За призрачным счастьем / или Дорога к счастью/

2 Все дальше в лес

Мы шли ночным лесом, прислушиваясь к каждому шороху. Когда возникала какая-либо опасность в виде приближающегося зверя, Чернуша помогала мне подняться на ближайшее дерево и скрыться в его кроне. Так прошла ночь. С первыми лучами рассвета мы, выбрав дерево помощнее, залезли на толстые ветки, устроившись высоко от земли. На наше счастье, в дереве оказалось большое дупло. Я наломала веток, и мы, залезши в дупло, прикрыли отверстие ветками. Чернуша, свернувшись калачиком, уснула. Она, как ночной житель, всегда спала днем, я же, уставшая от столь длительной ходьбы и обессиленная голодом, тоже сразу уснула. О том, что нас может найти какой-то зверь или птица, даже мысли не возникло, ибо усталость взяла вверх над всеми моими мыслями. Я проспала большую часть дня. Проснулась оттого, что сводит ноги. Оно и понятно, свернувшись калачиком спать в дупле. Раздвинув ветки, вылезла на ближайшую ветку, прислушиваясь к тишине. Достала рюкзак и закинув его себе за плечи вытащила Чернушу и одеяло. Чернуша сразу проснулась...

Вечерний сумрак еще даже не опустился на землю, а мы продолжили наш путь. Высокие кроны деревьев редко пропускали солнечные лучи заходящего солнца, и Чернуша вполне нормально чувствовала себя в преддверии вечера.

Пару раз нам еще пришлось снова забираться на дерево во избежание встречи с диким зверем.

После очередного такого сидения на ветках дерева я спускаюсь вниз. Чернуша меня страхует, чтоб я не упала.

— Устала? — спрашивает она.

— Немного, — признаюсь я.

— Но делать нечего, надо идти дальше, — вздыхаю.

— Да, пойдем, — кивает Чернуша. — Или, может, полетим?

— Давай пока я тебя понесу, — говорю я, складывая одеяло. — Ночь уже почти наступила. Тебе меня скоро нести.

— Хорошо, — соглашается Чернуша.

— Ты главное мне дорогу говори, куда.

— Да я так-то и не пойму, куда, — вздыхает Чернуша. — Я же летела сюда-то.

— Значит, идем так, наобум пока, — отвечаю я, смотря на Чернушу. — А там взлетим, оглядишься и сориентируешься, куда. Главное, чтоб нам никакой огромный зверь опять не встретился.

— Опять? — удивленно вздернула брови Чернуша. — Мы уже такого встречали?

— Ну да, когда ты спала, — киваю, вспоминая большого зверя. — Я думала, сожрет нас и не подавится. Так близко был рядом...

— Ты его не издали видела? — Чернуша внимательно смотрит на меня.

— Нет. Он совсем рядом стоял.

— И?

— Что и? — моргаю я.

— И как мы остались живы? — Чернуша уселась на мое плечо.

— Так он же сам ушел, — смотрю на нее повернув голову.

— Просто сам, — Чернуша усмехнулась. — Сомневаюсь я...

— А какие вообще звери тут водятся? — спрашиваю я у Чернуши, отодвигая в сторону ветку, чтоб пройти.

— Разные, — отвечает она. — А ты какого видела?

— Такой огромный, мохнатый и с огромным хвостом, как у нашего куся... — я вздыхаю, вспоминая куся и остальных.

— Надо же, у нашего, — усмехаюсь я. — А ведь поначалу я этого крокодила боялась, когда в этот мир попала...

Перешагиваю отломанную ветку дерева.

— Я вообще сначала сбежать хотела, да куда сбежишь-то из другого мира, если дверь в свой своими же руками и закрыла. А потом я...

Я замолчала вспоминая Эуэ и остальных.

— Вот скажи мне, Чернуша, можно ли полюбить людей за такой короткий срок...

Я не договорила, так как Чернуша тут же воскликнула: «Можно. Я же полюбила тебя!»

Я встала, растерянно оглядываясь на Чернушу, что сидела на моем плече.

— Чернуша... — пробормотала я растерянно...

— Да-да, — кивает Чернуша. — Я тебя очень люблю, как свою маму любила.

— Девочка моя, — обнимаю ее одной рукой. — Я тоже тебя люблю.

— Тихо! — вдруг восклицает Чернуша, стремительно увеличиваясь в размере.

Она схватила меня в охапку и, быстро работая крыльями, подняла меня в воздух. А на то место, где только что стояла я, выпрыгнул тот самый зверь, про которого я только что говорила. Возможно, конечно, не тот же самый, а просто такой же... Хотя мне показалось, что это именно тот самый, что разглядывал нас, принюхиваясь тогда на полянке. Ибо я его очень хорошо разглядела и, присмотревшись к зверю, могу с уверенностью сказать, что это именно тот самый зверь.

«Неужели он за нами шел?» — мысль больно обожгла сознание.

А зверь тем временем прыгнул, протягивая ко мне свою лапу с длинными кривыми когтями. Я инстинктивно поджала ноги... Чернуша увернула меня в сторону от острых когтей.

Зверь же зарычал утробно. Чернуша изо всех сил пыталась быстро унести меня от него подальше, а он кинулся вслед за нами.

«Девочка моя, у тебя и сил-то нет меня нести», — жалею мысленно Чернушу.

— Чернуша, он так и будет преследовать нас, пока ты не устанешь и не потеряешь меня, — восклицаю я.
— Что ты предлагаешь мне, тебя ему прямо сейчас бросить? — отозвалась Чернуша.

— Нет... Может, одеяло... — я готова его уже отпустить.

Но Чернуша возражает: «Оно не весит ничего, зверь разорвет его тут же, а нам оно пригодится еще...»

— Тоже верно... — соглашаюсь, крепче прижимая к груди одеяло. — Что же тогда делать...

— Держись! — крикнула Чернуша и метнулась к огромному дереву. — Живот береги!

Я тут же прижала одеяло к животу. Чернуша, резко завернув, влетела в крону раскидистого дерева. Я испугалась, увидев ствол дерева перед самым своим лицом, и инстинктивно сжалась в ожидании удара о него. Но я врезалась в мягкое тело Чернушки. Она юркнула на ствол передо мной, чтобы смягчить удар.

— Держись... — проговорила она, стремительно уменьшаясь.

И вот она уже цепляется лапками за мое плечо, пытаясь удержаться на нем. Я же, прижавшись всем телом к стволу дерева, обнимаю его руками. Одеяло осталось зажато между стволом и мной. Мои ноги стоят на тонкой ветке, а совсем рядом, чуть выше, более толстая и крепкая ветка. Я пытаюсь нащупать ее ногой и забраться на нее...

— Держись, — теперь уже я говорю Чернуше.

Я перехватываясь руками по стволу перебираюсь на ветку выше... Одеяло пытается выскользнуть... Я, держась одной рукой, подтягиваю его выше и впиваюсь в него зубами. Ничего лучшего я не придумала. Так, по крайней мере, у меня обе руки свободны. И, перебирая руками по стволу, я влезла на толстую ветку. Уселась на нее. Пристроив одеяло меж собой и стволом, одну ногу поставила в упор на нижнюю ветку, с которой только что слезла, и шумно выдыхаю, переводя дух. Чернушка перебирается с моего плеча мне на грудь и, спустившись чуть ниже, поджав крылья, ложится. Голова ее лежит на одеяле, сама же она лежит у меня на руке. Она переворачивается кверху пузом и, поджав лапки и хвост, затихает.

— Бедненькая моя, — вздыхаю я, глядя на нее. — Тяжело тебе пришлось...

Я не договорила. Сильный удар сотряс дерево.

— Боже, что это?! — восклицаю я, вцепившись крепче в ствол дерева.

Внизу же на земле раздается утробный рык зверя.

— О нет, — я сжалась от испуга. — Он нас нашел!

«Боже, что же теперь... Он свалит дерево и сожрет нас!» — тут же мелькает мысль.

— Так, Маша, успокойся, — одергиваю сама себя.

«Хорошо сказать, успокойся... Не за себя боюсь-то! За сына, за Чернушу! Если б я могла купол поставить...»

Губы сами собой прошептали: «Мальса, второй уровень...»

И новый удар сотряс дерево... Но не то, на котором мы сидели. Удар был об соседнее дерево. Потом послышался еще один и еще... Такое чувство, что били по близ стоящим деревьям.

«Неужели он нас потерял и проверяет все деревья подряд? Будет бить, пока не стряхнет нас с какого-нибудь дерева?»

Я крепче вцепилась в ствол дерева, ожидая очередного удара. Но его не последовало. Хотя зверь явно метался по поляне, проверяя все растущие на ней деревья. Я отчетливо слышала удары его мощных лап. Хотя почему лап? Вполне возможно, что он бьет хвостом. Благо он у него такой мощный. Я, одолеваемая любопытством, пытаюсь разглядеть сквозь ветки, что происходит внизу. А вернее, чем он все-таки бьет по стволам деревьев. Нагибаюсь вперед, отпускаясь одной рукой и придерживая Чернушу. Вторая рука соскальзывает в этот момент с дерева. Я, не отпуская Чернуши, пытаюсь схватиться за ствол, но безуспешно. И я падаю. Такое чувство, что вся жизнь перед глазами промелькнула в доли секунд. Я в первом классе, я закончила школу, я в школе моделей, первый показ, фотосессия в имении, другой мир, Эуэ, Леея, Эри, Фирс, Рео... И я, уже простившись с этим ставшим мне родным миром, вдруг падаю на что-то мягкое и упругое. Чернуша падает вместе со мной. Подпрыгнув на моем животе, она снова приземляется на него, даже не проснувшись. Я же лежу на упругой раскидистой ветке дерева.

— Фу-у... — выдыхаю облегченно.