За призрачным счастьем / или Дорога к счастью/

9 В пещере

— Чернуша, девочка моя, ты совсем мокрая! — восклицаю я, глядя на нее.

— Я же отряхнулась...

— Все равно, — глажу ее, — смотри: твоя шерстка промокла насквозь. Давай я тебя вытру?!

— Чем? — моргает Чернушка. — У нас нет ничего такого...

— Одеялом, — предлагаю я.

— Ага, а спать мы потом на мокром будем!

— Тогда, может, подолом платья?

— И ты будешь сидеть в мокром два дня! — возмущается Чернушка.

— Но так ты вся мокрая. Я вообще надеялась, что раз у тебя такой короткий мех, ты так не промокнешь... Но, видимо, потому что он у тебя очень мягкий, ты вся промокла... — вздыхаю я.

— Ничего, я обсохну скоро... наверное.

Чернуша уселась напротив меня.

— А была бы я по старой моде с подьюбниками, — вздыхаю, — как бы сейчас пригодились.

Чернуша улыбнулась.

— Слушай, Чернуша, а ты сама кого-нибудь себе не поймала, пока фрукты собирала? — спрашиваю я, откусывая от груши. — Тебе ведь тоже есть надо...

— Да кого я под таким дождем поймаю, все попрятались...

— А прошлый раз ты тоже здесь дождь пережидала?

— Да.

— А ела что?

— Так тут полная пещера была... Я же тебе вот скелета кусок нашла, остался...

Чернуша внимательно посмотрела на меня.

— А у нас купол стоит...

— Из-за купола они сюда не попадают.

— Ага... Мальса снято... Прости...

Сразу шум дождя ворвался в пещеру.

— Тогда тоже дождь был? Они от дождя тут прятались, да? — спрашиваю я.

— Наверное, — пожала плечами Чернуша.

Не успела она договорить, как к нам в пещеру прыгнула огромная жаба. Оскалила огромный рот, полный острых зубов...

— Ой, это не жаба вовсе? — вскочила я сразу на ноги.

— Какая жаба? — не понимает Чернуша.

— Ну жаба... В моем мире есть такие пресмыкающиеся. Правда, у них нет такой пасти, полной острых зубов, да и хвоста нет...

Я уставилась на ее огромный хвост, который раскачивался, как маятник, из стороны в сторону за ее спиной. Глаза как магнитом притягивались к этому хвосту. Я, тряхнув головой, оторвала свой взгляд от него. Перевожу взгляд на Чернушу. Она сидит, уставившись на зверька.

— Чернуша, — позвала я ее.

В ответ тишина.

— Чернуша! — выкрикнула я.

Она обернулась на меня: «Зачем же так кричать? Я слышу...»

— Слышу и молчу! Вон она как хвостом дергает, может, загипнотизировать пытается, а ты молчишь! — возмущаюсь я. — Я уж не знаю, на что и подумать-то!

А Чернуша облизнулась: «Отвлеки ее».

— Как?! — вытаращила я глаза на эту жабу, которая и не жаба вовсе.

— Как-нибудь! — и она взмыла в воздух.

Только что сидела вот тут и вот уже висит в воздухе над странным зверьком.

А зверь, проводив ее глазами, насколько позволяла возможность в ее сидячем положении, переключил свое внимание на меня.

«Хорошо сказать, отвлеки», — усмехнулась я.

Я смотрела на ее методично виляющий хвост... А зверек, смотрю, хоп и прыгнул в мою сторону. От неожиданности я не впала в ступор, а просто не двинулась с места, размышляя, как ее можно отвлечь. Зверюшка, видимо, решила, что это она на меня так подействовала и сейчас мною полакомится, потому как облизнулась. Я скосила глаза на Чернушу. Та зависла за спиной зверька. И в тот момент, когда тот прыгнул на меня, челюсти Чернуши сомкнулись на холке этого странного существа. А огромная, почему-то больше самого зверька, пасть с острыми зубами лязгнула перед самым моим носом. Смрадное дыхание пыхнуло мне в лицо.

— Черт возьми, — отпрянула я в сторону, выронив грушу из рук.

— Что? — Чернуша откинула сплющенную тушку зверька.

— Эта тварь чуть мне в лицо не вцепилась! — возмущаюсь я. — А если бы ты промедлила? Да она бы мне голову целиком откусила. Проглотила б, не подавившись...

— Я вообще-то специально ждала, когда она откроется, чтоб точно в уязвимое место попасть, — обиделась Чернуша. — Они вообще-то ядовитые для людей.

— Тем более! — восклицаю я.

— Единственный шанс четко попасть возможен лишь когда открыта шея, я должна была четко попасть, иначе бы ты могла пострадать...

— Прости, я не знала... — пробормотала я. — Напугалась просто, что меня могла покусать... эта жаба-убийца...

Я виновато смотрю на Чернушу, а затем отвожу взгляд в сторону.

— Чернушу! — восклицаю в ужасе, глядя, как в нашу пещеру прыгают и прыгают новые жабы-убийцы.

А их уже добрый десяток напрыгал. И они все прибывали и прибывали.

— Боюсь, я со всеми не справлюсь... — проговорила Чернуша.

— Что же делать... — я отступала в глубь пещеры.

— Может, снова купол? — Чернуша зависла рядом с моим плечом.

— Мальса, шестой уровень! — выкрикнула я, расставив руки в стороны и представляя, как замыкаю купол по стенам пещеры.

Сразу стало темнее. И сразу воздух перед нами завибрировал. Видно было, как пытаются прыгать на купол, но он отбрасывает всех непрошенных гостей.

— И что теперь? — спрашиваю я, глядя на вибрирующий перед нами купол.

— Мы сыты, укрыты от дождя, можно и поспать, — опустилась Чернуша на одеяло и, дернув мокрой лапкой, принялась вылизываться, как обычная домашняя кошка.

Я улыбнулась, глядя на нее.

— Чернуша, девочка моя, — и я, схватив ее, целую в нос, — я тебя обожаю!

— Ну, Маша... — возмущается Чернуша.

Отпустила ее на одеяло и сама пристроилась рядом, поджав коленки к подбородку. Прикрыла глаза и вскоре не заметно для себя уснула.