За завесой тёмного леса

Глава 6

— А можно наколдовать много денег? — спрашиваю я.
— Можно, — отвечает Яга. — Но за деньги самое ценное не купишь.
Из разговоров о цене и ценности…

Когда мы вернулись, за окнами уже сгущался сумрак. Увидев нас, Яга, быстро выпроводив непрошеную гостью, заварила настойку шиповника и накрыла меня одеялом. От калейдоскопа событий я не заметила, что с меня всё ещё стекает вода. Отведя Лешего в сторону, Яга что-то долго выспрашивала у него, а когда выяснила, что он ничего не знает, велела приходить завтра.
Меня охватывала дрожь. Страх, что я испытала на озере, вернулся, облеченный в новую форму. Теперь это были призраки, что оставались в тени или на дне болота. Мне всё ещё слышался голос отца, он кричал о помощи, а воронка затягивала звуки, унося мольбы с потоком.
Я никогда не любила плавать. В детстве папа отдал меня в бассейн, ему казалось, что для развития координации это лучший вариант. На первое занятие мы пришли в полной боевой готовности: шапочка, очки, полотенце, нарукавники, но стоило мне только коснуться воды, как я закатила истерику. Пожалуй, в тот момент моих слез им хватило бы на еще один бассейн. Отец был очень удивлен, но решил, что я просто испугалась, придя в бассейн впервые. Не смотря на это, он все же решил затащить меня в воду, показав как прекрасно плавать. Я начала кричать и просить, чтобы меня выпустили из воды, снова заливаясь слезами. Больше мы в бассейн не ходили.
Вот и сейчас, меня все еще преследовало гадкое чувство липкости. Словно чьи-то щупальца пытаются утянуть меня на дно.
Ко мне подошла Яга и велела залпом выпить ту же душистую настойку, что она давала мне, когда я впервые оказалась на пороге её дома.
— Снимай эти мокрые тряпки, — командовала она, выдавая мне длинную хлопковую рубаху, белого цвета и красную льняную юбку.
Переодевшись, я поблагодарила хозяйку дома за заботу. Напиток придал сил и храбрости, а вещи согрели теплом и уютом.
— А теперь рассказывай, девочка, что произошло на озере, — сказала она, грозно глядя прямо на меня.
Я вжалась в стул, Васька, с которым мы уже почти стали лучшими друзьями, почуяв неладное, запрыгнул мне на колени и начал громко мурчать.
— Простите, бабушка, — сказала я, не зная как объяснить произошедшее.
— Чего глаза в пол? Виновата ты в чём-то? — продолжала грозно вопрошать Яга.
Я совсем запуталась, не понимая, правда ли, что я что-то натворила. Ситуацию усугубляла кикимора, явившаяся сюда до нас. Я не знала, что она наплела старушке и поверит ли она после этого мне, но решила рискнуть.
Я гордо выпрямилась. За эту неделю я отлично усвоила, что Яга терпеть не может, когда перед ней лебезят и заискивают, а еще, что ей нужно говорить только правду. Проворная старушка и сама чаще знала всё наперед, поэтому врать не имело смысла. Рассказав всё, что со мной произошло, после того как я заблудилась, я замолчала, ожидая её реакции.
— И часто с тобой такое? — после долгого молчания спросила она. Было видно, что она взвешивает все за и против моего пребывания здесь.
— Я не знаю, — пожала плечами я. Меня удивило, насколько спокойно старуха восприняла мой рассказ.
— Вот ведь моромойка, — воскликнула она, ударив кулаком по столу. — А прибежала-то, а наговорила-то. Вода, мол, горела, Пузырь этот несчастный дымился, ну кикимора, ну я тебе устрою.
— Бабушка, — тихо сказала я, — дома, у меня иногда загорались вещи, чаще бытовые приборы, но однажды так же забурлила вода.
— Ты с детства играешь огнём? Кто ты, Нина?
Я испугалась. То как Яга на меня посмотрела, было взглядом обманутой фурии. Я понимала, что ни в чём не врала старушке, но доказательств у меня не было.
Мгновение спустя, гнев прошел так же быстро, как и возник. Яга взяла меня за руку, и нежно произнесла:
— Конечно, ты не знала, дитя, как могла ты знать и утаить это от меня.
— Знать что? — спросила я.
— Мы поговорим об этом утром. А сейчас ложись спать.
— Но, бабушка, я хочу знать. Почему, если вода и правда закипела, я осталась жива? Почему меня хотел утопить Водяной? Это ведь был он? А что насчет золотой птицы? — слова сыпались из меня словно монеты из под копыт золотой антилопы и, в конце концов, старуха не выдержала.
— Замолчи, — прокричала она. — Или я из тебя ночной горшок сделаю, а ну марш спать.
Как колдует Яга, мне еще не доводилось видеть. К ней приходили за травами и отварами, но ни разу она еще не применяла свою силу, по крайней мере, при мне.
Отчаявшись, я поплелась в кровать. Все, что у меня было из человеческого мира, моя одежда, в которой я пришла, и мобильник, поэтому Яга подарила мне несколько вещей, в которых я нуждалась. Новая одежда, обувь и гребень. Последнему я была особенно рада. Когда я расчесывала им волосы, мне казалось что рой маленьких искорок сбегает по волнам, а мысли становятся ясней. Вот и сейчас, я тщательно расчесалась и заплела волосы в косу. Эта привычка появилась у меня здесь, Яга говорила, что так я сохраняю и множу свою энергию.
Устав, я упала носом в подушку, думать, о чем говорила Яга, совсем не хотелось и я просто уснула, надеясь, что сегодня мне ничего не присниться.
Проснувшись, я увидела, как у изголовья кровати стоит красивая женщина. Рыжие волосы забраны в высокую прическу, руки повторяют движения крыльев, а тело плавно принимает форму птицы с золотым оперением, постепенно руки перестают имитировать движения крыльев, становясь ими, голова тоже становится птичий. Последнее, что я вижу, огромный, как у павлина хвост, который переливается всеми оттенками медного, заполняя комнату ярким светом.
Упав с кровати, я поняла, что сейчас проснулась по-настоящему, а мнимое пробуждение было лишь очень реалистичным сном. Я решила, что сегодня уж точно Яга не отвертится, и ответит на все мои вопросы.
Я вышла в сени, где она что-то подпевая себе под нос, варила кашу. Однажды я спросила, почему она просто не наколдует еду, зачем тратить время на готовку, если можно просто щелкнуть пальцами? Именно так я себе представляла колдовство.
— Вот сразу видно вас земных. Вы от магии без ума и готовы лопать её на завтрак, обед и ужин. Эх, святая простота, ничего, не берется из ниоткуда, — туманно ответила она мне, больше не говоря ни слова.
— Проснулась? — поприветствовала она меня.
— Давно солнце встало? — вместо приветствия спросила я.
— Уж часочков пять как, не стала я тебя будить. Дай, думаю, отдохнет голуба моя после вчерашнего. Голова не болит? Пятка не чешется?
Проигнорировав эти слова, я напрямую спросила у бабушки, что значат все события вчерашнего дня.
— Это ведь был Водяной? — повторила я свой вчерашний вопрос.
— Садись, голуба моя, нам предстоит длинный разговор, но вначале поешь, на сытую-то легче реальность воспринимать.
— Вы опять говорите загадками, — возмутилась я.
— Да, — ответила она, — это был Водяной.
— Почему же он хотел меня убить? — не унималась я.
— А почему солнце всходит? А почему ночь темная? Почему небо синее? На все это один ответ: так заложено природой. Вот и Пузырь, по натуре своей злобный и кровожадный.
Я хотела поспорить с ней. На все её вопросы был ответ с научной точки зрения, но вряд ли Ягу это интересовало.
— То есть, он и вас…? Ну, это…
— Ко мне этот карась недожаренный не суется, знает, что может оказаться на сковородке в моей печи.
— Бабушка, а это правда что сказала кикимора? Пруд, правда, высох?
— Испарился до последней капли, — сказала она, утвердительно кивнув головой.
— А где же теперь…
— Ты за него не волнуйся, он зараза пол-леса выпил. Ты говорила, когда бежала, за тобой деревья сухие падали. Так вот, этот гадёныш всю влагу вокруг высосал. Говорят, пока в болоте у болотника сидит, ждет, когда к русалкам переселят.
— Так получается, это всё-таки я виновата?
— Ой, голуба моя, не виновата ты. Есть у меня подозрение, что родители твои очень многого тебе не рассказывали.
— А ты знаешь? — от неожиданности я даже не заметила, как перешла на ты.
Яга усмехнулась.
— Ты что-нибудь слышала о Жар-птице? — спросила она.