За завесой тёмного леса

Глава 3

Находясь в нашем мире, соблюдай наши законы!
Заветы Бабы Яги.

— Долго тебя ждать, окаянная? Спину застужу, точно слопаю.
Я стояла внизу, не понимая, как я должна влезть на высоту трехэтажного дома. Ветер, что при добром старичке был чуть заметен, сейчас расходился в полную силу. Тонкие березы гнули свои талии, приветственно склоняясь перед стихией. Боясь проявить неуважение, я старалась как можно скорее найти выход. Яга смотрела на меня с явным издевательством, получая удовольствие от моих мучений.
Обойдя избу с другой стороны, я почувствовала леденящий душу холод. Я пыталась найти веревку, лестницу, да что угодно, чтобы, наконец, оказаться в тепле. Атмосфера этой стороны леса была угнетающей. Вдалеке я увидела что-то странное, не человек, но что-то отдаленно его напоминавшее, двигалось в мою сторону, а я стояла и смотрела не в силах оторвать взгляд, пока меня не потянули за руку.
— Да ты што, окаянная, с ума, что ли сошла? Ты как сюда пробралась?
Я не понимала, что происходит, почему Яга так злится, ведь она сама не стала мне помогать, а я всего лишь пыталась найти способ забраться в её логово, о чём ей и сообщила:
— Я пыталась найти лестницу, простите.
— Лестницу говоришь? Известно ли тебе, голуба моя сизокрылая, что лес этот принадлежит предкам.
— Что вы имеете ввиду? — я пыталась понять, о чём она говорит.
— Ты что же, сказок не читала? Истин прописных не слушала? Эх ты, дурёха… — она схватила меня за локоть и потащила к… ступе?
Когда мы вернулись к тому месту, где у дома была дверь, на поляне стояла самая настоящая ступа из сказок. Дерево было потрескано, а в некоторых местах даже обожжено. Я с большим интересом разглядывала эту диковинную для меня вещь, а старуха наблюдала. Она очень гордилась своей ступой, а так как гостей явно заходило не много, не упустила шанс похвастаться.
— Это мне твой «дедка» подарил, — сказала она с нежностью. — В лесу гроза была, молнией прямо в дуб угодило, видно Перун рассержен был и дуб этот загорелся. А стоял дуб больше трех веков, хороший, могучий. Вот твой дед и подсуетился. На тебе, говорит, Ягуся, новое транспортное средство. Видишь? До сих пор опалины видны, никто не стал их убирать, сохраняя память древнего дерева. Ладно, хватит язык прохлаждать, забирайся!
Я опешила. Мне предлагали залезть в ступу, чтобы что? Воспарить над землей? Полететь к звездам? Меня удивляло, как быстро я приняла реальность. Не противоречила, не искала логических объяснений. Мне было комфортно и легко. Во мне заиграла надежда, что женщина и правда приняла меня за внучку лесного духа, а раз так, то возможно эту ночь я и правда буду в безопасности.
— А как же метла? — ляпнула я, когда мы начали подниматься. В каком-то смысле это было похоже на поднятие на лифте. Правда ступа зависела от воздушных потоков, поэтому нас слегка заносило.
— Нет, ну точно дурёха, но что-то ты обо мне всё-таки слышала, — сказала она, заходя в избу.
Когда мы зашли, в доме пахло травами и свежей выпечкой. Меня это удивило, так как в сказках говорилось, что посреди комнаты стоит большой котел, где она варит свои страшные зелья. «Ну, на то они и сказки», — подумала я, всего этого не было и в помине. Дома было уютно и тепло, свернувшись калачиком, у порога спал большой черный кот, а из всех странностей в доме была только поварешка, которая самостоятельно мешала что-то в кастрюле.
Меня сразу усадили за стол и налили в чашку чего-то душистого.
— Выпей, — скомандовала хозяйка дома.
Я тянула время, не желая прикасаться к напитку. Уж если меня чему и научили мои тётушки, так это тому, что моя безопасность важнее и не стоит принимать что-либо от незнакомцев.
— Пей, говорю, — не унималась она, — хотела бы, чтоб ты сгинула, оставила бы тебя в лесу.
Я взяла чашку в руки и начала изучать запахи. Сладкий запах мёда словно танцевал вальс с чабрецом, создавая прекрасную ароматную симфонию. Сделав первый глоток, я почувствовала прилив энергии и сил. Со вторым глотком ушла хандра и усталость. Третий глоток сделать мне не удалось. Кот, всё это время мирно спавший на пороге, вскочил мне на колени и начал тереться о руки, тем самым выбив у меня чашку.
— Васька, ах ты паршивец, а ну-ка брысь.
Кот, гордо потянувшись, ушел за печку, очевидно, по каким-то своим кошачьим делам.
— А что в лесу? — я вдруг вспомнила реакцию Яги, и мне стало любопытно.
— Да-а-а, до чего ж народ наш обнищал, совсем не помним, не чтим историю. Вот ты, голуба моя, что ты знаешь о нас? О лесном народе, о духах рек, о домовых?
Мне нечего было возразить, еще сегодня утром я бы сказала, что всё это бред, но вот я здесь. Сижу в избушке, пью чай и болтаю с великой героиней русского народного фольклора.
— Запомни, есть мир Нави, где обитают духи предков. Граница, которую ты перешла, нельзя нарушать.
Я не понимала, о какой границе идет речь, ведь я никуда не ходила, ничего запрещенного не делала и вообще, замерзнув и устав, всего лишь пыталась найти ночлег.
— Простите, — сказала я, — как мне вас называть?
— Известно как! Испокон веков меня Ягой кличут.
Увидев моё замешательство, она усмехнулась и продолжила:
— Можешь звать меня бабушкой, если тебе так проще, — смилостивилась Яга.
— Бабушка, — мне было неловко так обращаться к этой красивой молодой женщине, но я не знала, как еще это сделать. Яга с интересом наблюдала за мной. После минутного молчания я продолжила:
— А как я смогла перейти черту, если даже не знаю где она?
— Э, милая, вот и я задаюсь этим вопросом. Люди не могут перейти эту грань… Живыми, – добавила она тихо.
Я задумалась над её словами, но все еще не понимала о чем она, пока мне не вспомнился образ, который направлялся в мою сторону, когда я смотрела в…
— Лес, он и есть Навь? — От своей догадки я даже подпрыгнула на месте.
Яга вдруг стала серьезной. Посмотрев на меня, она задрала юбку своего платья до колена, чтобы я увидела, что вместо обычной ноги у неё красуется скелет. Не замечая этого раньше, я ахнула.
— Моя избушка и я, мы граница миров. Я проводник, она маяк. Никто из людей не может попасть на «ту сторону» без нас.
— Но я же просто искала лестницу, — сказала я в ужасе.
— В этом и загадка, нельзя просто обойти мою избу и попасть в мир Нави, но ты как то смогла проникнуть. Ты точно человеческий детёныш?
Этого я и сама сказать не могла. С тех пор как я ушла из дома, волосы оставались рыжими, рисунки на руках хоть и померкли, но отчетливо проступали под моим взглядом, да и то, что я беседую с «волшебными существами» тоже не говорило в мою пользу.
— Ладно, утро рассудит, — сказала Яга, отправив меня спать.
Всю ночь я ворочалась не в состоянии уснуть. В голову лезли ужасные мысли. Возможно, я споткнулась и свернула себе шею в этом лесу, а сейчас просто мои предсмертные галлюцинации решили придумать мне эту сказку, чтобы не так страшно было умирать.
Когда я наконец уснула, мне приснилась моя семья. Папа стоял и грустно спрашивал, зачем я оставила его одного. Потом был калейдоскоп из воспоминаний событий из детства, а потом я увидела её. Большая красивая птица, ярко переливаясь на солнце, пела человеческим голосом. Прислушиваясь к мотиву, я узнала в ней колыбельную, что когда-то мне пела… тётя?
Задумавшись, даже во сне я вспомнила, что ни одна из тёть никогда не пели мне. Всегда отшучиваясь тем, что медведь ходит к нашей семье из поколения в поколение.
Когда я открыла глаза, за окном уже ярко светило солнце. Кот, прячущийся всю ночь за печью, наконец, вылез, развалившись на пятнышке света у окна. Хозяйки дома не было, поэтому спросить, что значит этот сон я не могла. А в моей голове продолжала играть колыбельная, которую мне пела… Кто? Птица с человеческим голосом?