За завесой тёмного леса

Глава 16

— Бабушка, я хочу быть русалочкой, как Ариэль, — сказала я бабушке, когда мне было 5.
— Русалки, те же утопленницы, все ещё хочешь быть русалочкой?
Дааа, похоже, мою психику бабуля не щадила...

Я только увидела, как рот морского чудовища искривил свои губы в безобразной ухмылке. Открыв пасть, он начал извергать тонны илистой жижи, заставляя мои ноги увязнуть в ней по колено. Мне хотелось убежать, но смесь держала словно клей, не давая возможности пошевелиться. На берегу в этот момент не осталось никого кроме нас. Кикиморы, запрыгнув на ближайшие деревья, любовались на это зрелище с высоты.
Я пыталась подогреть эту грязь, сделав её мягкой и податливой, но когда у меня получилось вызвать огонь, оказалось, что чем больше нагреваешь эту дрянь, тем больше она твердеет.
В этот момент ил, видимо, закончился, и изо рта чудища полилась вода, осушая горную реку.
Вода подступала к лодыжкам и поднималась вверх. Возможно, это лишь моё воображение, но я чувствовала, как по мне ползёт водная змея, подбираясь выше, чтобы заполнить мои лёгкие водой вместо воздуха. Я была против такого расклада. Некстати вспомнились слова Горыныча: «Огню, чтобы гореть, нужен воздух».
«Точно, воздух мне жизненно необходим, поэтому не хотелось бы сейчас остаться без него», — промелькнуло у меня в голове.
А тем временем «водная змея» добралась уже почти до шеи, опустошая при этом воды самой реки. Стараясь соображать как можно быстрее, я придумывала варианты выхода, но ничего не помогало, накатывала истерика. Водяной управлял потоками, стараясь утянуть к себе на дно.
Наконец, когда вода победила, меня подбросило в воздух, а потом прокатило по земле. Последнее, что я заметила, как меня срывает с берега безумный поток, прямо в лапы морского чудовища.
Оказавшись в реке, я стала активней работать руками и обнаружила, что мои ноги тоже свободны. Пытаясь переплыть бушующие волны, заметила, как от воды начал идти пар, река снова закипала.
Я надеялась, что хотя бы так смогу выбраться на сушу, но меня бесцеремонно схватили и поволокли на дно. Мне было слышно, как кричит Водяной, покрываясь ожогами, но отпускать в этот раз меня явно не собирались.
Когда воздуха стало катастрофически не хватать, я заметила какое-то шевеление справа от меня. Девушка, чья обнаженная натура попалась мне на глаза, схватила меня, но тут же отдернула руку. Для меня было понятно, чем закончится попытка контакта со мной, но девушка, кажется, была удивлена. Не смотря на это, превозмогая боль, сначала она пыталась обвить меня хвостом, но когда чешуйки начали плавиться, она опутала меня волосами и потащила на поверхность.
С одной стороны меня тянули на дно, с другой пытались вытянуть наружу. В этот момент в моей голове промелькнула мысль:
«Может, так и становятся русалками? А что? Кто-то, возможно, прекрасный юноша, пытается спасти тонущую девушку. Водяной, которому она приглянулась, не хочет её отпускать и тянет на дно. В итоге от натяжения ноги отваливаются, Водяной приделывает ей хвост и жабры, и получается, что с хвостом на суше она уже и не нужна».
Я подумала, как я могу помочь русалке спасти меня, но не придумала ничего лучше, чем еще больше нагреть воду вокруг. Натяжение исчезло, царь подводного мира не смог больше меня удерживать, а морская бестия уже без особого труда доставила меня на сушу. Её тело, красно-вишневого цвета говорила о том, как ей было тяжело, и всё-таки, она спасла меня.
Выбравшись из воды полностью, она села рядом на берегу, пытаясь остудить кожу и хвост.
— Марьяна, — пытаясь вспомнить, как одна из кикимор её называла. — Почему ты спасла меня? — спросила я, отдышавшись.
— Мне не нравится, как старик устанавливает свои порядки, он пришел, и заставил подчиняться нас, а всех несогласных выбросил на сушу в полдень. Ты знаешь, что такое для нас оказаться на суше под палящим солнцем.
Я молчала.
— То же самое, что ты устроила сейчас под водой, — ответила она за меня, пуская слезу.
— Прости, это моя защитная реакция, — проговорила я.
— Водяного сюда никто не приглашал, он сам сюда заявился. Когда мы с сестрами спросили, поему именно наша река, он ответил, что не так далеко живет та, что уничтожила его дом. Мне понравилась идея утопить чудачку, что решила посягнуть на владения Водяного, только у старика совсем нет чувства юмора. Мы с сестрами раньше часто заманивали к себе голубооких, да белокурых юношей. Мы пели им песни, а они манились на наши голоса, подходя к воде так близко, что тут-то мы их и цап, утащили на дно,— сказала русалка, расчесывая свои волосы, длинными когтями.
Я только сейчас обратила внимание, с каким кровожадным видом она это рассказывала. У неё были острые, словно бритва когти, между пальцами тоже были перепонки, как у Водяного, волосы, длинные по пояс, сейчас закрывали нагую грудь, а хвост, что беспрестанно подергивался, при луне переливался от светло-зеленого до изумрудного.
— Но старику это не понравилось, он просил «звать» девушек, — продолжила она. — Если ты не знаешь, мы все когда-то совершили шаг в пустоту, каждая из нас, из-за мужчин, но вода пожалела нас и забрала себе, поэтому мы дали слово, что только юноши будут слушать наши песни, и когда мои сестры отказались, он выкинул их на берег. Они кричали, молили вернуть им воду, а когда их тела иссохли, он утащил их на самое дно. Это была настоящая издёвка, насмехательство. Я согласилась выполнять его «просьбу», выжидая, что же из этого получится. Если ты смогла уничтожить его дом, значит, можешь помочь мне, а учитывая что я спасла твою жизнь, взамен того, что ты чуть меня не угробила, ты мне должна, — заключила Марьяна свой монолог.
Я не знала, что мне ей на это ответить. Она, скорее всего, не поверит, что тогда, в лесу это вышло случайно, а сейчас мне пока вряд ли хватит сил проделать это еще раз.
Мы как-то говорили об этом с Горынычем. Он рассказывал мне о том, что пока моя магия была инстинктивной, её ничего не сдерживало, но и подчинятся она мне не могла. Сейчас, когда я более-менее учусь контролировать эту силу, я словно надеваю оковы полным своим возможностям. То есть могу управлять, но не на полную катушку, но как объяснить это русалке, которая считает, что я ей обязана? С другой стороны, Марьяна права, она спасла мне жизнь.
— Ты можешь находиться на суше? — спросила я после ужасной истории с сестрами.
— Не так долго, как хотелось бы, — ответила она, — но пока не взойдет солнце, я в безопасности.
— А как же Водяной? — меня пугало, как спокойно она остаётся рядом с водой, когда как я сама уползла далеко от берега.
— Старик уже не молод. «Переезд» дался ему особо тяжело и он не хотел ждать, поэтому запросил кикимор привести тебя, как можно скорее, не успев толком восстановиться, а тут еще серьезный противник, что готов сварить тебя, как рака. Думаю, он не скоро оклемается.
Я поняла, почему Марьяна так спокойно сидит на берегу, но все же хвост она подобрала и не решалась опускать его в воду. Вспомнив о кикиморах, я посмотрела по сторонам, но их нигде не было, значит, они сбежали, не дожидаясь, что с ними тоже может начаться заварушка. Я не представляла, что мне делать и как вернуться в дом Горыныча, но что я ясно представляла…
Теперь мне предстояло спасти русалку.