. Поэтому дал лишь табуретку, хотя второе кресло можно было и найти для «принца», но кого волнуют статусы, когда вас обоих могут отправить на виселицу из-за какой-то служанки.

— Ты подонок. Вы оба подонки, мне нужно найти Томира, иначе я умру!

— Если тебе нужен лишь он, не важно, принцем он будет или нет, то смысл сдавать меня? Это его не вернет.

— Раз тебя нашли, значит прекратят поиски настоящего. Из-за твоего присутствия королевская гвардия и гильдия поисков даже искать не будут. Сгори в пекле, обманщик! — Нина плюнула на рубашку принца, но тот никак не отреагировал, все так же пристально смотря на нее. За сутки в него плюют второй раз.

Он отлично понимает, за что получил этот плевок, и считает его приемлемым для поведения Нины. В его прошлой жизни чужая слюна было не самым страшным, с чем сталкивались люди, так что это никак его не задело. «Не пуля, отстираю». Но кое что он все же прояснил:

— Нина, я не собираюсь оставаться здесь надолго. Я сбегу в ближайшую неделю.

— Что?

— Что?

Реакция Нины и Мэлимора были одинаковы.

— Это все план организации, Мэлимор. Моя работа во дворце завершится, мне нельзя здесь оставаться надолго… Не волнуйся, с твоим титулом и Катэрией все будет хорошо. Когда я уйду, поисковые работы возобновятся. Значит настоящего Томира не будут искать всего лишь эту неделю, пока я здесь. Тебя это устраивает, Нина?

— … У меня есть выбор?

Принц покачал головой. Нина отвела взгляд и глубоко вздохнула от злости:

— Значит устраивает…

— Отлично! И ещё… мне интересно, как именно ты связана с Томиром?

— Я его… Я его сестра.

Принц и Мэлимор переглянулись, для обоих ответ стал неожиданностью. Особенно для принца. В его мире отношения между близкими родственниками считаются из ряда вон выходящим, генетика и все дела. Но он сразу вспомнил, где находится, и что о генах здесь никто не слышал. К тому же в книгах про средневековье так много примеров пар «близкой крови». Но его волнует другое:

— Раз ты его сестра, то почему служанка, а не аристократка, почему род Нок тебя скрывает?

— Я бастард, у нас с ним общая мать, но моего отца казнил Варис Нок, отец Томира, как только узнал. Мы двойняшки, поэтому и связаны. Его раны — мои раны. Мои раны — его раны. И мы не можем долго быть в разлуке. Мы были даже в восточных землях, чтобы найти способ разорвать узы, но без толку.

— Хм, интересно, — сложив пальцы в замок и закрыв обратно глаза, прошептал Мэлимор.

— И что будет, если вас надолго разлучить?

— Сними шарф и узнаешь, — Нина поддала голову вперед.

Принц подошел к связанной Нине и стянул с ее шеи белый шелковый шарф. Его глаза распахнулись, и он ругнулся на родном языке. Из-под воротника поднимались как корни дерева черные вены, вокруг них кожа отечно покраснела и распухла. Они словно тянутся к лицу. Принц сглотнул и робко спросил:

— И у Томира такие же?

— Да, а потом смерть.

— Мэлимор, с этим можно что-то сделать?

— Такие связи — большая редкость, мало изучены. Я мастер рун, а не целитель, так что не помощник в этих делах.

— Но раз ты еще жива, значит и Томир жив? — обернувшись к Нине, спросил принц.

— Да, но он далеко. Судя по скорости заражения в пределах королевства.

Принц посмотрел на Мэлимора, тот дремал, словно ничего интересного не услышал.

— Мэлимор, ты знаешь, что хотел сделать Нейл Фарион с Томиром?

— Думал убить, но нет, как видно. Может пытает…

— Стойте! Так вы знали, где Томир, и не помогли ему?! — закричала Нина.

— А что его спасать, я сам его отдал Фарионам… — сонливо пробурчал Мэлимор, будто это настолько понятные вещи.

— Ты ублюдок! Вы оба сгорите в пекле! Его нужно вызволить оттуда!

Только сейчас принц понял, что зря завел разговор о его местонахождении при Нине. Почему-то казалось, что они договорились о прекращении поисков на неделю. Сейчас же она может не сдать Катэрии, но роду Нок — вполне. К тому же семейный род может поддерживать связь с Ниной, и они единственные, кто знает точно, жив Томир или нет. Считай живой триггер.

«Если Нина расскажет хоть кому-то, где искать настоящего принца, то проблемы свалятся на всех. Томира найдут у Фарионов, Фарионы сдадут Мэлимора, а за ним пойду и я. Можно лишить ее рун речи, как с Мирой, но достаточно провести вчерашний эксперимент с порезом, и я раскрыт.»

— Мэлимор. Нужно лишить ее контакта с миром…

— Запереть в темнице или убить, — старик зевнул, не открывая глаза.

В этот момент Нина принялась громко кричать, проклинать и тянуть веревки. Принц молча подошел к ней и вставил кляп.

«Нужно подумать… Что за черт, что вообще творится. Неделю назад я сидел на работе, писал статью для журнала и думал, как же круто быть нормальным человеком, а сейчас решаю, жить кому-то или нет. И это второй раз! Первый — когда я чуть не задушил Миру в темнице. Но решить я должен, меня вынуждают обстоятельства…