За порогом яви

Глава 9. Командный дух

Лиза встала за час до будильника. Поднявшись с пастели, она не спеша занялась водными процедурами, следом поела и делась в самую последнюю купленную одежду, еще сохранившую спустя года свою свежесть цвета красок, какими выглядели вещи до их покупки. Лиза даже не могла вспомнить, при каких обстоятельствах купила серую майку и широкие небесно-голубые джинсы, которые были явно ей не по размеру и без ремня могли лег слететь с худощавых бедер. Тем не менее, она все это надела на себя и сверху накинула длинную мужскую рубашку баклажанного цвета. А так как на улице было холодно, Лиза надела теплую меховую куртку и уже стояла у выхода, готовая отправляться в путь. Посмотрев на часы, она с удивлением для себя осознала, что до выхода было еще в крайнем случае пятьдесят минут.
«Так непривычно» - подумала Лиза, натягивая на ноги утепленные сапоги. И правда, раньше она каждый раз просыпала будильник, а потом бежала сломя голову на автобус, в итоге все равно опаздывая, за что всегда получала нагоняй от начальства. Однако жизнь не стоит на месте, и Лиза с того момента сильно изменилась. Все это было благодаря тем, кто ее защищает. Благодаря им Лиза все еще могла видеть красоту вокруг, слышать разнообразнейшие звуки и испытывать эмоции, свойственные живым существам. Лиза почувствовала некое удовлетворение, напомнив себе об одном прекрасном месте под названием резиденция «Морок», а мысль, что следующей ночью она снова будет разгуливать по просторам густонаселенного «городка», только преувеличивала и без того добротное расположение духа.
«Пойду сегодня пешком».
Так решила Лиза и вышла из дома, направляясь в другую сторону от остановки.
- Здравствуйте, подскажите, где я могу найти старшего менеджера? – сказала Лиза, входя в просторное помещение, где тут и там были расставлены вешалки, на которых висела уйма разной одежды.
- Вы Елизавета? – ответила с сильным южным акцентом женщина за стойкой.
- Да.
- Пройдемте со мной. Менеджер предоставила Вас мне.
Женщина подошла к Лизе, махнув своему коллеге, стоящего с отпаривателем поодаль, чтобы тот заменил ее у прилавка, и следом направилась между рядами в самый конец магазина, входя в помещение для персонала. Лиза направилась за ней, ни на шаг не отставая, боясь потеряться среди, казалось, бесконечных лабиринтов.
- Как Вас зовут? – поинтересовалась Лиза, входя в помещение, куда юркнула женщина.
- Я Хелена, - кинула женщина, торопливо шагая по узкому коридору, где в конце виднелось пару столов, расположенных друг за другом, за которыми трудились работники магазина.
- Как улитка?
- Как актриса.
- На этом их неловкий диалог завершился. Пора была поговорить о делах насущных.
- Уважаемые, к вам новенькая. Прошу любить и жаловать – Елизавета Каллистратовна.
-Можете звать меня просто по имени, - смущенно улыбнувшись, произнесла Лиза и склонила голову в приветствующем легком поклоне.
- Лиза, так? – одна из трудящихся оторвалась от своего дела, поднявшись с места. Она подошла к Лизе и протянула руку, - меня зовут Грета. Будем знакомы.
Лиза глупо уставилась на протянутую руку, не сразу догадавшись, для чего был воспроизведен сей жест, однако, когда Грета хотела отпустить руку, первая спохватилась, протянув той руку в ответ. Обескураженная Грета сначала не знала, что и говорить, но другие работники тут же подтянулись к ней, завалив Лизу расспросами о прошлом месте работе, семейном положении и остальной всячиной, ровно ничего не значащей ни для кого, однако интерес для всей той разношерстной компании был превыше драгоценного времени. Лиза неловко переминалась с ноги на ногу, впервые в жизни завладев вниманием стольких людей, даже если на короткий момент, который, возможно, больше никогда не повторится. Она также переступила стеснение, отвечая на все интересующие сплетниц вопросы, честно и обдуманно, пока Хелена не похлопала пару раз в ладоши, обратив на себя всеобщее внимание.
- Поговорили и хватит! А теперь, все за работу. Чтоб половина привезенного товара уже к вечеру висела в зале, радуя глаз наших покупателей.
Лиза моргнуть не успела, как все разбежались по своим рабочим местам, лишь изредка переговариваясь. Лиза не знала, что и говорить. Такой дисциплины не наблюдалось даже в известной кампании, где раньше Лиза проводила большую часть своего времени. Не сказать, что она была приятно удивлена, значит не сказать ничего.
Тем временем Хелена прошла к самому дальнему столу, где уже стояла гора коробок, а из самой верхней торчала одежда, ожидающая подготовки к выносу ее в зал. Хелена на пальцах объяснила Лизе, в чем заключается ее работа, потом отвела к старшему менеджеру, где Лиза и подписала договор, официально вступив в должность работника склада.
На протяжении всего дня Лиза трудилась не покладая рук, и к концу смены разобрала всю гору коробок. Конечно, сначала она была не уверена и осторожна в своих действиях, боясь наделать кучу ошибок, а также постоянно спрашивала коллег, как следует правильней сделать, где подправить, тем самым медленно, но налаживая контакт с ними, чему была рада так, словно вытянула выигрышный лотерейный билет.
Возвращаясь с работы, Лиза напевала под нос известную в широких кругах мелодию и прокручивала в голове сегодняшний день. Удивительно, но за целую смену Лиза ничуть не устала. Что еще более, она была бы не прочь посидеть на складе еще столько же, но, к превеликому сожалению, магазин закрывался в девять вечера не только для покупателей, но и для сотрудников.

***

Валет встретила Лизу у дверей, ведущих в свою квартиру. Лиза пришла немного позже вчерашнего, так как долго ворочалась, взбудораженная первым рабочим днем, разогнавшим сонливость на несколько часов, казавшихся для нее вечностью.
- Почему ты стоишь здесь? – спросила Лиза, входя в прихожую. Валет закрыла за ней дверь, пройдя к стойке, на которой лежала тарелка с еще не остывшей едой.
- Я услышала, как кто-то подошел к двери. Думала, снова пришел учитель. В последнее время он зачастил, - не глядя на Лизу, объяснила Валет, взяв в руки вилку, указав на свою тарелку, - Будешь? Я позову кого-нибудь, чтобы тебе тоже принесли немного закусок.
Лиза отказалась, присев напротив Валет, подперев подбородок рукой.
- Не утруждай себя, лучше хорошо питайся, чтобы скорее поправиться.
Валет усмехнулась, покачав головой. Она проткнула вилкой кусок баранины, отправив его в рот.
Прошло около четверти часа, когда в дверь постучали. Лиза прервала свой все никак не заканчивающийся монолог, в течение которого Валет только и делала, что слушала и уплетала свою еду.
- Моноека? Адриана? Гальберт тоже здесь? – открыв дверь, Лиза сильно удивилась, увидев на пороге друзей. Моноека и Гальберт поздоровались с ней, а Адриана, как увидела Лизу, моментально вспыхнула, с порога рассыпавшись в причитаниях.
- Застать тебя в резиденции равно найти на дороге кучу денег наличкой, то есть почти невозможно!
- Почти? Я думаю, это точно невозможно, - ответила Моноека на заявление Адрианы, на что та закатила глаза, вызвав у Лизы смешок. Все четверо прошли к стойке, где сидела Валет и неторопливо трапезничала.
- Уважаемая Глава, - поздоровалась Моноека, склонив голову. То же самое сделали Адриана и Гальберт, последовав примеру не обделенной манерами подруги. Валет, кажется, также не была обучена манерам, потому махнула рукой, даже ни подняв головы, словно тарелка могла убежать, стоило только перестать на нее пялиться.
- Вы пришли к Главе? – спросила тем временем Лиза, решив разбавить напряжение, воцарившееся в помещении. Моноека покачала отрицательно головой, указав пальцем на нее.
- Мы искали тебя по всему «Мороку», чтобы хорошенько расспросить.
- О чем вы хотели меня спросить? – произнесла Лиза, облокотившись о стойку локтем.
- Ты в курсе, что со следующей неделе мы будем ходить по кошмарам? Ты в хороших отношениях с лидерами штабов, - они хотят от нас раньше времени избавиться? – начала Моноека, наклонившись к Лизе, словно ее слова имели волшебное свойство сбываться, если кто-то посторонний их услышит.
- Мы все пришли к выводу, что Асмодей истратил слишком много сил, и в ближайшее время не сможет затащить ни меня, ни кого-либо еще в свой кошмар, поэтому нам стоит приспособиться к Царству кошмаров, если хотим дать ему отпор, - усмехнувшись, объяснила Лиза, а затем добавила: - Или вы передумали?
Габриель стукнул кулаком по своей ладони, приняв настолько серьезный вид, что меж бровей проявилась глубокая складка.
- Раз мы пообещали, что поможем тебе, значит, так и будет.
Лиза добродушно рассмеялась, откинувшись на спинку кресла.
- Это все, о чем вы хотели поговорить? – успокоившись, спросила Лиза. Она ритмично отбивала ритм указательным пальцем, пока не заговорила Адриана, заставив Лизу замереть на некоторое мгновение.
- Вообще-то, нет. Есть кое-что еще, - ответила Моноека, переведя взор с Лизы, на Валет, рассуждая, можно ли произносить подобное в присутствии Главы. Она вдохнула поглубже, и на выдохе произнесла:
- Даже если Асмодей в последнее время не будет донимать тебя, что ты собираешься делать с Паломником-сикхом? Я имею ввиду, если он на самом деле в сговоре с Царством Кошмаров, не попытается ли он помешать нам снова?
Валет замерла, услышав слова Моноеки, однако уже спустя мгновение продолжила разрезать кусок баранины на несколько помельче.
- Если бы учитель хотел навредить мне и резиденции, он бы не собирал информацию на Царство кошмаров, не раскрывал секретную комнату и, тем более, не рассказывал о четырех кругах нам. Возможно, он преследует свои собственные цели, и пока они совпадают, будем держаться сообща. К тому же нам все еще нужна помощь «Морока», которой руководит Паломник.
- Но что будет после того, как Асмодей исчезнет? – спросила Адриана, всплеснув руками.
- Когда Асмодей больше не сможет досаждать другим, тогда и поговорим об этом вновь, - положив вилку возле тарелки, вклинилась в разговор Валет. Она подняла голову и окинула холодным взором четверых друзей, с вызовом вскинув брови.
- Как скажете, - фыркнула Адриана, косясь на Главу так, словно та ей задолжала крупную сумму денег.
- Кстати говоря, - вмешалась Лиза, помахав руками перед двумя девушки, которые вот-вот затеют ссору, - вы же все перешли под крыло штаба спасителей снов?
- Сначала все было именно так, но Гальберт вовремя вспомнил, что ты все еще числишься в сыщиках и про перевод ни слова не говоришь, поэтому он решил вернуться, чтобы тебе не было скучно, - объяснила Моноека. Лиза понимающе кивнула.
- Спасибо, - сказала она Гальберту, на что тот сложил ладони вместе и поклонился. Лиза немного смутилась, но виду не подала, отвернувшись от мужчины. В этот момент она встретилась взглядом с Валет, которая глядела в ее сторону с неприкрытой усмешкой, отразившейся в ее приподнятых уголках губ и веселом блеске голубых глаз, что кардинально расстроило нервы первой.
- Ладно, мы узнали все, что хотели. Значит, встретимся на следующей неделе, - произнесла Адриана холодным тоном и, развернувшись на пятках, грузными шагами вышла из квартиры Валет. Моноека проследила за удаляющейся фигурой подруги и обреченно вздохнула, прикрыв рукой верхнюю часть лица.
- Нелегко тебе приходится, - прокомментировала Лиза, слегка улыбнувшись Моноеке. Та покачала головой, направляясь в сторону двери
- Как бы ни было сложно с ней, она моя подруга. Отказываться от нее из-за особенной черты характера не комильфо, - кинула напоследок она и вышла следом за Адрианой, догоняя ее. Гальберт хотел уйти вслед за ними, но Валет остановила его вопросом:
- Она точно мне не помеха?
Вопрос повис в воздухе на некоторое время, оставаясь неотвеченным. Гальберт долго думал над ним, в итоге ответив короткое «нет», скрываясь в коридоре.
- Про что вы? – недоуменно изогнув бровь, спросила Лиза у Валет, когда та встала из-за стойки, принявшись за мытье посуды.
- Тебе знать необязательно, - просто ответила она, не оборачиваясь.
Лиза нахмурилась, недоверчиво покосившись на Валет, однако долго это не продлилось. Она подошла к ней, присела на стул, где ранее сидела девушка, и облокотилась о стойку, смотря на Валет хитрым взором.
- Валет.
- Уважаемая Глава, - оборвав, поправила ее Валет. Лиза только хихикнула, снова обратившись к ней по имени. Та выключила кран, развернулась к ней и посмотрела самым сердитым взглядом уважаемой Главы, который только был в ее арсенале.
- Мы здесь одни, так опустим эти формальности. Лучше ответь, когда все закончится, что ты будешь делать?
- Продолжать работать на Паломника, мне большего не надо, - перестав спорить, коротко ответила Валет.
- Когда все закончится, «великая троица», вероятно, смоет с себя все ошибки прошлой жизни и переродится. Ты останешься в этой большой квартире, будешь ходить по кошмаром, истребляя мелких духов, а я вернусь к обычной жизни - так банально.
- Это лучший исход, который только можно предположить.
- Слушай, прошло не так много времени, но я тебя уже считаю своей сестрой. Когда я уйду из резиденции, то буду скучать по тебе. А ты нет?
- Буду, - так же ясно, как голубое небо, ответила Валет, смотря Лизе в глаза, которые с ее ответом стали похожи на два ровных шара. Она не думала, что Валет ответит ей напрямую, поэтому дразнила ее, но что-то пошло не так, теперь пришло ее время быть обескураженной.
- Я буду приходить к тебе во сне, пока ты блуждаешь в своих потаенных уголках души, и прогуливаться вместе с тобой до самого рассвета.
Лиза замолчала, не зная, что говорить. Валет и не ждала. Она похлопала ее по плечу и пошла к себе в комнату, оставив Лизу саму с собой. Та долго обдумывала ее слова, в конечном счете лишь потрясав головой, взяв себя в руки.
«Моя названная сестра такая открытая сегодня, у нее хорошее настроение?» - подумала Лиза, почесав переносицу. – «Ох, кстати, чем там занимаются Канта и Ханзель? Надо пойти проведать их».
***
Лиза сидела за своим рабочим местом, разбирая очередную коробку. Прошло пол недели с момента, как она подписала договор и вступила в свои права раба склада, хотя, казалось бы, какие у раба могут быть права? Тем не менее, она их имела, и окупала их перед начальством, работая на износ. За это время она успела влиться в коллектив, что было для нее в новинку, ибо никогда прежде никто из коллег с такой теплотой не относился к ней, как все эти женщины всех возрастов.
- Душечка, можешь подать ножницы? – попросила Лизу женщина лет пятидесяти. Лиза с радостью передала ей нужный предмет, продолжив работу.
- Кстати, ты к нам надолго? – спросила между делом коллега, что сидела к Лизе ближе всех.
- На самом деле, я не планировала здесь задерживаться надолго. Останусь с вами, пока проблемы не будут улажены, - с улыбкой ответила Лиза, на что коллега кивнула, одарив ее дружелюбным взглядом с ноткой грусти.
- Ты такая хорошенькая. Будет печально прощаться с тобой так скоро, - сказала она, разрезая скотч между «крыльями» коробки.
- Наверное, - пожала Лиза плечами.
- Анна, Лиза, не могли бы вы помочь немного?
- Да, конечно.
- Да, - ответила коллега и Лиза, встав из-за своих столов.
В резиденции. Не покидающее земли «Морока» солнце обыденно встретило Лизу с теплыми распростертыми объятиями, предвещая удачное проведение ночи в кругу друзей. Если не вспоминать о том, что ее жду изнуряющие тренировки.
- Лиза, - окликнул ее Вильгельм, когда она вышла из своей комнаты в полной готовности. Она не ожидала, что встретит Руководителя штаба спасителей снов, потому сначала испугалась, непроизвольно вздрогнув, однако быстро среагировала, поприветствовав его. Вильгельм махнул рукой, предложив опустить формальности. Идя по коридору, ведущую к лифту, Вильгельм смотрел вдаль, словно обдумывал свою последующую речь.
- О чем вы хотели поговорить со мной? – решив взять инициативу на себя, спросила Лиза, разглядывая полупрозрачные высотки в окнах.
- Да ничего особенного. Вообще-то Валет хотела зайти за тобой, но у нее появились срочные дела, поэтому она попросила меня приглядеть за тобой, пока она не закончит, - легкая непринужденность при упоминании Валет сменилась на натянутость и неловкость. Вильгельм кинул мимолетный взгляд на Лизу, вычисляя ее эмоции, и отвернулся, продолжив, - Эта девушка всегда подчинялась своим принципам, никогда не противоречила своим словам. Так же поступила и в этот раз. На самом деле…
- Она не хочет меня видеть? – холодно усмехнувшись, спросила Лиза, не глядя на Руководителя. Вильгельм тут же спохватился, помахав руками.
- Нет! Она… - он вздохнул, прикрыв устало глаза. Лиза все же посмотрела на него, обведя проницательным взором его понурый стан. – Она не хочет, чтобы ты злилась на нее, как тогда, перед встречей с Вельзевулом и Асмодеем. Еще Валет достаточно суеверная - каждый раз, когда ты входишь в кошмары в ее компании, происходит что-то плохое, от чего она сходит с ума. Я, как друг Валет, вижу ее страдания, как вижу то, что она винит себя во всех бедах, хотя пытается не показывать этого.
Лиза застыла, слушая откровения Вильгельма, а в ее глове в этот момент что-то резко перевернулось, как если бы все время слетающую с велосипеда цепь поставили окончательно на место.
- Я говорю это, потому что Валет тебе доверяет, а это значит, я доверяю тебе.
- Валет мне доверяет? А Вы до сего момента – нет? – произнесла неосознанно Лиза.
- Извини, в какой-то момент я подумал, что ты в сговоре с духами или учителем, поэтому старался тебя избегать.
После последнего произнесенного Вильгельмом предложения, Лиза полностью пришла в себя, изумленно уставившись на него, отчего тот прикрыл лицо руками, не желая смотреть ей в глаза.
- Прекрати, мне неловко.
Это робкое слово «прекрати», выходящее из рта взрослого бородатого мужчины пробило Лизу на смех, и она смеялась так заливисто, так звонко, как никогда прежде. Благо все жильцы этого этажа в этот момент покинули резиденции, блуждая по кошмарам, поэтому никто не мог выйти и предъявить Лизе за ее излишние эмоциональность и распущенность.
- Уважаемый руководитель, Ваше слово-паразит заставляет людей отринуть все невзгоды.
- Я говорю серьезно! – обиженно произнес Вильгельм, но напускная сдержанность тут же рассыпалась, когда уголки его губ приподнялись, а глаза изогнулись в форме полумесяца, придав мужчине располагающий людей вид.
– Знаешь, Лиза, с первого дня, когда я увидел тебя, такую хрупкую маленькую девочку, держащуюся за голову, дрожащую от страха, ты мне напомнила моей дочери, которую я потерял много лет назад, еще при жизни.
Тон Вильгельма изменился, стоило ему вновь заговорить. От прежней веселости не осталось следа. Лиза посерьезнела, слушая его, после ответив:
- Чем же я Вам напомнила ее? – спросила Лиза, со всей тщательностью подбирая слова.
- У нее были такие же темные волосы, а еще в тот день десятилетней давности ты была одета почти точно так же, как она, когда я видел ее в последний раз.
- Что с ней случилось?
- Ее звали Элана. Был теплый летний день, поэтому мы решили пойти прогуляться, пока представилась хорошая возможность, ведь я все время пропадал на работе, и дочь видел только рано утром и поздно вечером, когда она уже спала. Мы кормили уток в парке, катались на аттракционах и ели мороженое, идя по аллее. К концу дня мы решили зайти в ближайший к дому парк, чтобы посмотреть на сияющие разными цветами фонтаны. Все было прекрасно: шум воды, приглушенные разговоры людей, закатное солнце… Однако стоило нам собраться уходить, как из-за угла выскочил сумасшедший, ринувшись в нашу сторону, держа в руках нож для мяса… В тот момент я отвернулся, чтобы взять свою сумочку, а когда повернулся к Элле… Кровь брызнула мне на лицо и одежду, окрасив алым. Кровь моей дочери оказалась на мне… - Вильгельм говорил, говорил и говорил, а Лиза слушала с замиранием сердца. Под ложечкой у нее заныло, а к горлу подступил тошнотворный комок… - Дальше все было как в тумане. Я помню отрывками, как взобрался на стул и…
- Не продолжайте, - отрезала Лиза, согнувшись. Она пыталась справиться с тошнотой, но получалось не слишком продуктивно.
- Поэтому, когда я увидел тебя тогда, мне показалось, что ты и есть моя дочь, я не смог справиться с потрясением, а видя, как ты дрожишь от страха, я совсем смешался, не зная, как себя вести. Когда все произошло, я долго не мог прийти в себя. Как и Валет. Для всех нас тот кошмар оставил глубокий шрам в наших душах…
- Простите… - прошептала Лиза, внезапно упав на колени перед Вильгельмом, от чего последний остолбенел, глупо уставившись на девушку. – Я не знала, как тяжело для вас далось то время. Все эти дни я думала только о себе, эгоистично предполагая, что жертвой была только я, и только я, однако о чувствах других не задумывалась никогда.
- Лиза, ты… прекрати, встань с колен.
- И пусть я сейчас стою здесь, перед Вами, на коленях. Когда мы выйдем из этого здания, я никогда больше не заставлю других разочароваться во мне, лишиться чего-то ради меня и, тем более, страдать по моей вине. Руководитель, клянусь, что вы никогда не испытаете то, что случилось ранее.
- Хорошо-хорошо, а теперь вставай, - торопливо проговорил Вильгельм, подымая Лизу под локти, и они вместе спустились в фойе, где их уже поджидали Гальберт, Канта и Ханзель, которые, похоже, сегодня отправятся в кошмар с ней.
«Я больше не заставлю никого волноваться из-за меня» - повторяла про себя Лиза, словно читала мантру по указанию Гальберта.
- Вы готовы? – спросил Вильгельм, подходя к трем сыщикам.
- Всегда, - отрапортовала Канта, отсалютовав.
- Хорошо, тогда, как только найдете чрево, сразу возвращайтесь за спасителями. Я, Моноека, Адриана и мои подручные будем ждать вас у врат.
Все четверо кивнули и друг за другом вышли из «Института добра и зла», отправившись к вратам.
- Как ты? Выглядишь неважно, - поинтересовался у Лизы Гальберт, явно выглядевший озабоченно ее состоянием. И если бы он спросил Лизу чуть раньше, она была бы очень тронута, однако стоявшая пред ней цель давила на нее, потому она не могла признаться ни себе, ни ему в своей слабости. А коленки ее тряслись предательски нещадно.
- Я в порядке, - сипло произнесла она, не глядя на Гальберта.
- Слушай, если ты не забыла, то мы команда. Кто-то один оступится – и нам всем придется несладко, - вклинился в разговор Ханзель, случайно подслушав двух новичков.
- Я понимаю, - сухо ответила Лиза, не изменившись в лице. Канта оглянулась на нее, как бы удостоверившись, что говорящей правда была Лиза, а не дух, раньше срока завладевший ее душой. Лиза цокнула, насупившись. Следом добавила:
- Я уверяю вас. не смотрите на меня так, будто я должна вам денег.
На этом их диалог закончился, не успев развиться. Никто не решался заговорить с Лизой, ясно уловив некоторые изменения в ее поведении, которые не давали им покоя. В конечном счете команда сыщиков добралась до врат в безмолвии, прерывающимися короткими приветствиями Ханзеля и Канты с другими сыщиками и спасителями рангом ниже их.
- Все готовы? Сосредоточьтесь на входе в кошмар, отбросив задние мысли. Проявите осознанность, - проинструктировала Канта ребят, оглядев каждого поочередно, как бы убеждаясь, что те не трусят и готовы к походу в врата. На самом деле, переживала она только за Лизу, потому что каждый ее поход в кошмар заканчивался для нее не сказать, что наилучшим образом. Однако. Благодаря или вопреки опасениям Канты, Лиза выглядела как никогда решительно, чем успокоила несколько расшатавшиеся нервы старшей.
- Чтож, - на выдохе произнесла Канта, - тогда идем.
Все четверо взялись за руки, встав в линию лицом к вратам. Лиза, смотря на гигантское сооружение из золота и мрамора, непроизвольно задержала дыхание, не силах отвести взгляд. Гальберт, который держал ее за руку, почувствовал ее напряжение, чуть склонив к ней голову, произнеся:
- Ты сильная девушка, Лиза. Все в тебя верят.
Лиза не ожидала услышать что-то подобное, поэтому кинула в его сторону взгляд, за которым скрывалось замешательство, а вслух ответила лишь «спасибо», не поворачиваясь к Гальберту.
Четверка сыщиков духов ступила в врата, тут же оказавшись в каком-то неизвестном им здании, похожем на отель. Они отпустили руки друг друга, принявшись оглядываться. Лиза почувствовала дискомфорт в районе запястий, однако при взгляде на них, ничего не обнаружила.
- У вас тоже чешутся запястья? – спросила сконфуженно Лиза, поворачиваясь к команде.
- Да, - тут же отозвался Ханзель, нахмурившись.
-Что известно про этот кошмар? – кинул Гальберт, подойдя к стойке, за которой сидела консьержа, не обращая внимание на незнакомцев.
- Это кошмар духа второго круга, духа блуда.
- Ох… - отозвалась Канта, схватившись за голову Похоже, эта новость только прибавляла ей головной боли, и понятно почему.
С лестницы послышался гул голосов. Они наперебой перекрикивали друг друга, видимо, о чем-то интенсивно споря.
- Я спросил учителя, кто такой, этот дух блуда? – начал Ханзель, заглядывая за стойку в поисках чего-то.
- И что он ответил? – спросила Лиза.
- Адмусций – его имя. Возможно, вы замечали его на изображениях в тайной комнате. Это дух с головой лошади и рогом посередине лба. Как правило, его кошмары отличаются чрезмерно неприятными картинами, о которых постороннему хочется забыть и навсегда стереть из головы. Они соблазнительны только для хозяина разума, в котором засел Адмусций. Особенно мужского…
- Значит… - начала Лиза, а Канта ее тут же оборвала, громогласно произнеся:
- Ладно! Будет с вас. Давайте поскорее найдем чрево и уйдем отсюда. Почему же так запястья чешутся…
- И правда, - решил сменить тему Ханзель, откашлявшись, - подобная реакция организма отнюдь не естественна.
- Пока не увидим сами, не узнаем, - с искаженным брезгливостью лицом сказал Гальберт, отвернувшись. В руке он до побеления костяшек сжимал свои дорогие четки, явно сдерживая себя, чтобы тут же не выбежать из кошмара сверкая пятками.
- Скоро я с ней покончу, и мы сможем без опаски жить вместе, а пока ты должна идти, - послышалось в очередной раз с лестницы, а через секунду показался и хозяин сего голоса. Это был толстый мужчина средних лет, ведший за руку девушку, которой, судя по внешности, не исполнилось и двадцати. Она обиженно поджимала губы, сверкая большими оленьими глазками.
- Надеюсь, это произойдет в ближайшее время. Я не собираюсь терпеть ее выходки! – объявила звонко она, отпустив руку мужчины, и направилась в сторону выхода из отеля, скрывшись за стеной дождя. Мужчина смотрел ей вслед, и на его губах расцвела жадная ухмылка, заставившая всех четырех сыщиков вздрогнуть, позеленев.
Мужчина постоял с минуту, убеждаясь, что девушка точно ушла, а затем поднялся по лестнице на этаж выше.
- Вот и наш виновник торжества, - сказала очевидное Канта, брезгливо уставившись на косолапо удаляющийся силуэт.
- За ним, - отозвался Ханзель, направившись вслед за мужчиной. Лизе пришлось заставить себя, чтобы сомой пойти за сморщившимся от старости бонвиваном, однако она много раз про себя повторяла «Ты обещала себе, что не доставишь никому проблем», что вскоре подействовало на нее.
- Если мы пойдем за ним, он приведет нас к чреву? – спросила Лиза, догоняя остальных.
- Зависит от удачи, но перестраховаться не помешает, - будничным тоном ответила Канта, словно говорила про прогулку по парку в погожий день.
Сыщики прошли на второй этаж, где перед ними раскинулся длинный узкий коридор, пол которого был застелен безвкусного ядовито-зеленого цвета, что от слова совсем не сочеталось с светло-голубыми стенами. У Лизы от такого цветового всплеска закружилась голова. Она еле удержалась на ногах, когда вдруг над их головами раздался тоненький протяжный звук трубы, постепенно сливаясь с из ниоткуда раздавшейся скрипкой, а после и с барабанами, и с баяном, и гитарой…. Все звуки сплелись в какофонию.
- Кто это играет? Им медведь на ухо наступил? – прикрыв уши, спросила Канта.
Какофония внезапно оборвалась, и следом возникла снова, однако на этот раз мелодия, проигрываемая неизвестным бедовым оркестром, звучала достаточно сносно, чудодейственно исцелив утраченное чувство прекрасного.
- Что это за кошмар такой? – недовольно пробурчала Лиза.
- Мне приходилось несколько раз иметь дело с подобным. Эти звуки исполняет Адмусций, похоже, что по просьбе хозяина кошмара. Учитель рассказал, что дух блуда иногда дает концерты по просьбе хозяина сна, но при этом сам не появляется.
- Теперь понятно, откуда такой отвратный звук появился.
- Стойте, - вдруг сказала Лиза, приложив палец к своим губам, шикнув на сыщиков. – Вы не слышите? Кто-то кричит.
И правда, стоило прислушаться, как сыщики услышали сквозь мелодию нечеловеческие крики, словно кто-то собирался выплюнуть гланды.
- Наверху, - поправив съехавшие очки, коротко произнес Ханзель, рванул к лестнице. Остальные спешно последовали за ним, однако, когда догнали Ханза, то застыли на месте, а на их лицах едино отразились шок с недоумением.
- Почему ты меня предал? Почему? – истошно кричала молодая девушка, держа у запястья кухонный нож.
- Женщина, не тебе решать, что мне делать! – орал в ответ тот самый мужчина, которого сыщики встретили у стойки на первом этаже. Его лицо раскраснелось от гнева и негодования, а его глаза бегали по девушке, а руки были вытянуты вперед, как бы готовясь схватить девушку в любую секунду, стоило ей только потерять бдительность.
- Разве ты не помнишь, что обещал жениться на мне? Что будешь заботиться обо мне и нашем ребенке! Я поверила тебе, чертов обманщик. Ушла из дома, только потому, что ты обещал мне!
- Я все объясню, - мужчина пытался перекричать ее, однако в конце лишь закашлялся, согнувшись пополам.
Однако больше всего четверку сыщиков поразила не разборка… А дух, который весело прыгал вокруг ссорящихся людей. Это был человек, однако вместо головы у него была лошадиная голова с рогом на лбу! И он был полностью голый! Но что еще более удивляло, так это то, что дух блуда был не один. Позади девушки, у раскрытого нараспашку окна сидел еще один дух. Он походил на гоблина, с длинными пальцами, рожками над ушами и коровьим хвостом за спиной, а от него через открытое окно выходили зловония, словно перед сыщиками сидел не гоблин с хвостом коровы, а человекоподобная свинья, искупавшаяся во всем, что только можно было представить.
- Бельфегор… Нет, они не похожи на тех, что тайной комнате. Они приспешники Адмусция и Бельфегора – рассуждал Ханзель, шокировано уставившись на двух духов, что взирали на двух ругающихся человек: один – с искренним весельем, а второй – с унынием.
- Бельфегор – дух уныния, самый зловонный дух из всех четырех кругов, - объяснил Ханзель троим сыщикам, отвернувшись от пляшущего перед ними в чем мать родила приспешника Адмусция. Если она, конечно, у него есть.
- Разве такое бывает? – спросила Канта, справляясь с тошнотой.
- Если они не выходят из этой комнаты, значит, там и разместилось чрево. Поспешим доложить Главе, и отправим спасителей. Потом разберемся, - произнес Гальберт. Все трое с удовольствием поддержали его, как можно быстрее спускаясь с лестнице, забегая в дверь, из которой недавно вышли. В следующее мгновение их выбросило из врат прямиком в резиденцию.
- Быстро вы, - сказала Валет, встречающая их у врат. Лиза, переводя дыхание, взглянула на нее странным взглядом, что не ушло от Главы, однако та проигнорировала девушку, обратившись к Ханзелю, как к руководящему командой.
- Нашли чрево кошмара?
- Нашли, но… -ответил тот, на мгновение запнувшись. Это «но» заставило сойти всем краскам с лица Валет. Она кинула мимолетный взгляд в сторону Лизы, потом оглядела остальных, в поисках каких-либо новых болячек на их телах.
- Да, тот кошмар связан с духом Блуда, но в чреве сидел его приспешник, а еще приспешник духа уныния.
- Подожди, - остановила Ханзеля Валет, нахмурившись, - хочешь сказать, в чреве сидят два духа? Не может такого быть! Приспешник ? Духи уныния так редко появляются в кошмарах. Что же их подвигло набрать силу?
Ханзель не ответил, лишь склонил голову.
- Один дух точно принадлежал кошмару мужчины, которого мы встретили в вратах, другой же сидел возле девушки, - сказал Гальберт, смотря на Валет, готовую рвать волосы от переполняющих ее эмоций. Она глянула на мужчину, словно задумавшись. После она, ничего не объясняя, рванула в обратную сторону от врат, оставив смятенную команду сыщиков без дальнейших указаний. Все, что им оставалось делать, это переминаться с ноги на ногу и ждать, когда Валет примчится обратно.
Глава не заставила себя долго ждать: через какие-то пару минут она показалась из-за угла, а рядом с ней шагал Вильгельм и Балу с Мартиром позади него. За спинами каждого виднелись рукояти клинков, при каждом шаге раскачиваясь из стороны в сторону. В руках же они держали деревянные четки, но бусины их были не привычных размеров, а такими, что еле помещались бы в детскую ладошку.
Лиза и слово не успела сказать, как Валет, проносясь возле нее, подцепила за руку и потянула в врата, на ходу кинув: «Покажешь дорогу». В следующее мгновение картинка перед глазами поплыла и сразу сложилась в знакомое убранство, где слышалось завывание оркестра и отдаленные крики двух людей.
- Веди, - произнесла Валет у Лизы над ухом, подтолкнув к выходу из тесной каморки, в которой они оказались. Лиза в свою очередь, ни говоря ни слова, кивнула, выходя к стойке, за которой так же, как и раньше, сидела консьержа, что-то усиленно печатая на своем компьютере.
Лиза послушно направилась к лестнице, подымаясь на верхний этаж отеля. Шаги ее были уверенными, взгляд упрямый, а мысли ее всецело занимал третий этаж отеля, к которому Лиза приближалась все ближе и ближе, слыша ругань все отчетливее и отчетливее. В ее сознании что-то перевернулось в тот момент, когда она услышала о том, как страдала Валет, видя, что Лиза загнала себя так, что не в состоянии позаботиться в себе, и напоминание Ханзеля о том, что она все еще часть команды, только подстегнуло ощущение легкой неприязни к себе и разочарование, которые переросли в уверенность в своих заведомо обдуманных действиях.
«За моей спиной идет Валет, которая так искренне и с теплотой помогала мне, не прося ничего взамен. Я обязана тебе своей жизнью.» - подумала Лиза перед тем, как ступить за порог третьего этажа. Только она сделала шаг навстречу комнате, из которой лилась какофония разнообразных звуков, как в один миг все затихло. Лиза среагировала первая, поняв, что что-то произошло. Она побежала в сторону комнаты, по пути споткнувшись об ковер, чуть не перевернувшись, а когда все же добралась до комнаты, то ее уже ждала не самая приятная картина. Девушка, что стояла в слезах, упала без чувств, а мужчина перед ней замолчал, уставившись стеклянными глазами на свою бывшую возлюбленную, словно пред ним лежала человеческая душа. Похоже, что не показалось, однако это была не его душа, а душа девушки, что еще несколько секунд назад как ни в чем не бывало кричала, норовясь своими возгласами снести крышу отеля.
Дух уныния, что сидел на подоконнике, извергая из своего тела отвратительные запахи, спрыгнул и на карачках подошел к душе девушки, принявшись уплетать ее, а на его глазах проступили слезы, которые хранила несчастливая душа.
«Верно подметил учитель, когда говорил, что, когда приходит Баал, то кошмар практически всегда заканчивается печально, а дух накапливает столько энергии, что хватит еще на долго».
- Разойтись! – крикнул Вильгельм, пробиваясь через Валет и Лизу, заставших на месте, видя исход бедной девушки, которая та ки не добилась простых извинений от своего горе-возлюбленного. А ведь их было бы достаточно лишь для того, чтобы ее горечь и обида не разрослись, как сорняк, в ее сердце, очернив душу.
В это время Вильгельм и его подручные вошли в чрево, окружив двух духов, что накинулись на свои жертвы. Балу с бусами наперевес кинул не по-детски уничижительный взгляд в сторону духа блуда, приготовившись к броску. Мартир достал клинок, который оказался настолько тонким и узким, что в голову Лизе прокрались сомнения, а не разлетится ли тот в щепки, встретившись с рогами духа уныния.
Духи, видя, что спасители пришли в готовности, зашипели, оторвавшись от трапезы, соприкоснувшись спинами. Казалось, вся комната заполнилась тошнотворными запахами испражнений и другой дряни, от которой голова идет кругом, однако спасители стойко держали духов в кольце, и все как один стали произносить какое-то заклинание на непонятном языке, после чего одновременно накинули четки на духов, к удивлению Лизы, обездвижив их. Духи вырывались, бились в конвульсиях, но скинуть с себя четки было невозможно. Следом Вильгельм взмахнул клинком, приложив острием вверх к лицу, не переставая читать заклинание, выученное назубок. Балу и Мартир последовали за Руководителем, буквально сводя духов с ума. Их тела стали рассыпаться и превращаться в пыль, исчезая, н успев соприкоснуться с полом. Хватило одного взмаха клинка, чтобы духи разлетелись в прах, исчезнув без следа. Лиза наблюдала за происходящим, одеревенев, и даже на какие-то время забыла, как дышать. После того, как духи были истреблены, она опомнилась, подлетев к израненной душе девушки, что плакала, не переставая. Лиза обняла ее, заговорив:
- Теперь все хорошо. Ты будешь в порядке, когда проснешься. Возвращайся в свой мир, - шептала Лиза, поглаживая девушку по голове, а та как будто ее не слышала.
- Она больше не проснется, - сказала Валет загробным тоном, подходя к Лизе. Она присела на корточки. Положив руку той на плечо заглядывая в глаза, - Ее душу подвергли таким пыткам, в конечном счете заставив уйти из жизни, что она рассыпалась на кусочки, и то, что ты видишь, лишь легкие отголоски ее страданий.
- Ч-что с ней будет? – с залитыми кровью глазами спросила Лиза, держа остатки души в своих трясущихся от негодования и горечи руках.
- В лучшем случае она попадет к нам в резиденцию, в худшем – ее душа рассеется навсегда.
- Не может быть! – воскликнула Лиза, борясь с подступившими слезами.
- Пойдем, - тихо проговорила Валет, нежно взяв Лизу за запястье, собираясь оттащить ее от души, однако Лиза была неумолима.
- Неужели мы оставим ее здесь, с этим неверным человеком, который ее погубил? – взмолилась она, но видя, с каким лицом на нее сморит Валет, ее перестало трясти. Она внезапно опустила голову, взглянув на рассыпающуюся душу, затем аккуратно положила ее на пол, встав на ноги. Она склонилась над телом, сложив ладони вместе, и тихо произнесла:
- Надеюсь, ты переродишься несмотря ни на что. В следующей жизни будь счастлива.
Валет следила за каждым движением Лизы, выражение ее лица менялось от растерянности к раздражению, от грусти к необоснованной легкой радости, будто в потаенных уголках ее души шла ожесточенная битва противоречащих друг с другом эмоций, смешавшись в лике девушки.
- Пойдем, этот мужчина скоро проснется, - сказала Лиза, обойдя Валет и направившись вслед за Вильгельмом и его подручными, успевшими собрать весь принесенный арсенал.
- Подожди, - кинула Валет, последовав за Лизой. Так они дошли до двери, из которой выбрались. Лиза обернулась на отель, переведя взгляд на лестницу. В ее сердце неприятно защемило, заставив поморщиться. Она еще пару мгновений отупила взор на лестницу, а отмерла, когда ее позвал Вильгельм, подозвав к себе. Когда Лиза развернулась к четверке, все прошлые эмоции, как заклятие, спали, явив взору холодное отчужденное выражение. Она прошла к коморке, закрыв за собой дверь. В следующее мгновение они оказались по другую сторону врат, вернувшись в резиденцию. Там их встретили сыщики, радостно подскочив к Лизе, обнимая и параллельно расспрашивая, как все прошло. Еще в этом действе участвовали Моноека и Адриана, которые вообще-то должны были с Вильгельмом отправиться в кошмар, однако Валет грубо сместила их.
- Мы так волновались за тебя, Лиза, - сказала Моноека, обнимая девушку так крепко, что Лиза вдохнуть не могла.
- Прекрати, Моноека. Ты ее задушишь, - уныло отозвался Вильгельм, указав пальцем в сторону девушки, к которой обращался, что подействовало на нее молниеносно. Она отпустила Лизу и встала по стойке смирно.
- То-то же.
Сама Лиза тем временем слабо улыбалась друзьям, уверяя тех, что с ней все в порядке.
- Точно? – спросила Канта, показательно нахмурившись. Слабая улыбка стала только шире, позволив лицу Лизе расцвести.
- Несомненно.
- Ты изменилась, - ненадолго замолчав, после сказала Канта, ущипнув Лизу за щеку.
- Точно, ты определенно изменилась, - поддержал Канту Вильгельм, подойдя к Лизе, и неожиданно для всех взъерошил и без того спутавшиеся волосы девушки, удовлетворенно улыбнувшись. Лиза в свою очередь не знала, что и говорить, лишь с робкой улыбкой на лице пожала плечами. Взгляд ее непроизвольно упал на Валет, стоящую поодаль с каменным выражением на лице, не изъявившую никакого желания принять участие в всеобщем празднестве. Балу и Мартир давно удалились под предлогом сильной загруженности, а Вильгельм с удовольствием их отпустил. Валет немного постояла, смотря на улыбающуюся Лизу, и в душе у нее постепенно теплело, но показать этого она не могла, а лишь опустила взор на свою обувь, раздумывая над чем-то. Лиза, отведшая на какое-то время глаза, снова взглянула туда, где стояла Валет, однако той след простыл.
Улыбка на лице Лизы померкла, когда в сознание ворвалась фраза Вильгельма: «Я, как друг Валет, вижу ее страдания, как вижу то, что она винит себя во всех бедах, хотя пытается не показывать этого.», «Я говорю это, потому что Валет тебе доверяет...». Лиза хотела пойти за Валет, но Ханзель удержал ее, произнеся:
- У нас еще остались сны, которые мы должны освободить от духов. Это приказ Главы.
Лиза на слова Ханзеля лишь поджала и без того тонкие губы, будто делала над собой неимоверные усилия, чтобы не скинуть руку со своего плеча и убежать, но в конечном счете Лиза сдалась, ответив кивком.
К концу ночи Лиза так и не смогла поговорить с Валет, так как времени до пробуждения оставалось совсем немного. Будильник разбудил ее как раз в тот момент, когда она зашла в «институт добра и зла», на что девушка отреагировала тягостным вздохом, но после ее мысли всецело заняла работа вплоть до следующей ночи.
- Лиза, сегодня тебя ждут кошмары духов второго и третьего кругов. Приготовься, - сказала Канта, врываясь в комнату девушки. Та как раз натянула второй сапог, встав с края кровати. На слова Канты Лиза повернулась в ее сторону с застывшей маской удивления на своем лице.
- Сплошь духи высших кругов? – спросила она. Канта кивнула.
- В последнее время по какой-то причине низшие духи не появляются во снах людей, вместо них наплыли духи второго и третьего кругов, заняв большую долю сознаний людей.
- Как же так вышло?
На вопрос Лизы Канта пожала плечами, разведя руками.
- Тогда… Могу я сегодня закончить пораньше, чтобы наведаться к учителю? – пораскинув мозгами, спросила Лиза.
- Конечно, без проблем!
Всю ночь Лиза вместе с Гальбертом и несколькими новичками-сыщиками ходили по кошмарам, направляя спасителей. Когда до пробуждения остался час, Лиза отлучилась в головное здание резиденции, скоро поднявшись к кабинету учителя. Она подошла к массивным дверям, прислушиваясь к звукам внутри. По коридору раздалось три коротких стука и приглушенное «войдите» врезалось в уши Лизы. Двери открылись, явив взору девушки знакомый интерьер, среди которого сгорбившаяся костлявая фигура совсем не сочеталась с атмосферой убранства, выглядя до смешного нелепо.
Лиза прошла внутрь и склонилась в приветствии.
- Ты пришла за информацией? – начал Паломник с главного. Лиза, на пути к нему готовившая речь, сбилась с толку, не смогши произнести ни слова, словно проглотив язык.
- Валет недавно приходила ко мне по этой же причине, - объяснил Сикх с улыбкой, заметив замешательство на лице девушки.
- Валет приходила? Как она? – не думая, спросила Лиза.
- Если ты о физическом здоровье, то она в порядке, но настроение у нее паршивое, - задумчиво произнес учитель. Ресницы Лизы затрепетали, смахивая подступившие слезинки. Учитель, конечно, заметил это, но проявлять излишнее любопытство не стал, вместо этого сказав:
- Тебя интересует, что в последнее время духи высших кругов занимают сны людей? Я недавно наведывался в Царство кошмаров, и то, что я там увидел, повергло меня в шок
- Что там происходит? – взволнованно спросила Лиза, с силой сжав в руке снятую перчатку.
- Кажется, духи четвертого круга готовятся к схватке не на жизнь, а на смерть, уничтожая своих родичей для пополнения запаса сил. Поэтому почти не осталось низших духов. Предчувствую, скоро произойдет то, что перевернет три мира, Царство кошмаров, Явь и людской мир, с ног на голову… - с последней фразой учитель перешел на шепот, будто то, что он сказал, было сокровенной тайной. А затем он наклонился к лицу Лизы и сказал еще тише, почти одними губами, - В противостоянии между духами четвертого круга не хватает лишь вишенки на торте, которая пока недоступна для Асмодея.
Лизе потребовалось время, чтобы понять, что учитель под «вишенкой на торте» имел ввиду ее саму, а точнее, ее душу, которая крепко-накрепко была связана с духом злопамятства. Осознав, что она главный козырь в рукаве Асмодея, ее пробрала дрожь, дойдя до самых пят.
- Учитель, что же мне делать? – дрожащим голосом спросила Лиза, приобняв себя за плечи. Паломник выпрямился и потрепал ее по голове, по-отцовски улыбнувшись. Каким-то образом этот непримечательный жест подействовал на Лизу безоговорочно. Пробивший озноб отступил, и она поуспокоилась, ожидая, что скажет учитель.
- Асмодей пока не может добраться до тебя, набирая силы с помощью мелких духов. Ему понадобится примерно месяц, чтобы накопить достаточное количество мощи, чтобы затянуть тебя в очередной кошмар. До этого времени ты должна тренировать стойкость и терпимость к трудностям, чтобы вовремя дать отпор духу злопамятства.
Выслушав Паломника, Лиза с решительностью кивнула, смотря в его глаза, в которых мимолетно пробежала искра озорства.
- Однако ты должна знать, что дух гордости не так прост. Он ни за что не позволит с легкостью занять вдовствующее место в Царстве кошмаров, потому ты должна быть аккуратна. В ином случае станешь жертвой в борьбе за власть между двумя духами.
Лиза не знала, как реагировать на это предостережение, но также невольно кивнула, а учитель отошел к окну, смотря на шагающие из врат в врата силуэты в белом.
- Я пойду, - сипл проговорила Лиза, направившись к выходу из кабинета. Однако, взявшись за ручку, голос учителя на мгновение остановил ее. Он лишь кинул «Береги себя.», но даже эта короткая фраза пробудила в душе девушки какое-то неприятное вязкое чувство, которое Лиза когда-то похоронила внутри себя, и которое вырывается наружу с новой силой. Если ее когда-нибудь спросят, что она ненавидит больше всего на свете, Лиза без раздумий ответит: «Безысходность». Она вышла из кабинета и, на ходу рукавом вытирая непослушные слезы, направилась в свою квартирку.
Когда Лиза прибыла на свой этаж и уже подходила к нужной двери, на пути ей встретился до боли знакомый силуэт, однако лица она разглядеть не могла из-за толстой пелены слез. Этот кто-то преградил дорогу, не собираясь пропускать Лизу, а той ничего не оставалось, как с силой оттолкнуть человека, не забыв кинуть короткое «извините, но я спешу», что сбило столку преграждающего путь. Лиза прошла к двери своей квартиры, вошла внутрь и захлопнула за собой дверь, оставив безмолвствующего человека наедине с собой, сбитого с толку и ошарашенного резким поведением Лизы.