За твоим плечом

Глава 3

– Ребята, минутку внимания! – вместо приветствия громогласно сказала Алла Михайловна, их так называемый хореограф. – Сегодня будем небольшая рокировка. Некоторые пары явно не станцевались. Попробуем поменять партнёров. Маштакова становится в пару с Тоцким. Соболева – с Солдатовым…

– Чего это? – не дал ей продолжить список Олег.

– Что? – переспросила Алла Михайловна.

– Почему я должен становиться парой Соболевой? – процедил вопрос сквозь зубы он. При этом одноклассницу он наградил таким мимолётным взглядом, что у той озноб по коже пробежал.

– Потому что здесь решаю я кто и с кем танцует! – авторитетно отбила хореограф.

– Решайте. Но меня не трогайте. Я сам себе выбрал вчера пару, так что мной вы не имеете право распоряжаться. Тем более есть ещё четыре свободных пацана. Из них выбирайте любого.

– Эй! – хором возмутились родные одноклассники. Олег лишь отмахнулся от них: здесь каждый сам за себя. Пусть свою свободу отстаивают сами.

– Солдатов! Наглость в карман спрячь! Дома будешь командовать, а здесь бразды правления в моих руках!

Он лишь кривобоко усмехнулся. Спрыгнул со сцены и уселся на кресло в первом ряду. Хочет им покомандовать? Не на того напала!

– Правьте, императрица клуба. Я как простой холоп в сторонке вами повосхищаюсь, – нахально осклабился он.

Алла Михайловна с минуту испепеляла его негодующим взглядом, после фыркнула и демонстративно отвернулась. Много чести – тратить на него свои нервы. Хлопнула в ладоши, скомандовала остальным:

– На исходную! И чтобы безупречно станцевали!

– Так больше никто не меняется парами? – уточнил Голубев, бросая в сторону Юлии полные разочарования взгляды.

– Сегодня в виде эксперимента можете встать как хотите, – милостиво разрешила хореограф. – У вас две минуты, чтобы определиться.

Олег расслабился. Окинул внимательным взором зал. Моськиной нигде не было видно. Пружинисто встав, он вышел в коридор. Осмотрелся. Направился на улицу. Клава нашлась здесь: сидела на ступеньках, читая какой-то учебник. Он приземлился рядом.

– Через минуту начнётся репетиция. Пошли, – мягко обратился к ней.

Она отрицательно мотнула головой и тут же ниже её опустила.

– Почему? – удивился Олег.

– Мне разрешили не посещать репетиции. Всё-равно я не пойду на выпускной, – ответила едва слышно.

Получается хореограф не случайно решила сделать перетасовку партнерами. Соболева-таки добилась своего. За-ра-за.

– А я? – спросил как можно мягче.

Промолчала.

– Пожалуйста, – промолвил, аккуратно беря её за запястье и потянув на себя. Она не стала сопротивляться, так что уже в следующее мгновение он увидел её израненную ладонь. – Это что? – вырвался глупый вопрос.

– Неудачно упала, – тихо протараторила, отдёргивая свою конечность.

– Вторая такая же? Ты поэтому не хочешь репетировать? Сильно болят? – требовательным тоном поинтересовался он.

– Нет. И не из-за этого. Тебе разве не стыдно со мною танцевать? – посмотрев прямо ему в глаза, произнесла Клавдия. – Я же не выгляжу так стильно и красиво как другие. Не наношу макияж, не делаю маникюр. У меня нет крутого телефона. И абсолютно для всех я являюсь объектом насмешек.

– У тебя очень красивые глаза. Просто сойти с ума можно, – на одном дыхании сказал Олег, не отпуская её взгляда, пропуская мимо ушей все сказанные ею глупости.

– Что? – переспросила обескураженно, часто захлопав ресницами.

– Глаза у тебя нереально красивые. Утонуть в них можно, – перефразировал он. – А всё что ты перечислила – неважно. Пойдём.

Она повиновалась. Встала вслед за ним, едва не уронив учебник, но вовремя спохватилась, спрятала тот в рюкзак. И только после этого послушно зашагала за одноклассником след в след. Удивительно, но он ни словом ни взором не выказал недовольство. Спокойно ждал её, с интересом рассматривая и наблюдая. Или ей этот интерес только привиделся? Что гадать, время покажет. А пока нужно утихомирить разбушевавшееся сердце.

Наверное, она ещё не пришла в себя от его слов. Их же можно принять за комплимент, да? Ей такого никогда и никогда не говорил. Разве что когда-то давно соседка восхищалась её рыжими и густыми волосами.

Репетиция уже началась, когда они вошли в зал. Из-за приглушённого света пришлось идти медленно. Солдатов дождался пока она положила рюкзак на кресло и подал ей руку. Так они и поднялись на сцену. Встали в стороне ото всех. В тени, можно сказать. Хореограф и классуха только мельком взглянули на них, полоснув неприкрытым негодование. И если Олегу явно не было никакого дела до их и одноклассников откровенно неприязных взглядов, то Клава уже не раз мысленно отругала себя за мягкосердечность. Растаяла только из-за одно комплимента. Вот зачем она заочно подписалась под очередными неприятностями? А они будут. Она же сама вчера клятвенно обещала Соболевой и её подругам, что и близко не подойдёт к Солдатову!

Олег колебался с мгновение, прежде чем предложить ей ладонь. С сомнением посмотрел на их руки.

– Если будет больно, скажи, – заискивающе заглянув ей в глаза, мягко приказал он.