За стеной родилась смерть

Незваный гость хуже...

К нам пришел Раус.

-Ну что, объяснились?

-В каком смысле? – я не поняла, откуда об этом знает наш малыш.

-Так вся крепость уже полгода ставки делали, когда вы объяснитесь. Правда теперь выигрыш некому платить. Но зато я не проиграл! – Раус засмеялся, но не особо весело.

Мы с Арданом переглянулись и тоже засмеялись. Наверно со смехом уходило напряжение и страх.

-Там Маркус очнулся и Семен. Мы с доктором ужин приготовили, пошлите поедим? Там только вас ждут. А я уже голо-о-одный.

Раус посмотрел на нас таким обиженным взглядом, что мы не смогли проигнорировать его урчащий живот. И, смеясь, пошли за ним. Точнее Ардан понес меня.

В медблоке собрались все, кто еще остался в крепости. Поели в тишине, а потом Маркус взял слово.

-Нас осталось слишком мало для защиты. Я активировал все охранки, но если пополнение не придет через несколько дней, то следующего нападения мы уже не переживем. Еды нам должно хватить. Предлагаю всем жить здесь, чтобы в случае опасности все были в одном месте. До сюда им будет добраться сложнее. Все-таки эта часть коридора скрыта.

-Согласен, - Семен поддержал карита, - нам нужно пережить эти дни. Мне сообщили, что пополнение уже отправили. Только бы их ничего не задержало в пути. Все-таки волоки стали слишком активно нападать на приграничье.

-Нас слишком мало для этого пополнения, - неожиданно для всех в разговор вступил Раус, - новеньких нужно воспитывать и тренировать. А нас мало. Как я бы не относился к вам, карит, - парень уважительно посмотрел на своего командира, - но вы один не справитесь.

-Да, я тоже думал об этом. Придется и тебе, и Ардану встать во главе отрядов. Нас пятеро и Мария. Маша, ты сможешь встать во главе кухни и медблока, пока я не подыщу тебе компанию? Ты станешь полноправным каритом, наказание за непослушание – смерть? Степан мне нужен в офицерском составе на казармы.

Думать долго не пришлось, в принципе именно этим я и занималась до эпидемии. А теперь это станет официально.

-Хорошо, вы можете на меня рассчитывать.

-Спасибо, - Маркус перешел к следующей теме, а меня приобнял Ардан, все отвлеклись, посмотрели на нас понимающе, но комментировать не стали. За что я мысленно каждого поблагодарила, - Семен, сколько человек едет в пополнении?

-Передали о пяти сотнях. Плюс едет какое-то начальство. Чтобы поменять все охранки. Наверно аркарит.

-Кто? – я и с каритом-то не сразу разобралась, а тут опять новая животинка.

-Аркарит – по-нашему старший капитан, - пояснил для меня Семен. И вот его объяснение построило в голове цепочку.

Я кивнула Семену, а Семен продолжил.

-Нужно приготовить казарму, но одна Маша не справится, потому эти дни вы не тренируетесь, а выполняете распоряжения Марии.

На этом все легли спать. А следующие три дня были сумасшедшими. Мужчины сделали для меня протез, правда деревянный, но между ним и ногой приделали что-то вроде подушечки и прочно закрепили, чтобы ногу не натирало. Но ходить было непривычно и больно, поэтому двигалась я пока мало и не очень уверенно. Ребята во всем мне помогали и слушались беспрекословно. Даже Маркус, отношения с которым не заладились с самого начала. Сейчас у нас было перемирие.

По вечерам мы с Арданом поднимались на стену и разговаривали ни о чем и обо всем.

У Ардана, в отличии от всех, выживших, не было шрамов на лице. Только один, еле заметный, на лбу. Но если не знать о нем, то и не найдешь. Зато все тело у него покрыто рваными белыми и синими шрамами. Три из них принадлежали моей руке, а остальные он получил за те два с половиной года, пока меня не было тут.

Я не задумывалась, что уже полгода называла домом это место. Но сейчас рядом с Арданом понимала, что да – это мой дом.

Ардан мог быть грубым, резким, но только на плацу. В бою он никогда не показывал эмоций. А со мной всегда был терпеливым и нежным. Карие глаза согревали меня, в них я тонула и не пыталась спастись. С ним мне было хорошо и спокойно. Рядом с ним я могла бы жить тут всегда. Я дышала им и понимала, что обрела то, что ни за что не променяю ни на что. Это и есть счастье. Мое, может и не вполне заслуженное, личное счастье.

Он учил меня ходить и без отвращения смотреть в зеркало. Покрывал поцелуями каждый сантиметр моего лица. Но иногда я думала, что если бы здесь были другие девушки, или ему бы предложили уехать обратно, остался бы он со мной? Ведь я не врала себе, когда признавала, что смотреть на меня неприятно, и это я еще себе сильно льстила. Ардан на мои попытки об этом поговорить только отмахивался и говорил, что я глупышка, и он меня любит любую. В эти моменты я плакала, от счастья, что рядом со мной этот человек, от горя, что не могу окружить его красотой, которой он достоин.

Мы понимали, что как только приедет пополнение, времени у нас друг на друга останется слишком мало и пытались наверстать его заранее.

Но как всегда бывает, приехали все ожидаемо неожиданно.

Проблемы начались с того, что вместо пятисот человек приехало семьсот пятьдесят. И нам негде было их располагать. Ардан переехал в мой чуланчик, на моей «постели» мы вместе вполне помещались. Я перестала стесняться его уже в первую ночь. Хотя интимного между нами ничего не было, но он зацеловал меня всю так, что стесняться было просто уже нечего.

После того, как в первую ночь, Ардан уснул, я задумалась о том, будут ли у нас дети. И тогда я испугалась, месячных у меня не было уже несколько месяцев. Они прошли только в первый месяц моего пребывания. А потом их не было, да я про такие мелочи на фоне войны с полулюдьми-полуживотными. Вдруг я и родить не смогу. Но, после пары литров холодного пота, выступившего тут же, решила пока об этом не думать.

Приехавшие солдаты на солдат не походили от слова совсем. Шайка, ну ладно, очень большая шайка, разбойников. Головорезы, преступники. Мне даже просто находиться в одном с ними помещении было страшно. Не говоря о том, чтобы раздавать им приказы.