За стеной родилась смерть

Не было печали...

Почти неделю я провалялась в медблоке. Зачем? А просто так. Устроила себе отпуск местного масштаба. Прогуливала тренировки, все поручения по дежурствам в крепости передала моей правой руке. Ах да, я еще правую руку себе назначила - Баргота. 

Баргот. Ох. Этот солдат вызывал во мне стойкое желание потрогать. Мужчине стукнуло восемьдесят девят лет. Самый сок! Крепкие мускулы, рельефное тело, а еще совсем не обделен умом. Голубоглазый блондин ворвался в медблок на следующий день после того, как я очухалась. Он искал меня, чтобы узнать, кто сегодня дежурит в столовой, потому что не дежурил никто, вся крепость осталась без завтрака, остаться без обеда мужикам не хотелось, послали самого бесстрашного. И как-то у нас повелось, что он каждые три часа приходил ко мне с отчетами, а я закидывала его новыми поручениями. 

Мужчина мне понравился тем, что не спорил. Но главное, смотрел без брезгливости, которую не могли спрятать молодые солдаты. 

Вечерами он приносил мне что-нибудь похомячить. Мы просиживали за разговорами по несколько часов. Даже Раус стал ревновать. Но с "братом" мы быстро договорились не страдать ерундой, у меня и так голова болит постоянно. 

Баргот попал сюда за убийство своего карита. Весело да? Я сначала как-то струсила. Потому что, вообще-то я его карит, и жить-то мне уже снова хотелось. 

Но Баргот рассказал, что карит в предыдущем месте службы стабильно его унижал различными поручениями, которые мне лично и в голову никогда бы не пришли. В итоге два бойца сошлись в поединке чести, Баргот победил, но за убийство карита был сослан в нашу крепость, аркаритов не волновало, что поединок был официальным. 

Так оказалось, что солдат в крепости уже три месяца, а я ни разу его не замечала. 

Мой отпуск быстро подошел к концу, а все потому, что приехало начальство. 

И если Маркуса, как столичного карита я была видеть рада, то вот Ардана...

Но будем последовательны. 

На седьмой день моего "ничегонеделания" пришел Степан и сказал: "К нам едет... проверка". 

Отлынивать больше возможности не было, поэтому перевязав себя со всех сторон, отправилась в кабинет, проверить всю свою документацию и списки дежурств, которые составил Баргот. 

К обеду колокол пробил два раза - "гости" приехали. 

Встречать я никого не пошла. В моем физическом состоянии это простительно. Сами придут. 

К вечеру до меня действительно дошли. 

Когда ко мне заглянул Маркус, я вскочила со стула и кинулась обниматься. Мужчина обнял меня крепко, после усадил на стул и сам сел напротив.

-Как же тебя опять к нам отправили? - я жадно всматривалась в знакомые черты, оказывается, даже по этому несносному командиру я очень скучала.

-Так это только на время проверки. Что это у вас случилось? Почему проспали нападение? Стольких людей лишились...

-Да... я тоже об этом думала. Ведь не первый раз. Вспомни, и при тебе такое бывало. 

-Бывало. Поэтому меня и отправили. Смотрю, у тебя конечностей поубавилось? Да и сама еще краше стала, - несмотря на явную грубость, обижаться не хотелось. Я знала этого мужчину. Он несносный, грубый, но очень заботливый. Поэтому только плечами пожала. 

Мы разговаривали обо всем и ни о чем, пока нас не прервали стуком в дверь. 

-Ты не один приехал? - между бровями залегла складочка. Интуиция и предчувствие вопили, что сейчас моя жизнь полетит под откос, но я отодвинула их на задний план. Потому что, ну куда хуже-то?

Было куда...

-Войдите. 

Дверь открылась и мое сердце остановилось. Я забыла как дышать. Медленно встала и начала уже подходить к моему видению, чтобы удостовериться, что на меня не рухнул потолок, и я не словила глюки. Передо мной стоял Ардан. Без единого шрама на лице, даже тот маленький пропал, в красивой столичной форме с иголочки, но это точно был мой жених, которого я уже считала мертвым. 

Меня остановил его взгляд. Холодный и удивленный. 

-Здравствуйте, вы карита Мария? Мне сказали, что вы должны быть здесь. 

Голова закружилась, в ушах зазвенело, в глазах стало темно... Я начала оседать на пол. Наверно, кто-то меня все-таки подхватил, падать было не больно... Сердце разбивалось гораздо ощутимее...