За стеной родилась смерть

Жить - родине служить.

В моих записях было много песен. Только вот сколько бы ни старалась, мотив я вспомнить не могла, поэтому решила использовать их как обычные стихи. 

Теперь физподготовкой занималась я. Это было полезно не только солдатам, но и мне самой - я тренировалась ходить, постепенно начала бегать, делать легкие упражнения. Хотя, что значит легкие? Вот присесть мне было настолько тяжело, что я почти плакала, а подтягиваться было в разы легче...

Все это стала совмещать со стихами, которые мы все вместе горланили во время тренировок. Первым разучили стих, который был подписан как "5’Nizza - я солдат". 

Я солдат.
Я не спал пять лет и у меня под глазами мешки.
Я сам не видел, но мне так сказали.
Я солдат.
И у меня нет башки,
Мне отбили её сапогами.
Ё-ё-ё комбат орёт.
Разорванный рот у комбата,
Потому что граната.
Белая вата, красная вата
Hе лечит солдата.

Я солдат - недоношенный ребёнок войны.
Я солдат, мама, залечи мои раны.
Я солдат, солдат забытой богом страны.
Я герой, скажите мне какого романа.

Я солдат.
Мне обидно, когда остаётся один патрон,
Только я или он.
Последний вагон, самогон, нас таких миллион,
О-о-о-о.
Я солдат.
И я знаю своё дело, моё дело -
Стрелять, чтобы пуля попала в тело врага.Это рагга для тебя,
Мама-Война, теперь ты довольна.

Я солдат - недоношенный ребёнок войны.
Я солдат, мама, залечи мои раны.
Я солдат, солдат забытой богом страны.
Я герой, скажите мне, какого романа.

Текст зашел сразу. Хотя не все слова были понятны, но не это было главным. Главное, что постепенно родился мотив. Уж не знаю, соответствовал ли он реальному, но выходило бодренько. Оказалось, что среди нас попадаются очень музыкальные личности. 

Такие тренировки как-то незаметно втянули и самих солдат. Постепенно они сплочались и тот факт, что частенько именно против меня, уже было делом десятым. 

Я нашла свое место. Мне действительно понравилось тренировать воинов. 

Очевидно, что боевая подготовка и магическая оставались на каритах мужчинах, потому что я понятия не имела как правильно биться на мечах и как создавать большие огненные шары, магия и, так называемая, боевка были от меня далеки и приближаться к ним я не планировала. Никто всерьез не думал о том, чтобы я шла на поле боя, я уж точно не рвалась туда. Для этой почетной миссии у меня были солдаты-мужчины. 

Так проходили дни, недели и даже месяцы. Бои случались примерно раз в две недели. С чем связаны эти перерывы никто не знал, хотя, если честно, всем было плевать. Пополнения стали меньше по количеству. И это меня не огорчало. Места и так катастрафически не хватало. Все "казармы" были заполнены, свободных комнат не было. С трудом, но мы поддерживали порядок в крепости. Дежурства на готовку и обслуживание крепости никто не отменял, очень тактично и почти незаметно это полностью свалили на меня. Раус отвечал за боевую подготовку солдат, Степан - за магическую, Семен отвечал за документы, отчеты и связь с нашими начальниками и поставку продуктов и вещей. 

Маркус к нам не вернулся. Его реабилетировали и назначили каритом в столичные войска. 

От Ардана не было никаких вестей, и я уже смирилась с тем, что он не вернется. 

Для меня стало привычной жизнь в крепости. Я научилась быстро мыться, переодеваться. Ходила в мужской одежде, потому что вещи, которые были с собой, хотелось сохранить в нормальном состоянии. А модничать мне тут было не перед кем. Да и чревато это было.

Я стала ненавидеть зеркала. По моему приказу их убрали. Мое отражение напоминало мне о любимом, о том, что я по-настоящему уродлива, о том, что у меня не будет семьи. Да, я смирилась с этим, но по-прежнему эти знания причиняли почти физическую боль. 

Однажды я задала свои вопросы Степану.

-Возможно ли избавиться от этого уродливого шрама? И ноги... Способна ли магия вернуть их?

Мужчина очень долго молчал, я уже начала сомневаться, что он вообще услышал вопрос, когда он сказал то, что подарило надежду:

-Это все возможно. Для этого необходим очень сильный маг-целитель с огромным запасом сил. Такие к нам не залетают. Да и услуги их стоят огромных денег.

Последнее огорчало, но теперь я знала, что в принципе это осуществимо. 

Все шло отлично, если это слово применимо к войне, пока не случился очередной большой прорыв. 

Нападение случилось поздно вечером. Я подозревала, что эти волоки видят в темноте, но теперь это стало очевидным. 

Тварям удалось прорваться в крепость и сражения шли прямо в коридорах, на лестницах, в комнатах и казармах. Мне было приказано находиться в медблоке и помогать тем, кто нуждается. 

Нет, ну как они это представляли себе? 

Да ни один солдат не шел после ранения ко мне в медблок, они не собирались вести врага ко мне (с одной стороны эта забота вызывало теплоту внутри моей черной души, с другой стороны хотелось прибить их за такое своеволие), поэтому я отсидела в относительной безопасности около часа, собрала в сумку обезбаливающее, бинты, иголки, нитки и отправилась спасать моих защитников. 

Думала ли я о том, что стану делать, если столкнусь с Волоками? Думала. Но ничего не придумала. Ну что я могу им противопоставить? Да ни-че-го! Это огромные твари, выше человеческого роста, у них есть большие ветвистые рога, которые помогают им в сражениях, но должны сильно мешать в нашей крепости из-за отсутствия пространства для маневра, у них очень сильные руки, в которых мечи вообще выглядят какими-то игрушечными, морды у них действительно странные: зериная морда или человеческое лицо? Ощущение, что перемешали два этих существа и получилось что-то среднее. Большие круглые глаза, нос... больше звериный, рот - вполне себе человеческий, но вот шерсть на поверхности наталкивает на мысль, что где-то их предки все-таки зоофилией грешили, а уж когти, которыми они делают запасы еды... Это вообще нечто. Да я когда издалека их видела - меня мутило и рвало, а тут я иду к ним... Дура? Да конечно дура! Но сидеть и ждать, когда моих солдат перебьют - невыносимо. Очень страшно сидеть за закрытой дверью и ждать, когда ее кто-то откроет.